Владимир Петько - Забытый мир

- Отец Михаил, вы здесь? - закричали из-за двери.

- Кто там? - не своим голосом крикнул в ответ экзекутор.

- Я Риммер, Отец Михаил! Капитан Риммер!

Отец Михаил шумно выдохнул.

- Так заходите, капитан! - приходя в себя откликнулся он. - Чего орете, как сумасшедший?

Дверь медленно открылась, в проем заглянуло несколько голов в шлемах. К удивлению Отца Михаила, они выставили перед собой копья.

- С вами все в порядке, Отец Михаил?

- Если скажу - да, вы меня заколете? - подняв брови, спросил экзекутор.

Стражники не ответили, все также теснясь в проеме и глядя на него круглыми глазами.

- Вы человек? - раздался дрожащий голос.

Отец Михаил оторопел.

- А, что, есть сомнения?

- Старший канцелярий сказал, что вы, э-э-э... -пробормотал капитан. - Лучше вам самим спросить.

- Что здесь, демоны вас побери, происходит? - начал закипать экзекутор. - Умом что ли все тронулись?

- А разве вы не слышали? - с подозрением спросил капитан.

- Я был в архиве. Что я должен был слышать?

- Не знаю, - пожал плечами капитан. - Когда мы прибежали на шум, весь совет стоял в коридоре у Малого зала, а старший канцелярий говорил, что вы теперь демон и вас послали убить нас.

- Что за идиоты, - со злостью сказал Отец Михаил, - пойдемте, поглядим, каких еще демонов навыдумывала эта бумажная крыса.

В тапках на босу ногу, накинув халат, он зашагал к Малому залу. Идущие рядом стражники жались к стенам, кося выпученными глазами. В коридоре около зала собралась толпа, несколько поредевшая при появлении Отца Михаила. Оставшиеся тоже сдвинулись к стенам и оттуда глядели на экзекутора, как на ожившего мертвеца. У самого зала стояли члены совета, обернувшиеся на звук его шагов.

- Добрый вечер, Отец Михаил, - раздался голос Великого Магистра. - Где вы были?

- В архиве, разговаривал с Отцом Клемоном.

- С вами все в порядке?

- Если не считать, что в мою комнату ворвались солдаты с копьями наперевес, то, наверное, да, - ответил, стараясь быть вежливым, экзекутор. - Хотя, нет, они утверждают, что я стал демоном, и это меня немного удивило.

- Некоторые собратья позволили себе поддаться эмоциям, не стоит обижаться на них, - улыбнулся Магистр. - Скажите, когда вы сегодня прибыли в Слешо, ничего странного не происходило?

- А что могло произойти? - удивился Отец Михаил.

Члены совета расступились, и экзекутор увидел на полу столь знакомую, круглую дверь. Металлический блин, трех ярдов в диаметре и шести дюймов толщиной был согнут пополам, как монета цирковым силачом.

- Что это? - растерянно спросил Отец Михаил.

- Нам самим интересно, - ехидно отозвался Магистр. - Сегодня никто, кроме вас не прибывал. А через два часа после вашего появления дверь Малого зала вынесло, словно ветхую калитку. Вот я и спрашиваю - вы, Отец Михаил, ничего странного не заметили?

- Нет, - потрясенный экзекутор пошел мимо покореженной двери в темный зал. Неожиданная мысль кольнула сознание. - Никого не убили?

- Нет, - отозвался чей-то ледяной голос. - Пока.

- После вас зал не работал, - сказал в спину старший канцелярий, - никто не мог проникнуть сюда из других монастырей. Что бы это ни было, оно пришло вместе с вами.

- Как можно пройти вместе со мной, так, чтобы я не заметил? - спросил Отец Михаил, трогая барельеф, покрытый капельками воды.

- В том-то и вопрос, - многозначительно обронил канцелярий.

- На что вы намекаете? - резко обернулся экзекутор.

- Я не намекаю, - повысил голос канцелярий, - я прямо говорю - на Северной заставе тоже с вашим появлением совпало...

- Вы хотите сказать, что я... я... - задохнулся от негодования Отец Михаил.

- Тихо, тихо, - вмешался Великий Магистр, - не надо резких слов. Вас ни в чем не обвиняют. Просто нужно проверить, может быть, к вам прицепилось что-то.

- Что может ко мне прицепиться? - затравленно огрызнулся экзекутор.

- Кто его знает, что-то из Пустоши...

- Бред какой-то, - пробормотал Отец Михаил.

В задних рядах, зашевелились, растолкав монахов, протиснулся тяжело дышавший страж.

- Отец Клемон... - он перевел дух. - На груди... Шрамы... Не дышит.

Все как по команде повернулись к Отцу Михаилу.

- Что вы... - экзекутор не выдержал и закричал с отчаяньем. - Вы все с ума сошли! Нет у меня никого!

Обращенные на него лица смотрели со скорбью и сочувствием. Отец Михаил сделал шаг назад, из комнаты с порталом в спину потянуло прохладной сыростью...

Глава 7

Первым, что появилось в сознании, была боль. Потом возникло место, где жила боль - маленькая жилка на левом виске. Она мерно пульсировала, рождая короткие, обжигающие вспышки. Из цветных пятен, лениво толкавшихся в глазах, проступила белая, идеально ровная поверхность. Она, светясь мягким светом, уходила вдаль, постепенно сужаясь, уступая место черноте с редкими, мигающими колючим светом, точками. На мгновение эту красивую картину заслонило мутное пятно, похожее на чье-то лицо, нахмурило брови или что там у него, пошевелило подобием губ и исчезло. Остались лишь колючие точки, которые называются звездами, и белая дорога, по поводу которой память скромно промолчала. Он смотрел на дорогу в небо, постепенно знакомясь с частями своего тела. На короткий миг он испугался, что процесс присоединения к нему новых частей бесконтролен, и он станет совсем не таким как раньше, на что робко возразил внутренний голос: мол, он и понятия не имеет, каким был раньше. Возразить на это пока было нечего. Тем более что его поджидало новое открытие - мир за пределами его тела был тоже материален! Этот мир уперся в один из его членов острым краем, вызывая в том весьма противоречивые чувства. Следующим включился звук. Кто-то хрипел совсем рядом. Похоже, этому кому-то очень плохо. Ничего, бывает. Вот ему тоже несладко, но он же не хрипит... наверное. Вернулось пятно, довольно быстро стало лицом, мелькнуло еще одно пятно, продолговатое и одно из мест, принадлежащих его телу, начало невыносимо жечь. Огонь полился в центр тела, растекаясь оттуда тонкими струйками.

Это было так больно, что Петер мгновенно пришел в себя и начал кашлять. Через миг его еще и стошнило себе на грудь. Отплевываясь отвратительной до судорог слюной, он приподнялся на локте. Футах в десяти от него на коленях стоял Дэнил, с маленькой фляжкой в руке. Рядом с ним лежал Марк, и его тоже рвало.

- Ничего, - сказал Дэнил и, поморщившись, сплюнул, - щас полегче станет. Все выйдет, если не с блевотиной, то с потом.

- Что случилось? - еле проворочал шершавым опухшим языком Петер.

- Херня полная случилась, - ответил Дэнил. - И когда я херню эту найду, она сильно пожалеет, что решила нам подляну сделать.