Ирина Цыганок - Долгий сон

— Здесь же ничего не видно, Ивон! — Возмущенно зашептал он. Худощавый потянул пергамент на себя, прочитал медленно, едва не уткнувшись носом: «Сможет исполнить желанье свое…»

— О! — Он поднял голову от стола, посмотрел со значением на «братьев». — Желание, значит. — И снова прибавил. — О!

— Где ты ее искать будешь, эту бабу? — С сомнением покачал головой бородач. — Может она в горах каких непроходимых похоронена, или опять же в пустыне?

— И ни в какой не в пустыне она вовсе. В Храме у Всесильного нищий один милостыню просил. Безногий. Говорит до гробницы этой ходил. В городе это эльфийском заброшенном. Не было раньше того города, и вдруг объявился в Готтаре. Наместник Готтарский, проходы на границе прикрыл, однако же Войчет, что из Королевства с заработков вернулся, рассказывает, что из Сан-Аркана много народишку на поиски подалось…

— Много твой нищий знает! Как он безногий в Готтар бегал?

— Дурак, ему в гробнице ноги-то и отгрызли! — Горячился Ивон.

— Может и не надо нам туда соваться, раз такие дела? — Несмело предположил обладатель румяных щек.

— Так всю жизнь и просидишь увальнем в нашем захолустье! А кто говорил: «Вот бы нам корабль свой!». Найдем ту бабу — и будет нам корабль.

— Ты, Ивон, не мельтеши. — Старший из братьев задумчиво подергал себя за бороду. — Чай не один такой умный. Сам говоришь: и без нас охотников хватает.

Худой Ивон зло сощурился, потянул к себе пергамент.

— Не хотите, так и…

— Да, погоди, ты! Скорый какой… — Бородач накрыл ладонью кусок кожи с едва различимой надписью. — Раз город эльфийский, ведьма, выходит, тоже элифийская?

Рябой сбился, пригладил рукой редкие волосы.

— Врать не буду, не знаю. — Ответил озадаченно. — Но эльфийки, говорят, страсть красивые, а Брадизанский князь, что до самого гроба дошел и ведьму видел, жениться на мертвячке раздумал и назад повернул. Выходит, не больно она и красива, что князь-то морду воротит.

— Это хорошо, — весомо проговорил его собеседник. — Красотка за рыбака пойдет ли еще, а так…

— А кто жениться-то будет? — Опять встрял румяный.

Его собеседники переглянулись со значением.

— Да, уж не ты, понятно, — ухмыльнулся в бороду родственник. — Женилка еще не выросла! — Парень зарделся еще сильнее, отодвинулся от шутников подальше.

— Жребий надобно кинуть: кому — жениться, а кому — желание загадывать. А до того, клятву дать письменную, чтоб промеж нами дележа несправедливого не было. — Неожиданно спокойно заявил рябой.

— Договор написать надо бы. — Cогласился его солидный собеседник.

— Прошу прощения, господа, — Хаэлнир вырос за спиной румяного паренька, — позвольте полюбопытствовать…

Рябой Ивон попытался припрятать затертый пергамент, но длинные пальцы эльфа были проворнее. Командующий выдернул исписанный кусок кожи прямо из-под носа у совещавшихся рыбаков. Бородач начал вставать, от возмущения щеки его налились багрянцем, не хуже чем у брата, но тяжелая длань дракона не позволила подняться.

— Посиди пока, почтенный. — Змей приветливо улыбнулся всей компании. — Мой друг просто полюбытствует. — Что там, Хал?

— «В старой столице, в зале пустом, рыжая ведьма мертвым спит сном…» — Прочел командующий, остановился, взглянул на друга.

— Дальше!

Эльф дочитал. На всякий случай осмотрел со всех сторон пергамент, протянул суетливому хозяину.

— Что за стихи? Откуда пергамент? — Драконий взгляд пригвоздил Ивона к месту, так же, как его приятеля — рука Змея.

— В Мелузельском храме купил, — отведя глаза, смущенно сообщил тот, — за полтора мелузена. Новое пророчество может купить всякий и испытать себя. — Он умолк.

— И, говоришь, были такие, кто нашел ведьму? — продолжал допытываться Змей.

— Да. — Рябой говорил с явной неохотой.

— Ладно тебе, мужик, чего скрытничать?! Велика тайна за полтора мелузена!

Последние слова снова раззадорили худосочного искателя приключений.

— Многие ходили искать, да мало кто вернулся! — С вызовом ответил он. — Творец справедлив, и счастья пытать может всякий: хош бедный, хош богатый! Нищий, вон, до самой гробницы дошел! А князь Брадизанский, может, и не заходил в город вовсе, с него и соврать станется! — Ивон сообразил, что противоречит собственным недавним словам и замолчал, искса поглядывая на своих приятелей.

Хаэлнир отошел от стола, Змей отпустил бородатого рыбака и присоединился к товарищу.

— Чует мое сердце — это она! — В драконьих глазах снова зажглись огни.

— Действительно чует? — Хаэлнир взглянул испытующе.

— Ну-у… нет, я не ощущаю мирриного присутствия. Но заварить такую кашу — это на нее похоже!

— Пожалуй. — Согласился эльф.

— Так что, летим в Готтар прямо сейчас?!

— Х-м-м. Долететь-то не проблема. Но неплохо бы сначала выяснить, что все-таки это за пророчество. И как мы собираемся разбудить ведьму, если, конечно, это Мирра? Кстати, мы уже однажды «обознались» (Змей невольно фыркнул, припомнив не слишком давнее приключения на Тхлай-Охоле), так что разузнать получше о внешности спящей девицы тоже не помешает. Этот парень… — эльф обернулся к столу, за которым только что сидела компания, но мужики после проявленного к ним «знатными господами» интереса, предпочли быстренько смотатья. — Жаль, я не расспросил его, сразу. Насколько я понял, брадизанский правитель лично лицезрел загадочную красавицу. Я бы наведался в Брадизан, чтобы быть уверенным, что мы не зря потеряем время. Тем более, что прогулка к гробнице видимо представляет… м-м-м… определенные трудности.

— Значит — в Брадизан. — Хмей похлопал себя по карманам куртки. — Кошелек при тебе?

— Конечно, — эльф достал из поясной сумки похожий на кисет мешочек с серебряным вензелем, — не думаешь же ты, что я планировал сбежать из трактира не расплатившись!?

— Тогда не будем медлить. Оружие у нас тоже с собой.

Дракона аж потряхивало от нетерпения.

— В Брадизан, так в Брадизан. — Хаэлнир встал, поправил кожаные ремни портупеи, зашнуровал накинутый на плечи плащ (на улице лило, как из ведра). — Только давай уж и в Мелузу заглянем: во-первых — пергамент оттуда, да и почту забрать не помещает.

Дракон не дожидаясь, пока командущий расплатиться за заказанный, но так и не съеденный ужин, выскочил на улицу. Хаэлнир задержался, отдавая последние распоряжение сошедшей вместе с ними на берег команде. Потом и он вышел на крыльцо. Посреди унылого двора уже стоял золотой дракон, горячее дыхание становилось паром в промозглом воздухе. Эльф поднялся к нему на загривок, и ящер резким скачком взмыл над крышей трактира и принялся набирать высоту. Вскоре тяжелые водянистые тучи остались внизу. Небо над ними оказалось поразительно светлым и солнечным. Г*Асдрубал заложил вираж и взял курс на Мелузу.