Светлана Фирсова - В погоне за правдой

— Вот вы какие! — обиженным тоном заметила я.

— Это не мы такие, а кто-то другой. А мы просто боимся за свои жизни, если ты поведёшь капсулу, то будешь маневрировать, гнать и загонишь нас всех в гроб, — усмехнулся Рогес.

— Всё норм, Райя не поведёт, она просто будет сзади меня, — твёрдо сообщил Никос.

— Валяй, — мотнул головой Жан. — Лав и я…

— Я не хочу с тобой, ты всегда ко мне пристаёшь! — закатила глаза Лав.

— Ой, какие мы нежные, — пробурчал Жан. — Тогда я буду с… Нет, лучше так — кто с Рогесом?

Недовольный возглас. Рогес самодовольно выпрямился.

— Ладно, я с Рогесом, Лав с Гришей, а Вио с Альюе.

— Не самый лучший вариант, — пробурчал Вио.

— Да, брат, но если я тебя поставлю с Рогесом, вы перегрызёте друг другу глотки, если с Лав, то она тебя скинет с капсулы, а уж если с Гришей, то его хватит удар, — улыбнулся Жан.

Расселись по капсулам. Я не могла не оценить их красоты и удобства. Руки сами собой потянилусь к рулю в желании надавить на газ и помчаться на всей скорости вперёд. Но глаза мои вовремя наткнулись на мягкий взгляд Никоса и я покорно уселась сзади него. Парень вёл капсулу осторожно, впрочем, как и остальные ребята. Чего можно бояться на такой планете, как Карбадобана? Тем более когда восстановлен защитный купол и сильные ветра не сметут тебя с капсулы?

Ехать, по-видимому, нужно было долго. А я успела заскучать. В голову лезли назойливые мысли, например — почему я (если это была я) встречалась с Никосом? Он же не в моём вкусе! Или почему я абсолютно ничего не помню из ТОЙ жизни? Если кто-то морочит мне голову, то ради чего? И как я умудрилась вляпаться в приключение, ничего не сделав? Как произошло так, что я успела привязаться к ребятам за несколько часов?.. И как, как кто-то сумел изменить мне память, если это действительно произошло?!

Лав говорила мне про то, что Тени вычисляют изобретателей, чтобы те не натворили бед. Может быть, я проникла в секретные дела одного из изобретателей, а он возьми и и измени мне память? Ну, странно, ради чего это. Тогда убил бы и проблем меньше. А так память может вернуться, или не вернётся всё-таки?.. Ну, это если думать фантастическо-технически. На самом деле абсолютной уверенности в дмумысленности моей головы у меня не было. Кажется всё эдаким необычным сном.

Я всерьёз увлеклась рассуждениями над своим положением и не сразу поняла, что мы остановились.

— В чём дело? — спросила я, когда заметила, что все соскочили с капсул и движутся к гусенице.

— А дальше пешком, — улыбнулась Лав.

— Почему?

— Купол кончается, а там ветер. Мы не сможем управлять капсулой, — пояснил Жан, забираясь в люк гусеницы.

— Мы… пойдём туда?! — ужаснулась я.

Вспомнился взрыв. Тогда поднялся страшный ветер, сметающий на своём пути всё. Да и то тогда, как я выяснила, купол лишь очень сильно треснул, так что на меня в тот раз не выплеснулись ударные ветряные волны. А сейчас?..

На Карбадобане купол не на всей планете. Как я говорила уже, у планеты слишком низкая орбита, а в полюсах она вообще малюсенькая. Так что купол делали с рассчётом на нормальную жизнь. Получается, сейчас мы выйдем за пределы спасательного купола, где прослойка воздуха составляет лишь несколько метров. Ветров. Ураганных ветров. Если припомнить то, что коренные жители планеты — по роду своему ходячие деревья, способные вростать в землю при желании на многие метры вниз, то ветер вообще покажется смертью.

— Вы сошли с ума? — нежно спросила я.

— Уже давно, — сверкнул глазами Рогес.

— Мы же и шага сделать не сможем! — возмутилась я.

— Раньше же могли, — передёрнул плечами Вио, бросая в меня какой-то огромный скафандр.

— О… — выдавила я, сбитая этой громадой с ног.

Они больные. Давно пора было понять сей прискорбный факт, думала я, пока Никос помогал мне подняться на ноги.

— Я не пойду! — решительно сказала я.

— Как хочешь, — пожал плечами Вио.

— Так просто? — удивилась я.

— Здесь у каждого право выбора. Но если вы не вернёмся, это будет не твоей совести, — грустно улыбнулась Альюе.

— Если тебе нравится изображать из себя кисейную барышню, то пожалуйста, мы мешать не будем, — шутливо поклонился Рогес.

— У каждого свои принципы. Кто-то жертвует жизнью ради восстановления памяти друга, а кто-то трусит и сидит на месте, — подхватил Жан.

— Но это не страшно, мы всё сделаем для тебя, — закончил Никос.

— Ладно, ладно уговорили! — я закатила глаза к небу. До чего же упёртые ребята! — Что нужно делать-то?

— Для начала одеть этот велколепный скафандр…

— Он весит тонну? — поинтересовалась я.

— Нет, пятьдесят килограммов, — серьёзно ответила Альюе. — Он позволит тебе удержаться на земле, в нём очень много техники вмонтировано, так что ты пооторожней с ним…

— Я постараюсь его не поцарапать, когда буду ползти по земле, — ехидно ответила я. Нет, просто скафандр действительно был слишком тяжёлым!

— