Владимир Жариков - Четырнадцатое, суббота

- Тоже щука подсказала? - спросил я.

- Не, сам допер. Но я отвлекся. Началась, значит, анархия. И вдруг, как снег на голову, появился этот Бэдбэар…

- Великий волшебник, маг и чародей… - начал перечислять Лева.

- Да брось ты, нет у нас жуков-тараканов.

- А как были бы? - спросил я.

- О, видать ты не местный. Жуки-то, они не простые бывают, обученные. Они все слышат, все запоминают. У них в жо… э… в заду есть, как бы это сказать…

- Флэшка? - подсказал я.

- Вроде того. Запоминалка. Посидит он, жучок, тута, а потом летит прямо в канцелярию Бэдбэара и садится там на чудо-печь. И печь рассказывает все, что этот жучок видел-слышал, кто какую крамолу говорил.

- А чудо-печь тоже вы со щукой придумали?

- Не, это тролли. Они секрет знают, как делать чипы. Ни я, ни щука никак не допрем, в чем там фишка.

- Они выращивают биоорганическую культуру по планарно-нейрорефлекторной технологии, получается квазивитафибросгусток со свойствами логических элементов, запоминающих, либо арифметических устройств. Потом надо, чтобы на этот сгусток посмотрел василиск, сгусток каменеет и получается чип, в зависимости от функционального назначения размером от кирпича до макового зернышка, - выпалил Лешек.

Мы, разинув рты, не перебивая, выслушали эту тираду обычно немногословного и косноязычного Лешека. Яга была права, в чипах он разбирается.

- Тролли - очень обособленный народ, - продолжил Емеля. - Одни из немногих, они еще остались непокоренными. Если бы не секрет чипов, на них бы махнули рукой, а может, устроили бы им экономическую блокаду, и они бы вымерли. А так с ними приходится считаться, несмотря на то, что у них правит король, то есть монарх, и совсем нет свободы и народовластия. Так что Бэдбэар пока их не трогает.

Так вот, я и говорю, появился этот Бэдбэар. Говорят, он прилетел на огненном шаре и опустился прямо аккурат во дворе царского терема. И хоть мы уже, почитай, без малого тысячу лет не верим в древних языческих богов, народ заговорил, что это Ярилов посланник соизошел с небес. Короче, Бэдбэар быстренько приложил палец к носу и подобрал то, что плохо лежало - власть в нашем государстве.

- Позвольте, позвольте, - сказал я. - Я слышал, что Бэдбэар правит Алмазной долиной уже лет пятьдесят, а по вашему рассказу все это случилось сравнительно недавно.

- Двадцать пять лет, как минуло. Ну да, в этом году у нас с Марьюшкой серебряная свадьба, а все в тот год и случилось. А незадолго до того молва твердила, сойдет, значит, с неба получеловек, полубог и станет самым могущественным вершителем судеб людских, великим магом и чародеем станет.

- И стал?

- Почти. Он ввел свои порядки, развел канцелярщину и бюрократию, окружил себя серыми дьяками и этими, как их, секретарями. Он обюрократил всё! Придумал это, как его… Патентное бюро. Теперь все, что появляется в мире из научных открытий и изобретений - все должно вноситься в книгу патентов. Да вот беда: и славу, и деньги получает не тот, кто какую штуку выдумал, аль сделал, а тот, кто первый в книгу записался. Вот и получается, что печеход придумали не мы со щукой, а какой-то Стивыч, а дальнослов якобы изобрел некий Эдич, хотя я доподлинно знаю, что этот Эдич только в трубку алёкать изобрел, а дальнослов один леший выдумал.

- Я - леший, - сказал Лешек.

- Я знаю, что ты леший, - ответил Емеля.

Через минуту до него дошло.

- Ты?! Тот самый леший?!

- Ну да! Вот он, дальнослов-то, один из первых.

Лешек достал из кармана штанов корявый сучок.

- Могу тебе погудеть, могу еще куда. Бабе Яге только не могу, далеко больно, типа роуминга не хватает.

- Плохо без спутников, - съязвил я

Но мою реплику никто не расслышал. Или подумали, что я снова сетую на разлуку со своими друзьями.

Емеля долго тряс Лешеку руку и приговаривал:

- Рад, рад, очень рад! Не думал, что вот так вот, за этим вот столом… За это выпить надо! - и наполнил из кувшина наши кружки.

- Ну и вот, - продолжал он после небольшой паузы. - Стал он нами править, Бэдбэар-то. Первым делом, где огнем, где хитростью, подмял под себя все окрестные царства. Обозвал эти земли Алмазной долиной, а себя - ее Повелителем.

- А почему Властелин ночи?

- Не знаю. Для красного словца, наверное. Вот, потом принялся за покорение дальних государств. Говорил, что это святое дело, что мы приносим и людям, и нелюдям счастье, свободу и народовластие, что скоро все мы заживем богато и счастливо. Кое-кто, конечно, погрел на этом руки, но в целом мало что изменилось, только богатые стали еще богаче, а бедные - беднее. Непокоренными сейчас остались тролли, Шема Ханство, Кощеево царство и Заморское королевство Троллей он не трогает, потому что они тогда уничтожат секрет своей умной техники. Кощей силен, он ему просто не по зубам. Заморское княжество далеко, а Шема Ханство вот-вот падет, уж не мытьем, так катаньем он его достанет, будет еще одна провинция Алмазной долины.

- Кстати, а почему долина Алмазная, я что-то тут ни одного алмаза и не видел?

- Все алмазы в подвалах у Бэдбэара. Вы с какой стороны прибыли?

- С восточной.

- Видели горы, там, вдалеке, на северо-востоке?

- Ну, видели.

- Там живут гномы. Они добывают руду, плавят железо, медь, олово. Там же и заводы, где делают стальные слеги, отливают пушки, собирают печеходы и короба. А главное - добывают и гранят алмазы. Потом их с большими предосторожностями, с многочисленной охраной переправляют во дворец Бэдбэара. Этой зимой было одно дерзкое нападение на поезд, в котором везли алмазы, перебили охрану и украли целый мешок! Там же, на месте преступления, нашли и трупы троих бандитов, кто-то из шайки застрелил товарищей и скрылся. Так его и не нашли. А то, что мы тут, в Долине, все в алмазах купаемся, это элементарное запудривание мозгов провинциалам и народам потенциальных противников, чтоб сдавались легче.

- Ясно. Но ты так и не рассказал, для чего махолет строил.

- Махолет-то?. Сейчас расскажу, как раз подхожу к этой теме. Гномы, они очень трудолюбивы и неприхотливы. За свой труд получают гроши. Мне, кустарю одиночке, с ними не тягаться. Вот я и пошел на службу, нанялся к властелину придворным механиком. Сначала мне велели придумать, как музыку, что оркестр играет, в ящик упаковать, дабы потом ее без оркестра много раз можно услышать было бы. Подумали мы со щукой, подумали и решили, что проще всего музыку на вощеный валик записывать: раструб, мембрана, игла и валик с пружиной, вот и звукописец. А звукоигратель так же работает, только наоборот. Вы, наверно, их видели - такие звукоигратели в каждом трактире стоят.

- Видели, - ответил я за всех, припомнив хриплый фонограф из трактира.