Ричард Кнаак - Книга дракона

— Закрой глаза и держись крепче! Закрыть глаза?

— Зачем?

Улыбка ее оказалась слегка кривой, но совершенство формы губ заставило забыть об этом.

— Чтобы остаться в живых.

С таким доводом трудно было спорить. Уэллен зажмурился, молясь, чтобы это не оказалось его последней ошибкой.

Странное струящееся ощущение — словно он упал в озеро и ушел на глубину. Напоследок ученый услыхал далекий визг мышеподобной твари, но он резко оборвался. Тут Уэллен наткнулся на свою спасительницу, остановившуюся, едва крик смолк.

— Теперь можешь снова открыть глаза.

И вновь он был поражен ее красотой. Волосы ее были черны, словно сама ночь, если только не чернее ночи, и прекрасно оттеняли белизну кожи. Встретив ее взгляд, Уэллен невольно вспомнил о кошколюдях, живших в горах к востоку от его родины. Возможно, такие глаза появились в результате скрещивания с этой расой.

— Теперь можешь отдохнуть. Здесь мы на время будем в безопасности. — Видя, что он отчаянно потеет под всей своей одеждой, она добавила: — Это можно снять. Он был просто на всякий случай. Я ведь не знала, скоро ли за нами кинутся в погоню.

— Кто ты? Что это были за твари? Как ты нашла меня?

— Какой любопытный!

Перемена в ее тоне была ошеломляющей. Словно они не спасались вместе от дьявольских тварей, а пошли прогуляться после пикника…

— Мне это нравится! Ты ничего не требуешь, подобно многим, кого я знала. Ты вежлив, невзирая на обстоятельства!

— Тогда ты, возможно, будешь столь любезна, что ответишь хоть на некоторые из моих вопросов, — ответил он, освобождаясь от плаща.

С плащом Уэллену очень не хотелось расставаться — особенно потому, что он не успел рассмотреть его, — но жара вынуждала к этому.

Изящные пальчики женщины занялись застежками ее собственного плаща.

— Мое имя — Забена.

— Забена…

Больше он ничего не смог сказать, так как в этот момент его спасительница сбросила плащ.

— А как зовут тебя?

— Уэллен. Уэллен Бедлам.

Интересное имя, — Она протянула к нему гладкие, белые руки. — Можно?

Ученый моргнул, и женщина с волосами цвета воронова крыла объяснила:

— Можно я возьму плащ?

Ученый пришел в себя. Подавая ей изумительное одеяние, он снова спросил:

— Что за твари напали на искателей? Она принялась сворачивать его плащ.

— Это — некри. Тебе они не понравятся.

— Пожалуй… — Бедлам отметил, что плащ в ее руках уменьшается: сверток уже стал вдвое меньше, чем был вначале. — Чего они хотят от меня?

— Вероятно, того же, чего и птицелюди. — Сверток уже мог уместиться на ее ладони, но она все складывала и складывала его. — Тебе известно, чего они хотели от тебя?

Уэллен наблюдал, как плащ становится крохотным квадратным лоскутком ткани. Забена удовлетворилась лишь тогда, когда сверток сделался не больше крупной монеты. Она спрятала его в висевший на ее поясе кошель.

— Известно ли тебе это? — вновь спросила она.

— Они выручали меня. Я спас жизнь одного из их птенцов. Известие явно впечатлило ее. Уэллен почувствовал, что польщен.

— Птичий народ уважает весьма немногих людей.

— Пожалуй, это мне в единственный раз повезло с тех пор, как я оказался здесь.

Не считая этой встречи, — добавил он про себя. Само присутствие Забены сбивало его с толку.

— А откуда ты пришел?

— Из-за моря. — Уэллену вновь вспомнился оставшийся без ответа вопрос. — Отчего же ты спасла меня? Как ты узнала, где я?

Но она, видимо, пока не была расположена к продолжению беседы. Наклонившись, Забена подобрала свой плащ и скорее скомкала его, чем свернула,

— У нас еще будет время для вопросов и ответов. Я была неучтива, — улыбка ее очаровывала. — Я знаю место, где мы сможем побыть наедине… и спокойно побеседовать.

Сама мысль об отдыхе и спокойном обмене сведениями была настолько привлекательна, что ученый почти забыл о происшедшем из-за него кровопролитии. Возможно, Забена могла бы пролить свет на создавшееся положение, включая и загадку таинственной книги дракона, которую Сумрак желал заполучить и в намерении украсть которую он подозревал Уэллена.

К тому же он, по чести сказать, вовсе не возражал против того, чтобы побыть немного в обществе Забены.

Гибкая, но властная женщина продолжала сминать свой плащ. Как и первый, он уменьшался в размерах под ее пальцами. Поскольку она не удосужилась сложить его, плащ вскоре стал напоминать горсть лоскутов, скатанных в комок. Когда он сделался не больше первого, она убрала и его.

— Ты — волшебница?

— Волшебница, ведьма, чародейка… все это теперь означает одно и то же. Да, это так. — Полузакрыв глаза, она взглянула на него, словно ребенок, полагающий, что чем-то огорчил своего отца. — Это так уж тревожит тебя?

— Вовсе нет. Возможно, ты в силах помочь мне. Возможно, она подскажет, как развить его собственные колдовские задатки… В первый раз за весьма долгое время он ощутил подлинное воодушевление.

Забена подошла почти вплотную к нему.

— Я так рада… Многие просто не понимают… Идем же! Наш путь недалек, но солнце уже садится. — Чародейка снова взяла его за руку. — Тебе не захочется провести ночь под открытым небом. Как знать, какие темные создания могут бродить вокруг.

Он последовал было за ней, но, пройдя несколько шагов, резко остановился.

— Что случилось?

Уэллен указал на восток. Большую часть ландшафта в той стороне заслоняли деревья, и лишь сейчас он смог получить хоть какое-то представление, где находится. Вид, открывшийся ему, был на удивление знакомым.

— Те холмы! Здесь есть другие, похожие?

— Нет.

Что-то в ее голосе подсказывало, что времени попусту терять не стоит, но Уэллен желал убедиться.

— Мне кажется… они похожи на те, где меня спас… где меня спасли.

Он решил не упоминать о Сумраке, чтобы не встревожить Забену еще больше.

— Если ты находишь эти холмы знакомыми, скорее всего, так и есть. Первый Король-Дракон здешних мест, говорят, устроил их таким образом. В те времена, когда могущество их не знало границ. Нынешние, насколько мне известно, на подобное не способны. Хотя их тоже не стоит недооценивать.

— Я учту это.

Вот и еще один вопрос. Кто такие эти Короли-Драконы? Ученый вновь последовал за Забеной, но тут его внимание привлекло небольшое строение невдалеке, к востоку от них и чуть ближе холмов. Казалось, оно покоится в самом центре нигде. Вокруг него не было ничего, кроме пустынной равнины и нескольких рощиц. Зачем кому-то понадобилось строить здесь такое?..

— Что там за здание?

В первый раз во взгляде Забены появилось подозрение.