Larka - Волки

Призадумавшись, кто или что могло бы выгнать паучье племя из обжитых мест, волшебница всё же не нашла ответа. О боги, но до чего же мерзко! Ивица зажмурилась — но так стало ещё хуже. Вновь раскрыв глаза, она посмотрела на белую от ужаса Дину, на хмурого и озабоченного лорда, который довольно комфортно устроился на развилке другой сосны.

Отсюда оказались видны и Ларс с Денером. Оба разом позабыли про свою здоровенную комплекцию и теперь смирнёхонько сидели на деревьях, словно великовозрастные мальчишки, невесть зачем вспомнившие своё детство. А слады внизу заполонили всю прогалину и деловито трогали лапками разбросвнные пожитки.

— Прибью паскуду! — зашипела вдруг Дина, и волшебница с удивлением заметила плещущиеся в её глазах молнии.

— Оставь мои трусишки в покое! — разъярённая донельзя девица храбро сиганула вниз с немалой высоты, обламывая в полёте ветки и в клочья раздирая о них одежду.

И таки успела выхватить из лап недоумённо замершего здоровенного слада сей единственный оставшийся в приемлемо заношенном состоянии предмет белья. Неизвестно, что животное собиралось делать с этакой пикантной частью дамской одежды, но клочок батиста и кружев мгновенно перекочевал с задранной кверху шипасто-стальной лапки в руку разгневанной хозяйки.

— Ах ты, мерзкий извращенец! — завопила подбоченившаяся Дина не своим голосом… и обмерла.

Со всех сторон её окружали десятки шевелящихся сладов, агрессивно и предупреждающе подняв переднюю пару лап и гневно белея каплями яда на раскрытых жвалах. И даже от опрометчиво покинутой сосны отгораживала старая самка — Ивице отсюда сверху были прекрасно видны седые бугристые шрамы на её словно сделанной из слегка раскалённой стали спине.

— Чи-чи-чик! — прострекотала сладиха.

И неожиданно опустила лапы. Следом за нею словно кусты полегли — то целый лес воинственно задранных конечностей послушно опустился… ага, понятно, эта здоровенная старая самка и есть вожак стаи.

Дина осторожно покрутила во все стороны златовласой головой, всё ещё пряча за спиной злополучную деталь туалета — но твари окружали со всех сторон.

— Чи-чик! — вновь противно скрежетнула старшая и засучила лапками — противно так.

При этом она так откровенно постукала другой парой по стволу сосны, на которой угнездилась Ивица, а затем отодвинулась в сторону, что тут и дуре набитой стало бы ясно — спускайся, мол — моя твоя есть не будет. Вообще-то, слады соображаловом ничуть не уступают тем же собакам и лошадям. Кстати…

Волшебница из чистого упрямства покрепче обняла сосну и вздохнула.

— А как же наши кони?

Ло Эрик, который уже навис над местом происшествия с кинжалом в руке и явно вознамерился ринуться в потасовку, озадаченно хмыкнул.

— Хм-м, вроде слады смирные сегодня. Лошадей они не едят, кстати — а что?

Ивицу всё сильнее от схлынувшего страха разбирал смех.

— Да отчего-то представилось сдуру, как и лошади наши тоже на деревья полезли бы…

Лорд хохотал как подорванный — впрочем, сдвоенный смех Ларса с Денером его всё равно перекрыл. И в это время — Хрясь! — от сотрясания под волшебницей обломилась ветка, и Ивица в общем-то почти удачно приземлилась на спружинившую под ней хвойную подстилку. Почти — ибо невовремя подвернувшаяся под пятую точку шишка наверняка оставила на девичьей попке хороший синячище. Зар-раза!

Слады всем скопом тут же отодвинулись, дав место вновь прибывшей. И даже не стали проявлять озабоченности, когда в пустое вокруг обеих девчонок пространство осторожно, напружинившись как кот, спрыгнул ло Эрик.

— Чего это они? — он озадаченно осмотрелся, но прятать кинжал и не подумал.

На пробу что-то посвистел-почирикал, но на все его попытки старая самка в конце упрямо ответила всё тем же:

— Чик-чики-чик!

— Извини, не понимаю, — лорд развёл руками. — В наших горах твои сородичи не водятся, не знаю я вашей речи.

Самка-вожак стаи засуетилсь. Задёргалась, закрутилась на одном месте, сильнее распространяя морозно-тошнотворные волны мыслезапаха. Затем протянула лапу — и осторожно коснулась обомлевшей Дины.

— Чи-чик!

Видя, что эти большие и глупые человеки всё ещё не понимают, сладиха тут же коснулась лапой арбалета, что ло Эрик обронил, зашвыривая на сосну девиц.

— Чи-чи-чик!

Та же участь — осторожное прикосновение — постигла и валяющегося среди вещей копья. Затем самка вновь вернулась к озадаченной Дине. Подбежала вплотную, приподнялась — и осторожно коснулась лапой её коротких золотистых волос. Отпрянула, сделала вид, что семенит куда-то, вновь вернулась. И чуть толкнула девицу.

— Чик-чики-чик, чики чик! — самоуверенно, громко, на весь лес объявила паучиха.

При этом естество собравшихся людей так обдало приторно-ледяным ароматом неведомой магии сладов, что Ивица невольно сглотнула подкативший было к горлу комок. Вот же ж создали боги этакую мерзость…

— А ведь не иначе, как помощи просят, мой лорд, — задумчиво объявил Ларс, который на пару с брезгливо сморщившим лицо Денером уже протолкался сюда.

Старая самка обернулась на его голос. Осмотрела, часто и легко касаясь уродливыми суставчатыми лапками. И, очевидно удовлетворённая осмотром, с душераздирающим хрустом почесала шипастые конечности о свой панцирь. Скрипнула ещё что-то — и стая расступилась. Причём проход открылся в ту сторону, откуда только что сюда и примчались слады.

Да уж, тут и к колдуну ходить не надо, всё понятно.

Посему лорд распорядился быстро собраться и выступать. Не то, чтобы уж так он горел желанием помочь этой стае ошибок богов — но ведь интересно же!

В полном соответствии со словами ло Эрика, ничуть не обеспокоенные нашествием сладов лошади спокойно и невозмутимо обгладывали какой-то ещё не облетевший куст неизвестного Дине растения. Сама она, будучи не в своей тарелке от столь неприкрытого внимания — если не сказать обожания — от этих пауков-переростков, всё косилась на следующую за ней как привязанную старую самку.

Процессия выступила быстро и продвигалась весьма споро — но разрази меня гром, если она не выглядела самой странной компанией, каковую себе только и можно представить. Впереди словно нарочито златоволосая Дина на реквизированном у Ларса коне и ловко семенящая самка-вожак рядом. Чуть позади ло Эрик с привычно угнездившейся у него на коленях Ивицей (с той лишь разницей, что волшебница всё время ёрзала и в стоическом молчании почёсывала пострадавшее при падении место). Сзади Денер на могучем жеребце Ларса, а рыжий, как более лёгкий — на весьма недовольной сменой седока кобылке Ивицы.

Не надо и упоминать, что по бокам вроде боевого охранения две колонны сладов почти бесшумно скользили по притихшему в ожидании неизвестного осеннему лесу, устраняя не только помехи, но даже отбивая всякое желание их создавать — нарываться на паучий яд, одним укусом превращающий здоровенного быка в наполненную вонючей жижей шкуру с костями внутри… бр-р! Нет, таких дураков и не сыскать, пожалуй.