Игра титанов - Казаков Дмитрий Львович

– Неудивительно, – кивнул Бенеш. – Когда столько народу умирает в одно время, это не может остаться без последствий…

Краем глаза он видел серые коконы – остатки отпечатка сознания тех, кто умер тут, погиб страшно и быстро. Они висели около стен, в тени, покачивались, расплывались и собирались вновь. До живых им не было никакого дела, но от их присутствия у мага давило на виски и болели уши.

При прямом взгляде коконы исчезали, растворялись в дневном свете.

– Так, придется обшаривать дома, – проговорил Гундихар, когда они миновали окраину и вступили на одну из улиц. – Ну, с какого начнем?

В этот момент словно что-то толкнуло Бенеша в спину, затылка коснулось ледяное дуновение. Он обернулся и обомлел, на мгновение показалось, что вернулся в прошлое, в тот день, когда они впервые увидели зеленые берега Теноса.

К острову шла галера, и ветер надувал парус с вышитым изображением Крылатой Рыбы.

– Эй, ты чего? – Гном заметил, что со спутником что-то не так. – Ох, не будь я Гундихар фа-Горин!

– Что делать? А как же Саттия? – растерянно воскликнул Бенеш.

В прошлый раз со слугами того, кто именовал себя Господином, удалось совладать. Но тогда с ними был Олен, его ледяной клинок и Сердце Пламени. Помог Арон-Тис, мир его праху, и то, что на острове неожиданно появились Чернокрылые, а с ними – ученики Харугота Безарионского.

Но вновь сойтись в схватке с теми, кто, похоже, служит Тринадцатому богу, Бенеш не хотел. Он хорошо помнил бесноватую отвагу воинов в белых плащах и неистовую силу их предводителя.

А корабль, пришедший из самого Безариона, удрал без оглядки в тот самый день, когда рухнули храмы.

– Для начала – прятаться! – рявкнул Гундихар. – Они вряд ли нас видят, слишком далеко. А что до Саттии – если ее обнаружили, то предпринимать что-либо слишком поздно. Если нет, то все нормально. Давай за мной, не спи на ходу.

Бросились к ближайшему дому, забрались внутрь и расположились около окна, что выходило на гавань.

– Никак те уроды, что тут ранее были, успели подмогу вызвать? – Гундихар намотал на палец прядь волос из бороды. – Как, возможно такое?

– Ну, есть парные талисманы, да… – Бенеш задумался. – Хотя то, чем они пользуются, это не совсем магия…

Галера подошла ближе, стало видно, что на носу толпятся воины в белых плащах. Весла задвигались медленнее, корабль остановился у одного из причалов, ударившись бортом.

– Какая разница, как это называется! – махнул рукой гном. – Главное – чтобы эффект был.

С галеры высадились дюжины две роданов, Бенеш разглядел среди них людей, орков и эльфов. Гундихар помрачнел и сжал кулаки, заметив сородичей – в кольчугах, с топорами в могучих ручищах. Засверкали под солнцем обнаженные клинки, и незваные гости неспешно двинулись в глубь Харида.

– Кажется, я знаю, куда они идут, – заметил Бенеш. – Помнишь, мы видели этот, ну, храм недостроенный?

Слуги Тринадцатого, павшие на Теносе, оставили после себя разрушенную ратушу и контуры некоего сооружения.

– Похоже на то, – пробурчал Гундихар, и синие глаза его воинственно сверкнули. – Надо бы проследить за ними!

– Э, ты что? – Бенеш поежился. – Как мы проследим?

– Мы знаем этот город лучше их. Успеем добежать первыми, по боковым улицам. А ну, вперед.

И гном, не став слушать возражения, бросился к двери.

Ученику Лерака Гюнхенского ничего не оставалось, как последовать за ним.

Они выскочили на улицу и кривыми переулками побежали на северо-восток, к центральной площади. Полетела из-под ног коричневая пыль, замелькали дома, целые и разрушенные. Промчались мимо алтаря со статуэткой акулы, что остался от святилища Сифорны.

– Уже близко… – просипел Гундихар, вбегая в дом, не так давно бывший лавкой торговца пряностями.

Тут до сих пор остался аромат – смесь запахов корицы, перца и шафрана.

По узкой лестнице взобрались на второй этаж и оказались у окошка, из которого хорошо была видна центральная площадь, недостроенный храм на ней, остатки ратуши и поросшие лесом холмы дальше к северу.

