Вероника Иванова - Отражения (Трилогия)

— Что понять?

— Когда-то я бы так же молод, как Вы. Молод и влюблён. Но мои чувства не встретили взаимности. Может быть, и к лучшему, хотя в то время... В то время я был готов покончить с собой.

— И при чём здесь Роллена? Она вообще тогда уже существовала на свете?

— О, да! Существовала и ещё как! Она была хрупкой и юной... Невинной. Герис уже тогда не видел других женщин, кроме неё. И вообще никого не видел...

— Подождите! Герис... И Ваши чувства... Вы хотите сказать...

— Он был очень, слишком красив. Я не знаю, как и почему моё сердце попало в эту ловушку, но когда я понял, что люблю парня, вместе с которым обучаюсь магическим искусствам... Было уже поздно что-то менять. Я пытался. Несколько лет. Старался держаться подальше. Но мы были друзьями. Очень близкими друзьями, хотя сейчас в это трудно поверить... А наши возможности... Они были равны.

— Равны ли? Вы отступили, так и не начав сражение, верно? Не стали и бороться за место придворного мага, потому что тогда Ваш возлюбленный окончательно бы Вас возненавидел, да?

— Он и возненавидел. Потом. По моему же желанию... — Лаймар тяжело выдохнул. — Герис должен был проводить Инициацию принца и очень волновался. Наверное, первый раз в жизни. Ему нужна была разрядка. Я пробовал успокоить друга беседой, и в какой-то момент... проговорился о своих чувствах. Я не надеялся на то, что он хотя бы поймёт, но... Такого отвращения я не ожидал. Пришлось принять меры — благо, в соседней комнате готовилась ко сну белокурая малышка...

— И что же Вы сделали?

— Перевёл фокус страсти на неё, заодно слегка меняя полярность. Получилось неплохо: Герис воплотил в жизнь свою мечту и забыл о моём... просчёте.

— А о девушке Вы думали?

— В тот момент? Нет. Я думал о себе и том, что моё сердце раскалывается на куски... Вы меня осуждаете?

— Осуждаю? — я поставил локти на стол и опустил подбородок в гамак сплетённых пальцев. — За что? Вы хотели быть счастливы и... пожертвовали своим счастьем ради другого. Вмешались в чужие судьбы, потому что ненавидели свою. Мне Вас жаль. И... Вы правы: я понимаю. Вы пробовали исправить... свою оплошность?

— Сначала — нет, а потом... Потом стало видно, что все всем довольны, и я смирился.

— Все довольны? А что скажете о принце, который из-за Вашего душевного расстройства прошёл Инициацию неправильно?

— К сожалению, мне не подвластны... — начал Лаймар, но я хлопнул ладонью по столу:

— Будете утверждать, что Ваших умений не хватит для размыкания Кружева?

— Нет, но...

— Вы исправите хотя бы это, раз уж всё остальное зашло слишком далеко!

— Исправлю? Я бы с радостью, вот только... Разомкнутое Кружево невозможно изменить.

— А если Кружево Дэриена вернётся в первозданное состояние?

— Каким образом? — непонимающий взгляд.

— Это не Ваша проблема, а моя! Вы сможете провести Инициацию?

— Я никогда не интересовался этим процессом. Могу попробовать, но... Необходимо подробное описание.

— Оно у Вас будет. Вышедшее из-под пера Вашего учителя.

— Это невозможно!

— Почему же? Вы знали о существовании дневника Лара? Ведь знали же!

— Да, знал. Но этот дневник никто не мог прочесть! — горячность в голосе становится почти обвиняющей.

— Просто он не попадался в руки тому, кому надо! Заметки по поводу Инициации я Вам предоставлю. Но Вы должны обещать... Поклясться тем, чем дорожите больше всего... Вы должны сделать то, что не удалось Вашему другу. Привести Кружево Дэриена в надлежащее состояние.

— Если, и в самом деле, я смогу прочитать инструкции учителя... — Лаймар немного подумал, потом согласно кивнул: — Пожалуй, то, о чём Вы просите, не составит труда. Вы... так переживаете за принца... Кажется, я понимаю, почему.

Тёмные глаза потеплели, зато я... застыл ледышкой. Он что, решил, что мой интерес в благополучии Дэриена связан с тем, что... Какая чушь! А впрочем... Что ещё мог подумать человек, часто бывающий в высшем свете, если мои «отношения» с эльфом уже давно обсуждаются при дворе? Только то, что я влюблён в... Тьфу! Так вот, почему Лаймар решился рассказать мне о своей несчастной любви! Или же он придумал всю эту жалостливую историю нарочно? Исходя из своих представлений о моих... наклонностях? Есть, над чем задуматься.

— Это не имеет отношения к делу. Вы согласны заняться Инициацией?

— А что мне остаётся? — притворный вздох. — Тем более, это ничего не изменит.

— В смысле? — непонимающе хмурюсь.

— Принц слеп, как Вы могли заметить, и уже фактически отстранён от наследования.

— Насколько я знаю, есть ещё время. До Праздника Середины Зимы.

— Вы верите, что Дэриен выздоровеет? — участливое недоумение.

— Верю. И учтите: моя вера относится только к тем вещам, которые могут произойти.

— Я не совсем...

— К болезни принца причастны Вы?

— Нет, эту вину Вы на меня не повесите! — Лаймар шутливо качает головой. — Даже рядом не стоял.

— А Ваша ученица?

— Которая?

— Некая Вийса.

— Она здесь причём?

— Она умерла.

— И что? — кажется, маг начинает считать меня сумасшедшим. Ожидаемая реакция: все люди, которые беседуют со мной более десяти минут, думают, что у меня большие проблемы. С головой. Но мы-то с вами знаем, что это не так!

— Заклинание, ослепившее принца, вышло из её рук.

— ЧТО?! — расплывшись в довольной улыбке, наблюдаю растерянность, охватившую Лаймара. — Она... она бы не смогла...

— Не смогла сделать то, чему её не научили, Вы это хотите сказать?

— Я...

— Впрочем, не важно. Значит, не Вы направили её к Мэвину Кер-Талион?

— Младшему брату любовницы принца? Зачем мне могло это понадобиться?

— Не Вы... Буду искать другую версию, — ах, как жаль. А я-то рассчитывал нанизать на одно копьё все проблемы...

По тону моих слов маг догадывается: вечер откровений с моей стороны закончен, но предпринимает последнюю попытку:

— А что же насчёт Дэриена? Если Вы уверяете, что его болезнь порождена магией, то...

— Не беспокойтесь, меры уже приняты. Должные меры. Но Вы тоже кое-что мне должны. Ещё не забыли?

— Такое не забудешь!

— С Вас — Инициация. А потом...

— Будет ещё и «потом»? — Лаймар невольно вздрагивает.

— Возможно, — не могу лишний раз отказать себе в удовольствии слегка помучить того, кто это заслужил. — Но мои вопросы ещё не закончились. Что связывает Вас с Южным Шемом?

— Многое. И почти ничего, — просто и немного печально ответил Лаймар.

— Поясните.