Сара Дуглас - Искупление Путника

Огден вздохнул. Как странно, что именно Аксис стал командиром топороносцев. Воистину неисповедимы пути богов.

— Милорд, — произнес монах, поклонившись, — я уважаю твою преданность Ахару и Сенешалю и обещаю не влиять на твои взгляды и помыслы.

Ответ был двусмысленным, но Аксис не стал вдаваться в подробности, решив, что Огден не держит камня за пазухой.

— Не называй меня «милордом», — ответил Аксис и вышел из комнаты.

Огден на секунду задумался. Как долго они с Веремундом ждали этого человека! Теперь пришла пора действовать. В глазах монаха мелькнули золотистые огоньки. Он вздохнул полной грудью и быстрым шагом направился к выходу.

Отворив дверь, Огден чуть не натолкнулся на Аксиса, который замер у самой двери от величайшего удивления. Рядом с оседланными конями, ласково пошевеливая ушами, стояли два толстых белых осла, тоже с седлами и переметными сумками по бокам. Около ослов хлопотал Веремунд, затягивая подпруги.

— Вы поедете на ослах? — спросил Аксис, придя в себя.

— Эти животные не уступят коням, — ответил Огден, запирая дверь на замок. — У них прекрасная родословная, — повесив замок, он подошел к одному из ослов и, вдев ногу в стремя, попытался перекинуть другую через спину животного. Попытка не удалась.

— Помоги, Веремунд, — буркнул Огден.

Веремунд ухватил Огдена снизу, приподнял и толкнул в седло. Видно, он немного переусердствовал, ибо Огден едва не перелетел через спину животного, и только ухватившись за холку и подтянувшись, сумел усесться в седло. Выпрямившись и взяв в руки поводья, он победоносно взглянул на зрителей и гордо сказал:

— Как в молодости. Никаких затруднений.

Аксис отвернулся, чтобы скрыть непрошеную улыбку. Арн и Тимозел рассмеялись. И только на лице Гилберта не дрогнул ни один мускул.

— Трудности у всех впереди, — сказал Аксис, вскочив в седло. — Топороносцы, Гилберт, по коням! — убедившись, что и Веремунд сел в седло, Аксис тронул коня.

Глава семнадцатая

Древние курганы

На краю леса Аксиса и его спутников встречали пять всадников во главе с Велиаром. Заметив в отряде Аксиса двух старцев на белых ослах, Велиар вытаращил глаза от непомерного удивления, но Аксис, возликовав, что выбрался целым и невредимым из леса Безмолвной Женщины, не обменявшись с лейтенантом ни словом, помчался к лагерю, подняв лошадь в галоп.

Арн и Тимозел последовали примеру Аксиса и дали шпоры коням. Поравнявшись с Гилбертом, Арн хлестанул его жеребца по крупу. Огласив воздух пронзительным ржанием, тот рванулся вперед, едва не выкинув Гилберта из седла.

Велиар развернул коня и подал команду топороносцам:

— Возвращаемся в лагерь.

Старцев он ждать не стал.

Веремунд и Огден не торопились. Невдалеке они увидели стадо свиней и, приблизившись к стаду, остановились, чтобы перекинуться несколькими словами со свинопасом.

Когда Фарадей увидела, что в лагерь возвращается Аксис, она пришла в замешательство, на глаза навернулись слезы, и она отвернулась, не заметив, как Аксис, проносясь мимо, почтительно склонил голову и приветливо улыбнулся.

Ночью ей удалось незамеченной вернуться в палатку, но заснуть так и не довелось: в ее ушах стоял звон мечей, а перед мысленным взором, повторяясь, проносились ужасающие картины, неизменно заканчивавшиеся одной: разрубленное тело Аксиса лежит в луже крови. Фарадей казалось, что она и сама в крови, налипшей на все тело.

Поднявшись с постели, она долго мылась холодной водой, не обращая внимания на причитания матери, которая зябко кутаясь в плащ, стращала дочь самыми немыслимыми болезнями, возникающими от переохлаждения организма.

Вернувшись в лагерь, Аксис немедля занялся Гилбертом. Посадив его на свежую лошадь и вручив подготовленный Веремундом пакет для передачи Брату-Наставнику, он отправил его обратно, в резиденцию Джейма, в сопровождении нескольких человек, приказав командиру группы не спускать с него глаз ни при каких обстоятельствах.

На следующее утро колонна топороносцев двинулась дальше, взяв курс на Арсен. Монахи поехали впереди рядом с Аксисом, но вскоре надоели ему пустой болтовней, и он, оставив около себя Огдена, надеясь расспросить его о пророчестве, отправил Веремунда, с его согласия, к женщинам, чтобы скрасить их путь.

Веремунда приняли хорошо, Мерлион с Фарадей нашли в нем приятного собеседника. Временами к дамам подъезжал Тимозел, и тогда беседа еще более оживлялась, вызывая улыбки, веселый смех и недоуменные восклицания.

И все-таки Фарадей не могла отделаться от пережитого наваждения. Стоило ей вспомнить об Аксисе, как страшные картины ночного видения начинали снова проноситься в ее мозгу. Вот Аксис скрестил мечи с Борнхелдом, вот он роняет меч, а вот уже лежит поверженный, весь в крови. Фарадей содрогалась от ужаса, хмурилась и замыкалась в себе.

На третий день перехода Тимозел, заметив, что Фарадей в сумрачном настроении, принялся рассказывать о пророчестве, которое выучил чуть ли не наизусть, не усвоив лишь конец текста. Фарадей выслушала его с нескрываемым интересом, а выслушав, обратилась за разъяснениями к монаху, который вкратце рассказал ей об аварах и икарийцах, высказав неслыханные суждения, уже успевшие возмутить благочестивого Гилберта.

— Неужели ахары жили с отверженными в полной гармонии? — спросила озадаченно Фарадей, обратившись к монаху, весьма довольному, что оказался в центре внимания.

— Да, когда они жили в одном государстве, в Тенсендоре, — пояснил Веремунд. — Это было несколько тысячелетий назад.

Фарадей насупила брови.

— Но как ахары могли жить в мире с отверженными, если те злые, кровожадные люди?

— Злые, кровожадные люди? Вовсе нет. Это домыслы Сенешаля, возникшие в те времена, когда ахары, избрав для себя Путь Плуга, надумали главенствовать в государстве, навязывая свою волю аварам и икарийцам. Это вызвало недовольство, которое ахары решили подавить силой.

— Ты хочешь сказать, Веремунд, что зачинщиками Войн Топора стали ахары?

— Отверженные — злобные, коварные существа, — вмешалась в разговор Мерлион. — Вот почему Сенешаль благословил ахаров на войну с инородцами. Победив, ахары благоразумно вырубили леса, в которых отверженные находили пристанище и откуда совершали свои губительные набеги.

Все замолчали. Тишину нарушила Фарадей.

— Веремунд, расскажи подробнее об аварах и икарийцах.

— Об этих народах сейчас можно судить только по сохранившимся манускриптам. Ознакомившись с этими рукописями, можно понять, что икарийцы живут в горах и поклоняются солнцу, луне и звездам. Возможно, поэтому они зовутся «людьми Крыла». Авары — жители леса. Они поклоняются деревьям и даже умеют общаться с ними.