Василий Головачев Головачев - ЕВАНГЕЛИЕ ОТ ЗВЕРЯ

— Честь и достоинство, — тем же голосом сказал Тарас, прислушиваясь к живой пульсации замка акарин в ответ на его слова.

— Узнаю уроки учителя, — презрительно фыркнул Дмитрий. — Он любил рассуждать на эту тему: честь, достоинство, совесть, справедливость. Фуфло все это! Важно только то, чего я добиваюсь в данный момент. Если хочешь добиться большего, плюй на все эти псевдочеловеческие категории; иерархи — как те, так и другие — признают только силу. Чего ты добился за годы подчинения учителю? Всего-навсего стал экспертом Комитета по экологии. Я же дошел до девятого Ключа и стал ганфайтером2. Чуешь разницу?

— Много говоришь, перехватчик. Кому ты отдал девушку? Тебе звонил босс, он был в ярости, поэтому я знаю, что Тоня не у него. У Георгия Георгиевича?

— Ты догадлив, — рассмеялся Дмитрий. — Он хорошо заплатил, я и отдал. Мне показалось, что он жаждет тебя видеть. Только вот незадача, для того чтобы ваша встреча состоялась, тебе надо пройти меня.

— Пройду! — выдохнул Тарас. — Ты стал нелюдем, а нелюди жить не должны!

По залу снова прошла гулкая звуковая волна, усиленная стенами храма акарин.

— Браво, браво! — хлопнул в ладоши бывший ученик Елисея Юрьевича. — Какие красивые слова! Восхищен! А что у тебя в сумке, можно поинтересоваться? — Он оглянулся и позвал: — Байкалов, друг мой, подойди.

Из-за светящегося рога вышел еще один спецназовец в десантном комбинезоне с автоматом под мышкой, высокий, жилистый, черноволосый, смуглый, с усиками и перебитым носом. Взгляд его выражал высокомерие и скуку.

— Байкалов, дружище, подай мне его сумочку.

Спецназовец снял с плеча Тараса сумку, обдав его волной чесночно-сигаретного запаха, и поставил у ног командира. Дмитрий расстегнул молнию, заглянул в сумку и хмыкнул.

— Я так и думал — дайсё. Рыцарь ты у нас, однако, Граф, ишь приготовился к поединку на мечах. В принципе я эти предвидел и подготовился заранее, вкусы у нас и впрямь примерно одинаковые, хотя я предпочитаю кастане. А это что? Ага, кинжальчик, дзюдзи, шарики, стрелочки… Ну, эти ниндзянские штучки нам не пригодятся, сегодня на дворе время наваждения.

Дмитрий небрежно бросил Тарасу его мечи в ножнах, отодвинул ногой сумку, посмотрел на черноволосого. Уровни воздействия на физический мир Голаб — Дьявольская Жестокость, Самаэль — Жестокость Бога.

Ганфайтер — оперативный работник сил специального назначения, перехватчик класса «абсолют».

— Принеси мои ножички.

Спецназовец удалился за угол сооружения акарин и принес длинный деревянный пенал с ручкой. Дмитрий раскрыл пенал, вытащил два меча с рукоятками в виде головы дракона, длинный и покороче, полюбовался ими и сделал несколько взмахов двумя мечами сразу, так, что образовался веер защиты. Хищно, с раздувающимися ноздрями, посмотрел на противника.

— Начнем, пожалуй?

Тарас молча снял куртку, вынул мечи из ножен и тоже крутанул мечи в защитном веере, усилием воли вгоняя организм в сингл-состояние, позволяющее резко ускорять скорость физиологических и нейро-физиологических процессов, а также сознательно реагировать на внешнее воздействие на уровне рефлекторных реакций.

— Молодец, ученичок! — восхитился Дмитрий. — Времени ты даром не терял. Что ж, тем веселее будет дело.

Сверкнули мечи. Дмитрий исчез… и появился снова в метре от Тараса, поймавшего его атаку расширенным полем внимания и в том же скоростном диапазоне. Для двух наблюдателей они практически выпали из поля Зрения, изредка проявляясь то здесь, то там смазанными силуэтами или обозначая места пересечений вспышками и звоном мечей.

Дмитрий знал технику сечи Радогора. Каждое движение его мечей таило угрозу, и каждый удар мог нести смерть. Он двигался сразу, в трех плоскостях и наносил удары неожиданно из положений, когда удар казался невозможным. Спасало Тараса лишь предвидение таких ситуаций и знание приемов «зеркальной защиты», которой он научился у предков. Дважды применив бесконтактный, «мягкий», съём удара, Тарас атаковал противника сам и заставил его защищаться веерным колоколом, требующим больших энергетических затрат.

Дмитрий отступил, озадаченный мастерством противника, которого он считал недоучкой. Арсенал приемов кэндо, которым владел Горшин, не уступал его собственному, а признаваться в этом не хотелось. Тогда он пошел по другому пути, по пути выстраивания звуковых энергоколец. В один из моментов очередного пересечения он вдруг нанес удар с выбросом энергии звукопакета «моррр»! И произошло чудо!

Замок акарин налился прозрачным переливчатым сиянием, отреагировал на звук, усилил его многократно, и весь объем зала заполнился свистящим гулом резонансов, от которых у всех присутствующих в зале едва не полопались барабанные перепонки!

Тарас отскочил, вскрикнув от боли в ушах, в голове, в сердце. Глаза застлала красная пелена, из носа пошла кровь — лопнули какие-то сосудики. Если бы Дмитрий после крика начал атаку, он не смог бы ее отбить, судорожно восстанавливая ритмы энергоканалов. Но активированный Ключ метаязыка подействовал и на него, десинхронизировал волновую структуру эфирной оболочки, заставил отвлечься на создание защитного силового каркаса. Дмитрий ударил еще раз, вслепую, находясь в «тумане» магического воздействия звуковых паттернов, тоже отскочил, и бой на несколько мгновений прервался.

Гул стих, пляска звуковых волн улеглась, согнувшиеся от боли спецназовцы Дмитрия перестали кричать, в зал вернулась тишина. Замок разумных клещей еще некоторое время вибрировал и светился, потом снова стал тускло-серебристым.

— Эксперимент признаю неудачным, — хрипло проговорил взмокший Дмитрий. — Замки Инсектов, по сути, представляют собой Говорители Слов Власти, внутри которых любое слово метаязыка становится материальным, реализуется. Но все они давно лишились энергоподпитки и включаться по идее не должны

— Каждое слово изменяет структуру пространства, — сказал Тарас, не для того, чтобы поддержать разговор, а чтобы окончательно прийти в себя и включить адаптивную психофизическую защиту, как учил Елисей Юрьевич. Такая защита блокировала наведенные пси-резонансы и неплохо «заземляла» потоки гипновоздействия.

— Все-то ты знаешь, умник, — скривил губы Дмитрий. — Только все равно дураком помрешь. Неужели не понял, что тебе отсюда не уйти?

— Продолжим, — хладнокровно ответил Тарас.

— Предлагаю помахать руками без этих игрушек. — Дмитрий кинул мечи на пол.

Тарас молча сделал то же самое. Они прыгнули навстречу друг другу и снова исчезли из поля зрения наблюдающих за схваткой спецназовцев.