Химера-читатель - Память героя

— Все, кроме меня, — тихо произнес анимаг, холодея от той перспективы, которую описал ему слизеринец.

— А ты и слова протеста не смог бы сказать мне в ответ. Магия бы не позволила, — спокойно проговорил зельедел, несколько смягчив тон, понимая насколько его партнеру нелегко все это слушать.

— Но ты решил закрепить равноправный союз, — так же негромко произнес Сириус, с трепетом ожидая ответа на свои слова.

— Закрепил, потому что хотел, — проговорил маг, внимательно смотря на Блека. — Я, так же как и ты, верил и верю, что магия не просто так сводит пары, и противиться ей в этом случае не следует.

— А наследник? — произнес весьма обнадеженный сказанным анимаг.

— Во-первых, наследники, поскольку нам продлевать два рода, — уточнил преподаватель, — а во-вторых, уже в принципе пора задуматься над этим вопросом. А то Люциус и Гевин не на много нас старше, а уже внуков могут ожидать в ближайшие пять лет. Я уже не говорю о наших одногодках, Джеймсе Поттере и Френке Долгопупсе.

— Это не сравнимо. В этих парах все было гораздо проще, — запротестовал Сириус, которого слизеринец в этот момент заставил переместиться и усесться верхом на свои бедра, — там были ведьмы, которые могли выносить ребенка. А я такой особенностью не владею.

А это мысль — подумал зельедел, при этом начиная нежно поглаживать пальцами кожу на бедрах партнера. Ведь если магия объединяет в пары магов мужчин и дает им возможность основать новый род, как в случае с Эвансами, она же должна позаботиться, чтобы этот род не угас. И возможно нужно просто какое-то открытие или ритуал чтобы в однополых парах могли рождаться дети. В этот момент профессор задумался, не может ли зелье, которое он в своё время создал для Нарциссы, помочь в решении этой проблемы. Конечно, возможно маг и ошибался, но поразмыслить над этим вопросом стоило. И зельедел уже точно знал, кого он может подключить к теоретическим исследованиям, а кого к практическим экспериментам.

— Что-то мне не нравится выражение твоего лица, — проговорил анимаг, вырывая мага из его разработок и планирования. — Ничего доброго оно не предвещает.

— И что я могу на это сказать? — проговорил Снейп начиная поглаживать грудь своего избранника. — Ты вырос в семье склонной к пароноидальному расстройству, вот тебе и мерещатся ужасы в самых обычных вещах.

Сказав это, маг притянул лицо партнера к себе для поцелуя. Пугать Сириуса раньше времени слизеринец был не намерен.

Две недели спустя Суббота часть 15 не бечено

От слов гриффиндорца староста в буквальном смысле онемел. Какая ложь, ведь он был все время честен и откровенен с возлюбленным, не скрывая от него свои мысли и чувства.

— А теперь меня ещё ожидает и первоклассный спектакль под названием «Ничего не понимающая невинная и оскорбленная добродетель», — продолжил тем временем брюнет ехидным голосом, а затем произнес, подражая голосу самого Драко. — О, Гарри, ты так прекрасен, я так хочу тебя.

Слизеринец склонившись над кривляющимся парнем, внимательно вглядывался в его лицо, пытаясь понять, почему эти слова вызвали такую сильную негативную реакцию. А грифиндорец не выдержав взгляда старосты, отвернулся и едва слышно прошептал:

— А сам даже не… вспотел.

Пауза в словах брюнета дала ключ Драко для разгадки возникшей ситуации. Однако, поняв, что происходит блондин не смог проконтролировать свои эмоции. Слишком сильными были потрясения последних дней, и староста, прижав гриффинорца к кровати, расхохотался от облегчения.

— Ох, Гарри, ты неповторим, — сквозь смех едва смог выдавить из себя юноша.

— Неповторимый идиот, — уточнил парень, пытаясь выбраться из-под старосты. Когда же ему это не удалось, он проворчал: — отпусти меня, немедленно.

— Не сейчас, — проговорил Драко, наконец, взяв себя в руки, и приподнимаясь над партнером, но не отпуская его совсем, — не раньше чем ты все правильно поймешь.

Гриффиндорец затих, при этом грозным взглядом сверля юношу, и тот поспешил продолжить.

— Я маг, Гарри, выросший в магическом семействе и колдовать для меня так же привычно, как и дышать. И всегда, слышишь, всегда я использую свои силы, чтобы облегчить возникшую передо мной задачу.

— И сейчас ты начнешь рассказывать о каком-то малоизвестном заклятье, которое позволяет тебе… — с саркастичными интонациями начал брюнет, но осекся и не закончил предложение.

— Ты прелесть, — с нежностью произнес слизеринец, при этом любуясь чертами любимого лица. — Сражаться против двух самых могущественных магов столетия ты можешь, а сказать слово: «возбуждаться» — нет. Но речь сейчас не об этом. Да, ты прав, я действительно применял специальное заклятие помогающее контролировать желание. Иначе все мои реакции ты увидел бы сегодня ещё в душе.

— Интересно, и откуда тебе известно это редчайшее заклятие, не упомянутое ни в одной книге? — по тону сказанного было понятно, что гриффиндорец нисколько не поверил в сказанное.

— Меня обучил ему отец перед четвертым курсом со словами: «Сынок, дабы ты никогда не попал в какую-либо компрометирующую ситуацию не достойную рода Малфой, тебе нужно знать заклятье для джентльменов», — пояснил Драко, и добавил: — а сам он его придумал или ему помогал крестный, я не знаю.

— Допустим, — уже более спокойно произнес брюнет, — но зачем такое заклятье могло понадобиться твоему отцу? Отшивать нежелательных поклонниц?

— Почти, — ответил Драко, наконец-то ложась рядом с возлюбленным и прижимая его к себе. Понимая, что парню нужно немного расслабится, слизеринец укрыл их легкой простыней. Проделав это, блондин продолжил: — я сам эту историю узнал недавно, когда изучал семейные хроники в поисках ритуала, выводящего из магической комы. Ты знаешь, что мой дед Абрахас был против заключения брака моих родителей?

— Да, — кивнул гриффиндорец, при этом, никак не протестуя против действий старосты, — медицинское обследование показало, что твоя мать вряд ли сможет выносить ребенка, и это было причиной, по которой Малфои могли разорвать предварительный договор.

— Вот только отец не хотел его разрывать, — продолжил говорить юноша, — и, несмотря на угрозы и уговоры деда, продолжал готовиться к свадьбе. Тогда Абрахас стал действовать по-другому. Решив, что мама не простит жениху измены дед в буквальном смысле начал присылать в покои к сыну специально обученных ведьм, дабы те соблазнили наследника. И только благодаря заклятию для джентльменов отец вышел из этой ситуации с честью.

Староста на некоторое время замолчал, при этом став нежно поглаживать возлюбленного по плечу, не накрытому простыней. Снова не дождавшись никаких возражений слизеринец закончил.