Дженни Ниммо - Зеркальный замок

И был прав.

Внезапно мистер Мармор выпрямился, стряхнул капюшон и рявкнул:

— Тихо!

Класс испуганно смолк. И было чего испугаться: на прошлой неделе мистер Мармор говорил скрипучим фальцетом, а теперь у него был гулкий бас. Вот так дела!

Похоже, мистер Мармор и сам слегка испугался, услышав собственный голос. Он прочистил горло. Попытался сказать «э-э-э». Помычал. Фыркнул.

— Кхм! Кхм! Агхм. М-да.

Сохранить серьезность при виде учителя, который кашляет, мычит, икает и пробует заговорить, было очень трудно, но, тем не менее, никто в классе даже не улыбнулся. Каждый понимал, что малейший смешок грозит суровым наказанием.

Наконец мистер Мармор вроде бы освоился со своим новым голосом и бодро скомандовал:

— Внимание! История Средневековья. Откройте учебники на странице сорок три. Итак, Плантагенеты.

Это был самый захватывающий урок истории в жизни Чарли: сорок минут подряд мистер Мармор увлекательно описывал правление Генриха II и убийство Томаса Беккета. А под конец урока учитель вдруг задал вопрос, от которого Чарли чуть со стула не упал.

— А теперь скажите мне, где был во время описываемых событий Алый король? Что он делал, пока при английском дворе происходили убийства и интриги?

Класс растерянно молчал — включая и одаренных. Мистер Мармор уставился своими разноцветными глазами на Эмму Толли и спросил:

— Вы-то должны это знать, Эмма Одаренная? Ведь у вас в жилах течет кровь Алого короля! — Он подался вперед и хриплым шепотом добавил: — Точнее, у вас в крыльях!

Все, конечно, посмотрели на Эмму. Девочка, запинаясь, выдавила:

— Н-н-не знаю, сэр.

— Очень плохо, моя дорогая, вы просто невежда. А между тем Алый король был буквально в двух шагах от этого места — преспокойно жил себе в замке, от которого теперь остались пресловутые руины, хорошо вам знакомые. Кто бы мог подумать, что это мрачное место когда-то было уютным замком и обиталищем целой семьи? И это правда. Да-с, деточки, в замке жили король и королева и десять их отпрысков… вернее, простите, тогда еще девять. А потом, в один прекрасный день, королева — оп! — и умерла. Прискорбно, но случается. Король совсем ополоумел от горя и ушел скитаться по лесам, бросив на произвол судьбы всех своих детей, даже новорожденную дочку, совсем крошку. — Мистер Мармор покачал головой и почему-то ухмыльнулся с видом глубокого удовлетворения. — Конечно, во дворце было полным-полно слуг, но разве какая-то челядь заменит родителей? Ах, как плохо быть сиротой, как грустно без мамы и папы, верно, Эмма?

— Да, сэр. — Эмма, казалось, вот-вот расплачется.

Интересно, чего это мистер Мармор прицепился к Эмме? Чарли занервничал. Кроме нее, в классе было еще двое одаренных — сам Чарли и Габриэль, который ерзал на задней парте и от волнения дергал себя за волосы. Не подумав, Чарли поднял руку и брякнул:

— Сэр, а вы сами тоже одаренный?

Но мистер Мармор сделал вид, что не слышал вопроса. Он устремил на Чарли пристальный взгляд и поинтересовался:

— Как поживает фауна на Филберт-стрит? Ничего новенького?

Чарли положительно оторопел. Он даже не понял, о чем речь.

— Чего? — переспросил он.

— Фауна. Животный мир, дорогуша. Ну же, поделись новостями. Не попадались ли тебе необычные мотыльки? А лошади?

Рот у Чарли раскрылся сам собой, но прошло несколько секунд, прежде чем мальчик смог выдавить:

— Нет.

— Что — нет?

— Нет, сэр.

— Дурень, я спрашиваю, кого ты видел, а кого нет. Что, ни лошадей, ни мотыльков?

Это что, ловушка? Чарли лихорадочно пытался сообразить, что же ответить, но на помощь подоспел Фиделио:

— Сэр, он имеет в виду, что не видел ни того ни другого.

— А тебя кто спрашивает? Не суй нос не в свое дело! — обрушился на него учитель. Фиделио приготовился к разносу, но настроение мистера Мармора вновь изменилось. Он потянулся с ужасающим хрустом и жизнерадостно объявил: — Урок окончен, дети, вы свободны.

Не веря своему везению, Чарли покидал книжки в рюкзак и пулей вылетел в коридор. Правда, он тут же притормозил — ему послышалось, как мистер Мармор насвистывает некий знакомый мотивчик. Но тут из класса выскочил Фиделио и потащил Чарли прочь — от греха подальше.

— Я не понимаю, этот тип что, чокнутый? — недоумевал он.

— По-моему, у него раздвоение личности, — предположил Чарли.

— Растроение, — подхватил нагнавший их Габриэль. — Он же еще фортепиано преподает, так вот, на уроках музыки он совсем другой — спокойный, серьезный, не кричит. А играет как! Фантастика.

Они завидели впереди Эмму и Оливию, последняя вдруг остановилась и прикрикнула на подругу:

— Да замолчи ты! Я вообще не хочу об этом разговаривать, ясно? Отстань! — И, оставив Эмму в растерянности, понеслась через холл в театральную раздевалку.

— Какая муха ее укусила? — удивился Фиделио.

Эмма подождала мальчиков.

— Наверно, уже все знают, что она провалилась на кинопробе. Вся школа только об этом и говорит.

— А я и забыл, — признался Габриэль.

— Бедняжка! — покачал головой Фиделио. — Теперь понятно, почему ей так скверно.

Чарли сознался, что он виделся с Оливией после провала, и рассказал друзьям о цветочном магазине и его загадочной хозяйке Элис Ангел.

Проходивший мимо Аза Пик напустился на всю компанию:

— Эй, нечего тут чесать языками! Вам всем пора быть в столовой.

Все четверо переглянулись, вспомнили правило молчания и разошлись.

В столовой Чарли с друзьями пристроились в хвост очереди, как раз за Билли, который, похоже, был рад их видеть.

— Можно, я сяду с тобой? — спросил он у Чарли.

— Валяй, — разрешил тот, подумав, что на несчастного, поникшего Билли совершенно невозможно сердиться — хотя, по сути дела, он и воришка.

На обед сегодня подали томатный суп и булочки, но Билли, в отличие от остальных, есть не стал — поболтал ложкой в тарелке и тем и ограничился.

— Ты заболел, Билли? — встревожился Фиделио.

— Нет-нет, спасибо! — смутился Билли. — Просто у меня такие замечательные новые родители и они так закармливают меня вкусностями… И сегодня утром накормили просто потрясающим завтраком, так что суп в горло не лезет. Я сыт.

Остальные уставились на него, пораженные такой пылкой речью. Но Билли умолк и до конца обеда не проронил ни слова. На выходе из столовой он поймал за рукав Габриэля и застенчиво спросил:

— Ты не мог бы взять посмотреть у меня одну вещь — ну, определить ее историю? Только это не просто одежда.

— Пошли в сад, там покажешь, — заинтересовался Габриэль.