Дмитрий Вернидуб - Магия Летучей Звезды

Олли, весь в пыли и паутине, наконец выбрался из хранилища, держа в руках "Советы странствующим воинам".

"Интересно, откуда ежам здесь взяться в таком количестве", – думал он, разыскивая нужный раздел и надеясь на соответствующие пояснения. Но в книге только значилось:

"Бойцовые ежи.

Заклинание 1. – Вызов вожака.

Заклинание 2. – Песня."

"Тьфу, пропасть! – Виндибур с досады плюнул под ноги. – Хоть бы кто объяснил, что они любят. Пойду-ка я сначала посмотрю, как там дела у Брю. Может, что в голову и придет".

Спустившись вниз, он обомлел. Сооружение, стоявшее на якоре у берега, лишь отдаленно напоминало старый хойбилонский паром. Плавучее средство обросло бортами, приподнялось над водой, обрело нос, корму и вторую мачту. Но главное, на его палубе размещался большущий барабан, соединенный с двумя "мельницами" по обоим бортам.

– Мы усовершенствовали механизм Кронлерона! – завидев Олли, замахала руками Тина и понеслась навстречу, поднимая соленые брызги.

– Это все гном! – вдогонку сестре радостно вопила Пина.

Олли расставил руки, пытаясь поймать хохочущую девчонку, но Тина, подпрыгнув, намеренно шлепнулась рядом, обдав невысоклика с ног до головы. Затем она забралась ему на закорки и так поехала обратно к парому.

– Не девчонка, а просто клад, – глядя на веселую возню, улыбнулся Брю. – Без нее мы бы точно не справились. Колдует как по маслу, трап ей под ноги!

Подошли Пит Репейник и Болто Хрюкл.

– Смотри, Олли, у нас даже капитанский мостик есть и каюты! И стойло для Солиста!

Ослик живо навострил уши, недоверчиво покосился. Последний час он только и делал, что следовал по пятам за суетящимся Четырбоком и принюхивался. Доктор его необычайно заинтересовал: он недавно вернулся из лесу, натащив целую кучу всяких целебных растений, кроме того, от него загадочно пахло какими-то настоями и карболкой. Четырбок был занят изучением своей добычи и ничего не замечал. Обнаруженный среди книг "Колдовской травник" так его захватил, что он напрочь забыл, где находится.

– Эй, рыцарь большой клизмы, – окликнул эскулапа Брю, – бросай свой гербарий! Тут Олли Виндибур фокус с ежами хочет показать.

Все сидели затаив дыхание и смотрели, как Олли Виндибур колдует. Невысоклик взял в руки открытую на нужной странице книгу, набрал в легкие побольше воздуху, "пыхнул" красным усмарилом и почти крикнул:

"Барум альде гьор

Рееж грохул эльмах пур!"

С минуту ничего не происходило. Но потом… Потом в одном месте песок поднялся и… Из-под кучки, чихая и отряхиваясь, вылез еж.

Сказать, что он был огромен – ничего не сказать. Ежина доставал невысоклику до пояса. Зверь подслеповато заморгал, защурился, словно после долгого и крепкого сна, встал во весь рост и спесиво подбоченился.

Лапы у него были мускулистые, здоровенные, по размеру, как барсучьи.

– Чтоб я утоп! – за всех выразился Брю. – Вот это рожа!

Привыкнув к свету, атаман ежей выпятил брюхо и на ломаном невысокликовском языке прошепелявил:

– Мыкш-ш-ш-иный пак-ш-ш-тет!

– Олли, он, кажется, есть хочет, – дернул за рукав Пит.

– Кто-нибудь, сгоняйте за мышиным паштетом! – громко приказал Виндибур. А сам воровски подмигнул: дескать, "несите нужную колбу".

Побежала Тина. Ей уже ничего не нужно было объяснять – она соображала на ходу. Через минуту девочка поставила перед ежом поднос с сомнительным (с точки зрения любого невысоклика) лакомством. Наверное, у нее не все гладко получилось: из блюда торчало множество серых хвостиков. Но, несмотря на очевидный кулинарный промах, еж с чавканьем набросился на еду, как будто сто лет не ел.

В момент от кучки размером со средний арбуз не осталось и следа.

– Гхед! – то ли хрюкнул, то ли кашлянул ежина, и облизнулся как собака. – Караш-ш-шо! Пес-с-с-ню!

– Ой, – вырвалось у Хрюкла, – я ему петь не буду. Он какой-то кровожадный…

Тут вперед выступил гном.

– Эй ты, морда колючая! – низким голосом произнес он. – Я к тебе обращаюсь!

Еж поднял голову, насупился, сдвинув на нос колючки, и впился глазками-бусинами в Нури.

– Нам работа нужна, – продолжал Нури.

– Укс-с-словия вак-ш-ш-и? – Разминая лапы, еж щелкнул суставами.

– Говори мне: господин гном.

Но, видно, еж и так уже понял, что перед ним не невысоклик.

– Еда кхаж-ш-дый день, как мы скхаж-ш-ем.

– Что еще?

– Чирс-с-с.

Нури не зная, что это значит, не моргнув глазом сказал:

– Хорошо.

Еж, предупредив, что завтра вернется "со вкс-с-еми", ушел в лесные дебри, шлепая большими ногами.

Потрясенные друзья долго не могли прийти в себя. Пина как села на песок, открыв рот, так и сидела. Наконец у нее вырвалось:

– Страшный, говорящий, да еще "со вкс-с-семи"! Ой, мамочки!

Рецепт специального ежиного напитка почему-то оказался в "Любимых рецептах фей". Не зная для чего он и сколько его надо, Тина и Пина приготовили целую кадушку тягучего болотно-зеленого пойла, от которого, как сказала Пина, "воняло жабами".

С первыми лучами солнца Олли, Пит и другие начали перетаскивать содержимое пещеры на корабль. Решили так: часть всех колдовских материалов оставляют на острове в тайнике, а другую берут с собой – мало ли что понадобится. Конечно же, взяли книги – те, которые показались наиболее важными (некоторых было по два, а то и по три экземпляра). Еще оружие, сундучок с золотыми монетами, подзорную трубу и так далее. Старый Брю изготовил снасти для рыбной ловли, а Болто и Пит принесли в бурдюках пресную воду.

Брю все утро ворчал: "На кой нам сдался этот ежина, морских блох ему рундук? Мы и с парусом прекрасно дойдем".

Но отступать было поздно. Нури, например, высказался в таком духе: "Во-первых, уговор даже с ежом есть уговор, а во-вторых, правила игры на то и правила, чтобы в случае чего попытаться их изменить с выгодой для себя". Надо сказать – подход традиционно гномий. И хоть не всем невысокликам он по душе, на этот раз любопытство перевесило.

Цокот, пыхтенье и шлепанье лап множества живых существ раздалось в лесу около полудня. Вскоре на опушку начали выходить ежи. Крупные, такие же мускулистые, как и их вожак, и… заспанные. Такого количества этих созданий никто никогда не видел. Ежи недоверчиво щурились, надвигая на лоб иголки. Некоторые сворачивались в клубки и так замирали, чего-то ожидая перед кадушкой с чирсом.

Наконец, бесцеремонно растолкав собратьев, вперед вышел атаман. Из его пасти торчали лапы какого-то крупного жука, которым он смачно похрустывал. Увидев бадью с пойлом, он сплюнул, потянул носом. Все ежи тоже привстали и вытянули носы, словно ожидая вердикта вожака. Наконец тот удовлетворенно прошипел: "Чи-р-с-с-с!". Ежи, одобрительно похрюкивая, закивали. Вся поляна зашипела и задвигалась.