– Идут… – Бенеш тщетно пытался восстановить дыхание, ноги предательски дрожали, а пот тек по лицу настоящими ручьями.

Донесся шум шагов, и на площадь вступили первые двое воинов в белых плащах – гоблин и орк. Огляделись и зашагали прямо туда, где торчали кургузые стены и лежали выломанные из стен ратуши каменные блоки. За ними зашагали остальные – люди, эльфы, представители всех рас Алиона.

Бенеш подумал, что только искренняя вера и могучая сила могли объединить их, и по спине его побежал холодок.

– Нэ, анти поли охи пролабино,[1] – сказал один из слуг Тринадцатого, высокий златокудрый эльф, наклоняясь, чтобы потрогать стену. – Каи оти олос едо димбаэни?[2]

– По-гоблински говорят, – заметил Гундихар. – Я немного знаю этот язык, хотя в основном ругательства…

– Да чего тут понимать? – прошептал Бенеш. – Они наверняка захотят выяснить, что стало с их предшественниками. Для этого пойдут по их следам на восток, а потом на север. Ну и закончат начатое, достроят эту штуковину.

Как всегда в моменты испуга, он заговорил связно, без обычных пауз и лишних слов.

– Похоже на то, – кивнул гном, не отрывая глаз от обладателей белых плащей, что бродили по площади, ощупывали стены со всех сторон, осматривали ратушу. – Ну что, удираем, пока они нас не заметили?

– Давай. – Уговаривать Бенеша не пришлось.

На цыпочках, стараясь не шуметь, они спустились по лестнице. Выскользнули на улицу и зашагали на запад, в сторону леса. Вздохнули с облегчением, лишь когда город исчез за деревьями.

– Теперь надо узнать, что с Саттией, – заявил Гундихар, и они ускорили шаг.

Стоянка оказалась пуста – костер не горит, вещи на местах, но никого нет.

– Корни и листья, вот и они! – Колыхнулись ветви, и из зарослей выглянула девушка – спокойная и собранная, с готовым к стрельбе луком в руке. – А я уже начала слегка беспокоиться.

– Мы тоже, – отозвался гном. – Ты видела корабль?

– К счастью, я не успела выйти на берег, когда они появились. Затаилась в лесу, и думаю, что меня они не заметили. А вы как?

Бенеш кратко рассказал о том, что приключилось с ними.

– Слуги Тринадцатого, – проговорила Саттия, при виде реального врага вышедшая из мрачной апатии. – Боюсь, что эти засранцы немного опоздали. Сражаться с ними мы не можем, надо хотя бы проследить, что они будут делать. Я похожу, поищу хорошее место, откуда можно будет наблюдать за городом.

– А я попробую сделать нашу стоянку… ну, непривлекательной для них… чтобы никому и в голову не пришло пойти в эту сторону. – Бенеш задумчиво поднял глаза. – Только нужно сделать так, чтобы они не заметили мое колдовство… Для этого необходимо… если… ага, вот так…

Маг унесся мыслями куда-то очень далеко.

– Ну а мне досталось самое интересное, – вздохнул Гундихар. – Опустошить-таки ловушки и приготовить обед. Но клянусь бородой Лаина Могучего, я сделаю это так, что сами боги не погнушаются попробовать, ха-ха!

Саттия беззвучно растворилась в зарослях, гном утопал в сторону моря, а Бенеш уселся на землю и принялся острой палочкой чертить на ней знаки Истинного Алфавита. Свались на него дерево, он бы не заметил и не обратил бы внимания на проползшую по ноге ядовитую змею.

Примерно через час молодой маг поднялся и начал рисовать прямо в воздухе.

За его пальцем оставался след из чисто белого пламени. Образованные им символы мерцали и медленно тускнели.

– Вот так, – сказал Бенеш, надпись вспыхнула и пропала, и по траве, кустам и деревьям точно прошла невидимая волна.

Очертания их исказились, а потом стали такими же, как прежде.

Еще через час появился Гундихар с корзиной, полной крабов и других морских тварей.

– Что за ерунда? – заявил он. – Еле отыскал. Шел вроде по знакомым приметам, а сердце шептало – не нужно туда ходить. Так и хотелось, раздави меня кулак Аркуда, свернуть в сторону.