Стивен Дональдсон - Зеркало ее сновидений

Ознакомительный фрагмент

Возможно, в вашем мире воплощения используются для других целей. Возможно, они помогают накормить голодных, доставляют воду для борьбы с засухой, энергию и силу для блага всех людей. Но в нашей истории все было по-другому.

Да, одно отступление, — он вздохнул. — Знание о воплощениях — понимание того, что это такое и как они происходят, как могут использоваться, — почти не совершенствовалось из поколения в поколение. Воплотители ревностно хранили свои секреты, опасаясь за свою жизнь, и потому обмен новыми идеями или технологиями длился весьма долго. Фактически, он стоял почти на нуле и вообще заглох бы, если бы производство зеркал не требовало помощи пригодников. Каждый воплотитель должен иметь помощников. Таким образом, хотя и медленно, прогресс двигался.

Это варварская история, миледи. — На этот раз сарказм был нескрываемым. — Мы традиционно не гуманисты, и нас трудно назвать слишком щепетильными. Король Джойс решил полностью изменить нас.

— Хэвелок, — он повернулся на скамье и посмотрел на Знатока, — было бы благородно, если бы ты предложил немного вина. Весь этот разговор порождает жажду.

Хэвелок тут же поднялся с кресла и заковылял в противоположный угол комнаты, за пилон. Когда он вернулся, то нес с собой каменный графин и глиняный кубок. Кубок выглядел так, словно его не мыли в течение последних лет ста.

Он бесцеремонно брякнул графин перед Квилоном и сунул кубок ему в руку.

— У нас варварская история, — повторил Знаток, подмигивая Теризе, — потому что мы слишком много пьем. Вино и прелюбодеяние — суть вещи несовместные. — Вернувшись к своему столу, он продолжил прерванную невидимую игру.

Мастер Квилон тупо уставился в кубок. Затем, наконец, вытер его рукавом. Что-то бормоча себе под нос, он налил в кубок немного вина и протянул его Теризе. Затем поднес графин к устам и сделал солидный глоток.

Она тоже хотела напиться. Но темный след, оставшийся на рукаве Мастера Квилона, сразу отбил всякую охоту.

— Как я говорил, — продолжил он, вытирая губы кончиками пальцев, — король Джойс взял на себя труд все вокруг изменить. И я могу рассказать вам, что же он совершил. Сначала он покорил княжества Морданта, какие силой, какие — убеждением. И когда он объединил Мордант в отдельное суверенное королевство, он затеял странную войну как против Аленда, так и против Кадуола. В битве за битвой, в набеге за набегом — а длилось это более двух десятилетий — он не захватывал территорий, не убивал солдат, не угонял крестьян. Все, чего он добивался, — Мастер энергично потер нос, стараясь, чтобы тот перестал дергаться, — взять в плен всякого воплотителя, какого смогут найти его войска, и привести его сюда, в Орисон. При этом он предложил свое вечное покровительство и защиту каждому воплотителю, который сдастся добровольно. В конце концов он собрал их всех

— или считается, что всех. От западных гор Аленда до восточных пустынь Кадуола воплотителей не осталось больше нигде — все они были только здесь.

И когда он собрал их всех здесь, он не сделал того, чего так отчаянно боялись Кадуол и Аленд. Он не попытался использовать таланты воплотителей в качестве своей силы. Вместо этого он создал Гильдию. И дал им работу — мирную работу. Многие из его распоряжений относятся к изучению весьма специфических проблем. Могут ли воплощения использоваться для борьбы с засухой? Могут ли зеркала зажигать огонь? Могут ли воплотители строить дороги? Отесывать гранит? Удобрять землю?

Вопросы богатства король Джойс оставил Кадуолу и Аленду, — Мастер Квилон снова отвлекся. — У Аленда есть золото. У Кадуола — драгоценные камни. Мордант не нуждается в них. Урожай и скот, пища и ткани, вино — в этом сила Морданта и его богатство.

Но превыше всей этой работы была другая. Король приказал Гильдии решить этическую проблему относительно воплотимого: создаются ли существа, силы, предметы зеркалами посредством воплощений, или же они прежде существовали своей собственной жизнью, из которой были извлечены посредством воплощения?

Все очень просто, не так ли? — Квилон снова отхлебнул из графина и снова вытер губы. — Вам может показаться так, миледи. Но меня очень настойчиво просили, чтобы я рассказал вам, какимобразом король достиг всего этого.

Он был рожден в княжестве, которое сейчас известно под названием провинция Демесне, и стал владыкой Орисона — хотя тогда Орисон был гораздо меньше — в пятнадцать лет, когда его отец был пойман на горячем, в момент, когда предавал кадуольского тирана, тогдашнего властелина княжества, — он был пойман и медленно четвертован, его разорвали на части с помощью скота перед юным Джойсом и всей остальной семьей, чтобы такого рода урок научил их хранить верность своему господину. Он был не простой мальчик, поэтому с детства обладал качествами, которые позволили ему привлечь сильного, гм, невероятно умного, — он покосился в сторону Хэвелока, — воплотителя в качестве верного друга. То, что делал этот мальчик после, он делал вместе с этим воплотителем.

Первым делом они посреди ночи исчезли, оставив семью Джойса расхлебывать недовольство князя Кадуола.

Естественно, это не повысило того уважения, которое питали к нему раньше его люди. Поэтому они были удивлены, когда он вернулся во главе сил, собранных поблизости, в Торе, изгнал людей Кадуола и лично отделил у назначенного ими князя голову от туловища.

Так получилось, что Тор в те времена переживал короткий период независимости. И там независимость почему-то уважали больше, чем в других княжествах. Тор был закрыт с тыла горами, Пердоном, Армигитом, Домне и Термиганом по краям, и потому его было нелегко покорить. Юный Джойс убедил Тора, который и сам был достаточно юн, чтобы выслушивать чьи-либо предложения, что единственная надежда для людей и всего Морданта — это объединение провинций против как Кадуола, так и Аленда. И Тору эта идея понравилась. Кроме того, ему понравился и сам юный Джойс. С другой стороны, ему не слишком нравилось рисковать своей провинцией. Поэтому он одолжил Джойсу двести человек, которых тот должен был использовать против двух с лишним тысяч кадуольцев. Но у Джойса, его воплотителя и, конечно же, двухсот воинов ушло всего три дня, чтобы освободить Демесне. Прежде чем наступил рассвет третьего дня, новый флаг реял над Орисоном — штандарт Морданта.

Вас может удивить — как такое было возможно? Я могу вам сказать, что король Джойс усиленно пользовался тайными ходами, которыми всегда славился Орисон. Похоже, Орисон всегда был кипящим котлом заговоров и контрзаговоров, с тех пор как была возведена первая из его башен, — прокомментировал Мастер Квилон. — Кроме того, их атаки были направлены прежде всего против кадуольских воплотителей, а не на солдат. Фактически, Джойс старался даже не трогать солдат. Когда дело было сделано, он предложил солдатам выбирать между службой у него и свободой. Те, кто выбрал службу, составили ядро той гвардии, которая впоследствии объединила Мордант и после в течение десятилетий успешно отражала атаки как Кадуола, так и Аленда.