Эприлинн Пайк - Крылья

— А если не продавать? Мы обойдемся?

Мама вздохнула и на минуту задумалась.

— Бизнес у папы идет хорошо, но не факт, что так будет и дальше. — Она поставила локти на стойку. — Нам придется надолго затянуть пояса, Лорел. Мне надоело во всем себе отказывать. Ты не одна страдаешь.

Лорел помолчала. Да уж, нелегкая задачка для пятнадцатилетней девочки.

«Я ведь не простая девочка», — подумала она и, приободрившись от этой мысли, продолжила:

— А вы можете хотя бы… подумать? Еще недельку?

Мама поджала губы.

— Мы должны подписать бумаги в среду.

— Еще неделю, пожалуйста! Просто скажите мистеру Барнсу, что хотите немного подумать. Если вы хорошо подумаете, обещаю, я больше не буду приставать. Мама недоверчиво покосилась на нее.

— Ну, пожалуйста!

Она смягчилась.

— Ладно, мистер Барнс не откажется от сделки, если мы отложим ее на неделю.

Лорел обогнула стойку и крепко обняла маму.

— Спасибо, — прошептала она. — Для меня это очень важно.

— Да уж, новостей мало, — сказал Дэвид.

Они сидели за столом на его кухне. Мама отправилась на ужин с очередным ухажером, и дом был полностью в их распоряжении. Дэвид ел разогретую в микроволновке еду, а Лорел калякала в блокноте, силясь не замечать запаха.

— Ничего не мало, — обиженно ответила она. — Тамани словно хотел рассказать больше, но ему не позволили. Я видела, он сам не рад.

— Странный какой-то.

— Просто другой — и не только внешне. — Лорел вдруг замолчала и подняла глаза, вспоминая. — Еще он очень напористый, пылкий. Как будто переживает все острее, чем мы. И заразительный. Сразу хочется почувствовать то же, что и он, да за ним не угнаться. Нелегко, наверное, быть таким страстным.

Лорел содрогнулась, поняв, что нашла верное слово. «Страстный», точно.

— Так вы… подружились?

— Не знаю.

Лорел сознавала, что Тамани к ней влечет. Ее тоже к нему влекло. После целого дня, проведенного с ним, казалось неправильным проводить время с Дэвидом. Или неправильно было встречаться с Тамани? Она совсем запуталась.

Чуть не в сотый раз Лорел дотронулась до подаренного кольца, которое нанизала на тонкую серебряную цепочку, и сразу вспомнила вчерашнюю встречу. За пару часов они с Тамани стали больше чем друзьями — нет, не больше, а выше. «Друзья» — слишком приземленное слово для их отношений. Между ними возникла не простая связь, но Лорел не могла признаться в этом Дэвиду. Слишком трудно объяснить такое стороннему наблюдателю. Догадайся он, какой ураган чувств к Тамани бушевал в груди Лорел, он бы ужасно ревновал.

Однако это не значило, что Лорел не нравился Дэвид. Она считала его своим лучшим другом и порой даже больше чем другом. Дэвид был полной противоположностью Тамани: собранный, уравновешенный, логичный, мягкий. Думая о нем, Лорел чувствовала в груди не безудержный ураган, а спокойную, сильную тягу. Дэвид олицетворял собой постоянство, которого не дождешься от Тамани. Две половинки никогда бы не стали единым целым.

Наконец Дэвид доел ужин, и Лорел отложила блокнот.

— Кстати, спасибо, что прикрыл меня. Подумать не могла, что мама действительно тебе позвонит.

Он пожал плечами.

— Тебя долго не было, а она знает, что ты не любишь биологию.

— Я сегодня кое-что почитала… Ты ведь слышал, что растения поглощают из воздуха углекислый газ, а в качестве побочного продукта фотосинтеза выделяют кислород?

— Да, именно поэтому надо беречь леса и все такое.

— В общем, я подумала, что вряд ли дышу кислородом, как люди.

— То есть… ты дышишь углекислым газом?

— И выдыхаю кислород, да.

— Похоже на правду.

— Может… — медленно проговорила Лорел, — проведем еще один эксперимент?

Дэвид озадаченно посмотрел на нее.

— Давай. Какой?

— Ну, воздух нельзя посмотреть под микроскопом, поэтому единственный способ узнать, выдыхаю ли я кислород, — проверить, сможешь ли ты его вдыхать.

Дэвид начал понимать, куда она клонит.

— И как же мы это проверим? — с едва заметной улыбочкой спросил он.

— Ну, как при искусственном дыхании… Только ты сначала выдохнешь воздух в меня, а потом я в тебя. — Лорел подняла глаза и выпалила: — Если не хочешь, не будем! Просто в голову пришло…

— Я восхищен, — сказал Дэвид. — Ты сама взялась за биологию.

Лорел закатила глаза и улыбнулась.

— «Гугл» — мой верный друг.

Дэвид фыркнул, а потом сделал вид, что просто кашлянул.

Лорел сердито уставилась на него.

— Что ж, отличная придумка! — спохватился Дэвид. — Давай попробуем.

Он вплотную придвинулся к ней, так что они соприкоснулись коленями.

— Сначала ты делаешь вдох и секунд на десять задерживаешь его в легких, чтобы они успели преобразовать кислород в углекислый газ. Потом выдыхаешь мне в рот, а я вдыхаю, тоже жду десять секунд и выдыхаю обратно. Понял?

Дэвид кивнул.

Вроде бы проще простого. Если не считать той части, где надо будет целоваться. «Ничего, справлюсь», — подумала Лорел.

Дэвид набрал полную грудь воздуха и весь покраснел, задержав дыхание.

Теперь уж не отвертеться.

Примерно через десять секунд он поманил Лорел к себе и наклонился вперед, глядя на ее губы. Она попыталась сосредоточиться. Их губы соприкоснулись — сперва очень нежно, и Лорел от волнения вдохнула, но Дэвид прижался крепче и выдохнул весь воздух ей в рот.

Затем он отстранился, и Лорел ненароком посмотрела ему в глаза. Она смущенно улыбнулась и тут же опустила голову, считая до десяти. Дэвид снова придвинулся и мягко тронул ее за плечо.

На сей раз Лорел приникла к его губам почти без колебаний. Он немного приоткрыл рот, и она выдохнула весь воздух из легких. Дэвид втянул его и, на миг задержавшись, оторвался от ее губ.

— Ух ты! — Он провел руками по волосам. — Клево. У меня немного кружится голова. По-моему, ты выдыхаешь почти чистый кислород, Лорел.

— Смотри не свались со стула. — Она положила руки ему на колени.

— Все нормально, — ответил Дэвид, медленно вдыхая. — Сейчас приду в себя. — Он накрыл ее руки своими, закусил нижнюю губу и широко улыбнулся.

— Что смешного?

— Извини, — покраснев, сказал Дэвид. — Просто ты такая сладкая.

— В каком смысле «сладкая»?

Он облизнул губы.

— Как мед.

— Мед?!

— Ага. В первый раз я подумал, что спятил… ну, помнишь, тогда? Но сегодня ты такая же сладкая. — Он на секунду умолк и опять улыбнулся. — Нет, это не мед… нектар. Так правильней.

— Чудесно. Мне до конца жизни придется объяснять всем, кто меня поцелует, почему я сладкая. Ну, кроме тебя или… другой феи.