Виктор Кувшинов - Пирамиды астрала

Мне надоело болтаться по дому и бессовестно подглядывать за людьми. Хотя какие социологические исследования можно было бы проводить! Я вылетел из дома и завис на высоте второго этажа. Передо мной простиралась вечерняя улица. Под деревьями уже собирались сумерки, скрадывая мелкие детали. Зажглись первые фонари, пока еще плохо соперничающие с огромным кругом заходящего солнца, которое уже наполовину скрылось за горизонтом и раскрасило темные слои городского смога в кровавые тона. У меня захватило дух от возможности взлететь и полюбоваться прекрасным зрелищем закатного светила с высоты птичьего полета, что я недолго думая и проделал.

Это было что-то! Я все выше воспарял к фиолетово-темным небесам, любуясь бордовой кромкой умирающего гиганта. Огромный кровоточащий диск был прикушен снизу черными зубами бетонных городских коробок и призрачно мерцал в теплых струях синеватого марева.

Я очнулся от наблюдения волшебной картины заката, когда последние капли огня исчезли среди дальних городских высоток. И вдруг с ужасом обнаружил себя на высоте нескольких сотен метров, без парашюта или каких-либо других средств спасения. С застывшим на губах криком и свистом ветра в ушах я понесся вниз в свободном падении. «Нет, только не это!» — вопило все внутри. Но земля неумолимо приближалась со все нарастающей быстротой, и я врезался в нее, как куль, переломав все кости и испытывая страшную боль во всем теле.

«…Что же со мной случилось? Я же не умер. Лежу, распластавшись по асфальту, и упиваюсь своей болью. Но никто не обращает на меня внимания… Вон, пенсионер выгуливает собачку… Хорошая собачка… А что это она делает? Подбежала… Видит, что ли, меня? А вот этого не надо». Не вынеся зрелища льющейся на меня и через меня собачкиной мочи, я вскочил. При этом наткнулся на собачку и слегка увяз в ней ногой, почувствовав, что не могу сдвинуть животное с места. Зато ко мне пришли звуки вечерней улицы: шум машин, голоса людей, шуршание листвы…

Дворняга тем временем, как будто почуяв мою ногу, застрявшую в ее боку, закончила справлять нужду и припустила по своим собачьим делам. Я же, хромая и чувствуя себя мешком с дроблеными костями, повернулся к своему дому и попытался представить свое одинокое тело, лежащее сейчас на диване в моей комнате. Это великолепно сработало — я понесся туда по прямой, пронзая столбы, стены, деревья и все прочее. Но вот и мой дом. Я нырнул прямо в комнату и с разгона влетел в тело, не успев даже посмотреть, что делают Слава с Ташей. Темнота… Я открыл глаза: «Господи, как я перепугался с этим падением!»

— Привет! Что это ты раньше времени вернулся? — окликнула меня Таша, заметившая мою возню на диване.

— Ой, мамочки! Как же все кости болят…

— С чего это они болят?

— Так я ж с такой высотищи грохнулся — все тело ноет, как один большой синяк!

— Хватит придуриваться, рассказывай, что там у тебя произошло?

— А вы меня чайком напоите. А лучше чем-нибудь покрепче. — И я начал рассказ длиной больше чем само путешествие.

Ребята просто молодцами выслушали все, не перебивая и, можно сказать, затаив дыхание. Таша даже взяла листок бумаги и стала делать пометки по ходу моего отчета.

— А не врешь? — Слава задал единственный вопрос только после окончания моего повествования.

— А с чего мне вам врать-то?

— Хватит дурака валять! Сейчас не спеша во всем разберемся, — сказала Таша. — А ты сиди, где лежал, боец невидимого фронта. Действительно, видок у тебя — как из мясорубки. Даже в переломы поверить можно.

Мы плотно обсудили все мои «подвиги» за чашкой чая, и Таша подвела итог:

— Кажется, мы немного определились с основными опасностями подпространства.

Если бы она знала, сколько еще этих опасностей будет там нас поджидать.

— Ребята, нам нужно как-то подстраховывать друг друга, — простонал я, все еще переживая свой полет.

— Точно, завтра мы со Славой пойдем вместе. Заодно отработаем все полученные данные на себе и на тебе. — Таша хитро прищурилась.

— Это… как это на мне? — С тревогой я заподозрил какой-то подвох.

— А будем тебя смущать оттуда! Посмотрим, поставишь ты защиту или нет.

Глава 6

ПОДПРОСТРАНСТВО

— Пока все предпринимаемые меры абсолютно неэффективны. Они разгуливают по изнанке реала в тонких телах как у себя дома…

— К великому счастью, они сами сохраняют высокий уровень секретности, иначе мы не смогли бы предотвратить развития самой страшной последовательности событий…

— Тем не менее надо остановить их деятельность…

— Только очень осторожно…

На следующий день я спешил с работы к Славе — сегодняшний выход обещал быть интересным. Немного досадно, что придется играть роль сторожа, но, с другой стороны, мне нравилось контролировать ситуацию. Поэтому я лучше буду себя чувствовать, следя за физическим состоянием их тел, а не переживая за эксперимент в полной неизвестности. Все-таки двойного выхода мы еще не пробовали, и кто знает, чем это может обернуться? Федька все еще пропадал в своей командировке и не мог принять участия, так что мероприятие предстояло проводить нам втроем.

Слава с Ташей все приготовили к совместному полету. Они заметно волновались и несколько натянуто перешучивались. Недолго думая мы решили, что они лягут на большую кровать в спальной комнате, где мне будет легче контролировать тела сразу обоих «космонавтов». Мне выдали пару бутылок пива — чтоб не скучал. Я предупредил их, что начну побудку через час, если они сами не вернутся. Ребята легли на кровать, и я отправил их по очереди в полет, сначала Ташу, потом Славу. Все шло нормально, я бесцельно побродил по квартире, проверил показания пульсометров и уселся пить предложенное пиво. Через час я начал побудку. Распоряжаться Ташиным телом в отсутствии хозяйки было как-то неудобно, да и его хозяйка могла «подсмотреть». Поэтому я сперва подошел к Славе и начал похлопывать его по щекам. Он быстро пришел в себя и растянул физиономию в радостной улыбке, а сбоку уже доносился Ташин смех. Она проснулась самостоятельно.

— Что это вам так весело? — озабоченно спросил я. — Или уже психика едет?

— Да нет, Жень. Это мы там веселились на собачьих скачках — за кошкой гонялись! Сейчас расскажем.

— Ну, тогда пошли на кухню, поболтаем. Идти-то сможете? Никто ног не переломал? — спросил я, памятуя свое неудачное падение в прошлый раз.

Разлив по чашкам душистый финский чай «Фореман» (чего только на свете не бывает), я потребовал от моих боевых соратников подробных объяснений, и рассказ не замедлил себя ждать…