Андрей Костанян - Восьмой цикл

Могущественная волшебница смотрела на уже немолодую женщину, и снова слезы начали подкатывать к глазам. Марика создавала такой домашний уют, которого у Милены не было и в детстве. Ей резко захотелось побыть с матерью Малика подольше. Она никогда не была с мамой в нормальных, дочерних отношений. Ее забрали в Академию с раннего детства, и она почти не видела мать. В Академии ее иногда навещал отец, но обращался с ней, как с уже взрослой. Конечно, уже в восемь лет она могла создать огненный шар, который мог бы убить человека, в четырнадцать она потопила огромный пиратский флот на юге Эдвара. Но детства ей в душе не хватало.

— С удовольствием, матушка, — уже в слезах прошептала она.

Пили чай они долго. Милена, проникшись чувствами, рассказала Марике всю ее жизнь, сама многое узнав о Малике. И чем больше узнавала, тем становилась увереннее, что он ее не подставит. Сын такой матери просто не мог быть негодяем, так она решила для себя. Да и нравился ей Малик давно уже… Он был открытым, честным и немного смешным, по сравнению с адептам Академии Эдвара. Несмотря на всю свою лень кое-что лично в Академию он внес. Он внес именно дух знаний, а не интриг, дух легкости и открытости. Учиться в его Академии было и интереснее, и приятнее чем в узких магических кругах семи стран.

Они разговаривали часов пять, не меньше, когда, наконец, пришел Малик.

Глава 11: Интриги

Малик посвятил в планы Эдвара деканат и предложил оригинальное решение проблемы. Технически все было просто, а некоторые решения давно уже назрели, и требовали их выполнения.

Деканат собрался официально для выборов ректора. Малик пригласил лично Акеяла. Пусть посмотрит, что Милена честно пыталась пропихнуть его кандидатуру.

— Уважаемые коллеги и высокоуважаемый гость. Я ухожу с поста ректора, потому что это должность слишком важна, чтобы доверять ее таким лентяям, как я, — дружный смех деканов. И, надо отметить, вполне справедливый, — Пост ректора должен занимать не просто могучий маг, и не просто ответственный. Эта должность для объективного, умеющего различать новые веяния в магии и фильтровать устаревшее. Я был годен, только, как строитель, более я снимаю с себя обязанности. Начнем процедуру выдвижения кандидатов и их обсуждение.

И вот начало его, Малика, спектакля. Всего для одного зрителя, но этот зритель должен верить, что все происходит не по заранее написанному сценарию, а вживую. Встала Милена:

— Я предлагаю Архимага Эдвара Акеяла. Мы с Маликом обсудили его кандидатуру, и нашли ее вполне подходящей. Он сильный маг, уже опытный, но еще молод и его глаза открыты новому.

— Поддерживаю и подписываюсь под всеми словами. В войне мне посчастливилось видеть уважаемого Акеяла во всей красе, поверьте, он очень могучий и склонный к импровизациям маг, — Малик сыграл свою роль. Акеял прям зарделся от лести. Все-таки рано его назначили Архимагом. Он силен, с этим не поспоришь, но излишне самоуверен, жизнь ему преподала еще мало уроков, чтобы он по праву был бы Архимагом. Ни по опыту, ни по проницательности он не мог сравниться с его предшественником. Теперь начинается главный акт представления. Встает Креим:

— Я согласен со всем сказанным, уважаемой Миленой. Но, боюсь, как декан Академии я должен возразить против этой кандидатуры. Ведь устав Академии запрещает нанимать в состав преподавателей зависимых от своих государств магов. Архимаг Эдвара — не просто титул. Это должность. Он возглавляет магов Эдвара, находится в правительстве Эдвара. Это может вызвать конфликт интересов. Вот если уважаемый откажется от своего поста в Эдваре… — Взгляды деканов устремились на Акеяла.

По лицу Акеяла было непонятно, заподозрил он спектакль или нет. Но, конечно, он отказался от предложения Креима, сославшись на то, что Эдвар нуждается в нем.

— Тогда, к моему большому сожалению нужен другой кандидат.

Диспуты, конечно, всего лишь для глаз Акеяла, длились час. Сошлись на персоне Меркана, как опытного преподавателя и управленца. Как раз подошел к концу его контракт с гномами на обучение магов Хомико.

Но отпускать ни с чем Архимага нельзя было. Малик собирался смягчить поражение Эдвара:

— Пока я еще ректор, я хотел бы вынести на обсуждение идею попечительского совета. За два года управления Академией я столкнулся с тем, что постоянно надо вести диалоги с бюрократическими аппаратами всех семи стран насчет всяких мелочей. Примеров много. Практика студентов летом, сбор трав растущих в определенных странах, переговоры о финансовой поддержке держав не просто утомительны. Этим должны занимать дипломаты на постоянной основе. Я предлагаю, чтобы у Академии появился попечительский совет из представителей магического и дипломатического общества всех семи держав. Чтобы они занимались делами, не касающимися непосредственно обучения студентов, и прошу Архимага поддержать мою идею перед императором Эдвара.

По глазам Архимага стало понятно, что он заглотил наживку. Но и для Академии это будет большим подспорьем.

Через три дня попечительский совет утвердили. Милена не пострадала, что очень обрадовало Малика.

Совет семи горячо приветствовал идею попечительского совета. Государства в быстром порядке утвердили своих членов в него. Правда, почему то Тридцатиградье на этих переговоров представлял не Киреен, а его заместитель.

Ридирл сдержал обещание, данное Милене, и освободил ее семью, вернув земли, принадлежавшие им.

Довольный своим успешным представлением, Малик через два дня пришел домой в Хомико. В прошлый раз, из-за Милены он так толком и не увиделся с матерью, не отдохнул.

Матушка была в восторге, что он второй раз за неделю посетил ее. Марика в течение разговора за столом, пыталась разузнать, что думает Малик о Милене, собирается ли он остепениться в ближайшее время. Малик отвечал уклончиво, но слова матери заставили покопаться в своих чувствах. «Наверное, я и в самом деле к ней не равнодушен. Слишком уж рьяно я стал помогать ей, конечно, это на меня похоже, но все ж…», — Малик был честен с собой. Он не причислял себя к кругу ее обожателей, но как-нибудь прогуляться с ней наедине и поговорить очень даже хотел.

От мыслей отвлек стук в дверь. Снова ему не дают отдохнуть. На этот раз в поздний час пришел Киреен:

— Добрый вечер, Киреен. Чем обязан визиту?

— Добрый вечер, Малик. Мне нужна твоя помощь.

Оказывается, Киреен отсутствовал на совете из-за чрезвычайных событий на границе с Эдваром. Один город перестал отвечать, присылать налоги, исчезла и магическая связь с городом. Через пару дней в столицу прибежал солдат гарнизона того города, Хайрона, и сказал, что их ночью взяли штурмом неизвестная армия, перерезали всех магов в городе, перебили стражу. Правительство послало разведотряд к городу.