Глюконавты - Валентин Леженда

Ну же взлетаем, на бомбы плевать!

Дальше был бридж, который Дикинсон запел замысловатой скороговоркой:

Жёстче, громче, выше! Зорче, злее, тише! Первым только бей! Жёстче, громче, выше! Зорче, злее, тише!

И снова хором ударный припев:

Ас, ввысь взлетай, жару дай, прямо в рай! Знай же… там, неба край, убивай, всех сбивай.

Муху наконец тоже попустило и он почувствовав что тошнота и головокружение куда-то уходят, решил присоединиться к чудесному пению продемонстрировав довольно неплохой фальцет с расщепом.

Двигайся к цели — мы раньше успели. Метко стреляем и сразу в вираж. В небесной глади — опасность лишь сзади. Враг на прицеле — вот это кураж!

— Молодец! — обернувшись, похвалил Муху Брюс. — Вокальная школа Кинга Даймонда! Одобряю! Следующий куплет давай руби так же…

Мессер заходит — гашетка на взводе! Миг для атаки ты выбери сам. Вот твой спитфаер — на небо взбегает, И задымился подбитый враг там. Жёстче, громче, выше! Зорче, злее, тише! Первым только бей! Жёстче, громче, выше! Зорче, злее, тише!

Припев орали уже во все три лужёные глотки:

Ас, ввысь взлетай, жару дай, прямо в рай! Знай же… там, неба край, убивай, всех сбивай…

Песня закончилась и раскрасневшийся Дикинсон похоже выглядел невероятно довольным:

— А вы отличные ребята как оказалось… я вообще сатанистов не очень люблю. Но вот вы просто приятное исключение из правил…

— А не сатанисты! — возразил Вадик. — Просто нам пришлось головы недавно обрить в одном буддийском храме. Мы хэви метал по большей части слушаем, а не блэк.

— Ну вот и отлично… — обрадовался Брюс. — Ах ты…

Огромная зловещая тень легла на кабину самолёта, но друзья успели увидеть лишь длинный чешуйчатый хвост. Самолёт заметно тряхнуло.

— Дракон, падла! — закричал Дикинсон. — Мы привлекли его нашей боевой песней!

— Видимо он фанат Iron Maiden! — предположил Муха. — Кажется, он идёт на второй заход…

— Держитесь! — предупредил Брюс, резко выкручивая штурвал влево. — Штопор мать его…

Воздушная волна от огромных крыльев дракона закрутила маленький самолёт словно лёгкий осенний лист, а само грозное чудовище и не думало отставать от своей хрупкой жертвы явно намереваясь покончить с докучливым летающим средством раз и навсегда.

— Падаем! — как-то слишком уж буднично и спокойно предупредил Дикинсон и в следующую секунду в окнах Цессны бешено закрутилась стремительно приближающаяся земля.

* * *

Вадик открыл глаза. Было совершенно непонятно почему он до сих пор ещё жив. Почему способен нормально дышать и связно мыслить. После падения таких хлипких аэротакси обычно не выживают. А падение было просто сокрушительное. Земля налетела на маленький самолёт стремительно и беспощадно, ударив всей своей силой наотмашь и наградив незадачливых пассажиров вечной тьмой.

Но вечной ли?

Конечно же, нет!

— Отака херня, малята! — непонятно выразился сидевший напротив лежащего Вадика на оторванном крыле самолёта Брюс Дикинсон. — Конечная станция. Дальше уже не полетим.

— Мы умерли? — хрипло спросил Вадик, привстав на локтях.

— Ещё нет! — дьявольски расхохотался Брюс. — А если бы и умерли, то не забывай про «Live After Death»!

— Классный концертник! — согласился Муха, ища взглядом труп Вадика, но ни изувеченный труп, ни сам живой Вадик никак не находились.

— Здесь нельзя погибнуть! — развёл руками Дикинсон. — В этом преимущество данной реальности. Почему так — не знаю. Возможно, мы просто плод чей-то фантазии… во всяком случае я именно так себе это всегда и объясняю.

— А где Вадик? — Муха поднялся на слабые неверные ноги, сильно занервничав. — Где Вадик я вас спрашиваю?

— Какой — такой Вадик? Кореш твой что ли?

— Ага. Он самый!

— Да вон же он! На дереве висит!

Мутная пелена спала с глаз и Муха смог, наконец, как следует осмотреться. Было очень дымно. Горел не только сам разбившийся самолет, воняя ядовитым пластиком, но и слегка горела трава под ногами от разлившегося топлива.

Белые и чёрные клубы дыма мешали рассмотреть перспективу, но вот дерево, на котором висел Вадик, Муха смог рассмотреть просто отлично.

Кажется это была осина.

— Чел, ты там жив? — закричал Муха, спотыкаясь о какой-то бесформенный обломок горемычной Цессны.

— Угу… — неопределённо промычал Вадик.

Висел он вниз головой на проходящей поперёк живота толстой ветке. Зрелище было жалким и нелепым.

— Как тебя оттуда снять?

Вадик не ответил.

— Да собьем его чем-нибудь тяжёлым! — прокричал с крыла самолёта Дикинсон. — Или дерево спилим. У меня где-то была среди ремонтного набора небольшая пила. О, глядите «чёрный ящик»!

Брюс радостно указал куда-то в сторону.

— Надо бы его потом расшифровать, чтобы точно понять мотивацию поведения напавшего на нас дракона.

— Так а почему он на нас напал? — спросил Муха, вернувшись к эпицентру падения самолёта.

— Думаю ему не понравилось пение кого-то из вас, — предположил Дикинсон. — Полагаю что твоего висящего на дереве, словно сосиска, приятеля. Драконы обладают очень тонким слухом и больше всего фанатеют от пауэр метала. Этот был явно ярый поклонник высокого пауэрного вокала. А твой дружок ревел