Деннис Маккирнан - Серебряный зов

— Рэнд! Брат! — и, поднимая фонтаны брызг, побежал ему навстречу. Они обнялись и, держась за руки, пошли к берегу. Киан представил своего брата ваэрлингам и Анвалу с Борином.

С первого взгляда было понятно, что в жилах Рэнда и Киана течет одна кровь: Рэнд, как и его старший брат, был хорошо сложен, те же золотистые волосы и серые глаза. Даже выражение лица было похожим: твердый, проницательный и уверенный взгляд. Хотя Рэнд был с братом одинакового роста, возможно, даже чуть выше, он казался стройнее. Его приветливое лицо светилось затаившимся весельем, готовым каждый миг выплеснуться звонким смехом. Однако Перри заметил, что в этом улыбчивом юноше скрыта недюжинная сила, даже его одежда говорила о воинском призвании. Под красиво ниспадающим с плеч серым плащом поблескивала легкая кольчуга, рука покоилась на черной рукояти меча, волосы были перехвачены красной с золотом лентой, которая замечательно подчеркивала озорной блеск его глаз.

Рэнд с нескрываемым интересом стал разглядывать ваэрлингов, ведь раньше ему не доводилось встречаться с маленьким народцем. Он вежливо поклонился каждому из бакканов, затем поздоровался с Борином и Анвалом. Варорцы заметили, с каким почтением обращаются к нему гномы. Когда приветствия закончились, лорд Киан спросил:

— Почему ты не перешел реку прошлой ночью и не предупредил, что ты здесь? И вообще, как ты очутился в войске гномов? Я полагал, что ты на севере в Авене вместе с королевским отрядом. Ты приехал из Даэля? Ты видел отца? А мать? — Вопросы обрушились на Рэнда, словно лавина.

Он со смехом поднял руки, будто защищаясь.

— Пожалуйста, давай по одному, — сказал Рэнд, — а иначе я совсем запутаюсь. Во–первых, если бы я дал тебе знать о нашем прибытии вчера, то не застал бы тебя врасплох, а это слишком редкая возможность, чтобы ею пренебречь. Во–вторых, король Дарион освободил меня от службы в северных провинциях, чтобы я мог вести войско Дьюрека на встречу с тобой, хотя я и обнаружил среди солдат несколько гномов, которые бывали даже в Стоунхилле, — создается впечатление, они знают каждую кочку на этой дороге. В–третьих, кто–то же должен был принести тебе твой меч и кольчугу, в которой ты будешь сражаться. И наконец, отец и матушка здоровы, и отец просил сказать тебе, что намерен вскоре передать корону, скипетр и трон своему старшему сыну, потому что уже стар, а королевство нуждается в твоей твердой руке.

— Королевство? — не выдержал Коттон, с интересом слушавший Рэнда. — Какое королевство, какой трон?

— Трон Северного Риамона, конечно же, — ответил Рэнд, удивленно глядя на молодого баккана, который стоял, словно громом пораженный. — Принц Киан, мой брат, будущий король.

Варорцы смотрели на лорда Киана во все глаза. Они знали, что лордами величают людей знатных, однако оказалось, что их спутник вовсе никакой не лорд, а самый настоящий принц. И не просто принц, а наследник престола. Наконец Перри понял, почему Бару и сыновья испытывали к лорду Киану такое почтение. Ведь королевство Риамон простиралось от Гримволлских гор на западе до страны Гария за Железной рекой на востоке, и от Авена и Римменских гор на севере до Ларкенвальда и Великого леса на юге. И пост баэронов находился в самом центре этих земель, а сами они были вассалами чифтана, который, в свою очередь, присягал на верность королю Северного Риамона. Так что для Бару и его сыновей лорд Киан был сюзереном. Подумать только, значит, все это время варорцы путешествовали, ели, спали и пили с будущим королем!

Киан будто и вправду преобразился: величественная осанка, властный взгляд. И пока Перри стоял, разинув от удивления рот, Коттон неловко, ведь варорцы не обучены придворному этикету, стал опускаться на колени. Но принц быстро подошел и, подхватив баккана, поставил его на ноги.

— Не надо становиться передо мной на колени, — сказал человек. — Ведь ваэрлинги не преклоняют колен ни перед кем уже больше четырех тысяч лет, со времен Великой войны. — Затем лорд Киан улыбнулся и положил руки на плечи бакканов. — Между нами все будет по–прежнему. Конечно, с годами мы меняемся в зависимости от положения и обстоятельств, однако наша суть, наши взгляды на то, что есть хорошо и что плохо, в основном остаются неизменными. И я не позволю высокому титулу встать между мною и моими друзьями.

Перри посмотрел на лорда Киана и пожал протянутую руку.

— Титулы не помеха для настоящей дружбы, ибо в ней заключена великая сила. Будь вы самим Верховным правителем Пеллара, все равно мы остались бы друзьями. Узы товарищества самые благородные, это должен понимать даже король.

— Кроме того, — вставил Коттон, который начал потихоньку приходить в себя, — даже у короля или наследного принца должно быть несколько товарищей, с которыми можно как следует поразвлечься. Ну, например, погорланить песни или подурачиться с деревянными мечами, а то он так и будет подписывать приказы, издавать эдикты и возиться с армией сутки напролет. Поэтому, если вам станет скучно, мы всегда готовы сигануть в реку и предоставить вашему величеству возможность нас спасать.

Посмеявшись над этой пламенной речью, все стали наблюдать, как идет переправа. А из леса выходили новые и новые ряды воинов.

Каждый гном был одет в короткую кольчугу и стальной шлем. С боевыми топорами в руках они выглядели очень воинственно. За отрядами тянулись повозки с припасами. Тут и там мелькали валонские всадники. Рэнд сообщил, что войско гномов насчитывает четыре тысячи сто воинов, а также сорок валонских всадников, а в обозе едут несколько сот повозок. Завидев ваэранов, гномы принялись с любопытством их разглядывать, ведь лишь немногие встречались с маленьким народцем в Стоунхилле или Вейнвуде и уж тем более никто никогда не видел ваэранов в доспехах и с оружием.

Переправа заняла больше двух часов. Наконец показался замыкающий отряд, с которым шел Дьюрек. Он объехал все войско, сказав солдатам несколько ободрительных слов. А затем направился к тому месту, где стояли Анвал, Борин, Киан, Рэнд и Перри с Коттоном.

— Ха! — воскликнул он низким хрипловатым басом, — если бы с нами была хотя бы парочка эльфов, утруни и волшебников из Ксиана, мы бы могли возродить Великий союз древности.

Анвал и Борин вышли вперед, чтобы засвидетельствовать почтение своему королю.

Этот гном был немного ниже ростом, чем Борин и Анвал, однако величественная внешность и повелительный тон сразу выдавали его королевское происхождение. То, что это Дьюрек, варорцы поняли бы, даже если бы им никто об этом не сказал. Черные волосы и борода гнома были уже слегка тронуты сединой. Его необыкновенно темные серые глаза приковывали к себе взгляд. Он был в черном, серебряном и сером: серый плащ закрывал черную кольчугу, панцирь был украшен серебряной гравировкой. Дьюрек носил черные сапоги, серую куртку и штаны и серебряный пояс. Плащ застегивался серебряной пряжкой. В руке он держал черный шлем и, как все гномы его войска, был вооружен топором с выгравированными на нем рунами, но только острие его было сделано из сильверона.