Кэйтлин Свит - Узор из шрамов

— Если бы я не боялся за твою безопасность, то отвел бы в замок еще несколько недель назад. Ты готова.

Я покачала головой, отчасти потому, что затылок болел и пульсировал.

— Но ты не боишься за других учеников. Если они в безопасности, то почему я не буду? — И подумала: «Надо было раньше у него спросить; может, шишка сделала меня умнее?»

Орло долго молчал. Я представляла, что он смотрит на меня, но лунного света не хватало, чтобы увидеть его глаза.

— Есть кое-что еще, — наконец, сказал он. — Еще одна причина, по которой я вынужден держать тебя в секрете до поры до времени.

На этот раз молчание было долгим, и мой умнеющий разум нашел ответ.

— Видение на крови, — ответила я. — Тебе нельзя учить ему других студентов. А пока я не с ними, ты можешь учить меня.

Он улыбнулся, и его зубы блеснули.

— Верно, Нола. Ты не такая, как другие, и именно поэтому должна остаться здесь.

— Но что это значит? — Мой голос повысился из-за паники. — Сколько пройдет времени, пока ты научишь меня остальному? Когда ты возьмешь меня с собой? Ты обещал — обещал! Ты забрал меня из борделя, и все эти месяцы я ни разу не была снаружи, а если я останусь здесь в одиночестве еще дольше, то просто сойду с ума!

— Не сойдешь, — сказал Орло. — Ты сильнее любого моего ученика, и поэтому я выбрал тебя. Когда наступит время раскрыть мою работу, мне нужен кто-то сильный.

— Если я такая сильная, — быстро проговорила я, — позволь мне это доказать. Разреши использовать свою силу, чтобы помочь тебе. Я могу искать Прандела вместе с тобой. Вместе мы его найдем, и сейчас, когда начались мои месячные, я действительно многое могу. Мы раним его сильнее, чем ты один. Но разреши мне выйти, разреши мне пойти туда с тобой. Этого будет достаточно. Мне пока не нужен замок. Я хочу просто пройтись по улицам…

До сих пор я не понимала, как сильно этого хочу. Мне было нечем дышать, глаза наполнились слезами.

Два шага, и Орло оказался рядом. Он запустил руки в мои волосы и слегка сжал лицо, чтобы я не могла отвернуться.

— Скоро, — сказал он, проведя большими пальцами по моим бровям. — Терпение, моя дорогая, упрямая девочка. Впереди нас ждет столько всего…

Он склонился. Его губы легко двигались по моему лбу — вперед-назад, вперед-назад, — вызывая мурашки и жар.

— Но я, — влажные, теплые слова на моей коже, — могу научить тебя большему. Я ждал этого и потому злился. Это от нетерпения. Я не должен был делать тебе больно.

Мое тело забыло об усталости. Оно стремилось навстречу его пальцам и губам с такой силой, какой прежде я никогда не чувствовала.

— Покажи, — прошептала я.

Он отстранился, и я выругала себя за то, что не промолчала. Его руки скользнули по моим щекам и опустились.

— Не сейчас, — хором произнесли мы оба, и он засмеялся, откинув голову. — Госпожа Дерзкая Провидица, — сказал он, все еще улыбаясь. — Чему я тебя не учил, так это уважению. Но сейчас уже поздно. — Он глубоко вздохнул и когда заговорил вновь, его голос снова был серьезным. — Я так же хочу начать следующий урок, как и ты. Но ты устала… Нет! Не возражай. Ты устала. А для того, что я собираюсь тебе показать, понадобится вся твоя сила.

Он взял меня за плечи и развернул к стеклянной дорожке.

— Идем. Пора в постель.

Вместе мы шли назад, ступая по цветам и стеклам. Ветер был прохладным, и я подняла лицо ему навстречу. В тот миг я была свободна, не связана стенами из камня и железа и полна желания, боль которого напоминала о том, что я жива, и это радовало. Но тут мой взгляд упал на дом. В моей комнате горел свет, а у окна стояла фигура. Всего лишь тень, но я знала, кто это, и видела его лицо так же ясно, как если бы он стоял на солнце.

Я замерла. Орло сделал еще несколько шагов и тоже остановился, обернувшись через плечо.

— Нола?

— Мое окно, — медленно сказала я. — Там… — Но когда он поднял голову, тень Лаэдона уже исчезла. Орло вопросительно посмотрел на меня, и я пожала плечами. — Устала, — произнесла я, пытаясь улыбнуться. — Ничего.

Глава 13

— Трансформация.

Я посмотрела на Орло. Вокруг него плавали огоньки свечей. Большую часть дня я без сна пролежала в постели, отдыхая. А когда он вернулся — не слишком поздно, сразу после заката, — то принес мне кувшин вина. Теперь и свет, и все остальное расплывалось по краям.

— Трансформация. Что это значит, Нола?

Я сглотнула. Вино — сладкое, янтарное, как глаза Уджи, — вызвало во мне жажду.

— Изменение, — ответила я.

— Верно. И где ты видела это слово?

— В красной книге с золотыми страницами.

— Да. И ты хотела знать, что оно означает. Как это связано с Видением на крови.

Теперь пришла моя очередь говорить «да», а в животе опять начало расти напряжение.

Он подошел к шкафу и вставил ключ в замок.

— Выбери, — сказал он, — и я тебе покажу.

На этот раз я выбрала самый маленький. Его крошечные зубцы походили на зубья пилы, но у него был прекрасный кончик, который здорово сработает. (Я уже представляла вену, зеленую под кожей и красную, когда она будет вскрыта).

— Начались твои месячные, — сказал Орло, глядя на меня с улыбкой. — Тебя ожидает новая сила. Когда ты порежешь Лаэдона, то сможешь не просто видеть его Узор. Ты сможешь его контролировать.

Я тоже улыбнулась. Он подошел и коснулся пальцами моих губ.

— В этот первый раз я все тебе объясню. Когда у тебя будет больше практики, ты все сможешь сама, но пока слушай меня. И сейчас, и когда погрузишься в видение.

Его палец скользнул по моему подбородку.

— Хорошо, — ответила я. — Скажи, что надо делать.

Улыбка стала шире.

— Какой твой любимый пирог?

Я засмеялась.

— Яблочный. — И вспомнила, как Бардрем чистил и резал яблоки, пока Рудикол возмущался убежавшим тестом и нехваткой в нем рома.

— Очень хорошо. Пусть будет яблочный. Представь его, когда окажешься в Ином мире. Представь так ясно, как только сможешь.

— Ладно. Но что…

Дверь открылась. В комнату вошел Лаэдон, ощупывая стену руками. Я вздрогнула, но сейчас мне было уже не так страшно, как прошлой ночью, когда я видела его в окне своей комнаты. Я не чувствовала ни страха, ни гнева — только глубокое, выжидающее спокойствие. Нож холодил руку. Кожа была прохладной, хотя внутри все было разогрето вином.

Орло обнял Лаэдона за плечи.

— Он почувствует это, если ты все сделаешь правильно. Не как боль, но все равно почувствует. Ты ведь к этому привык, а, Лаэд?

Плечи старика слегка вздрогнули. Глаза его двигались вверх-вниз.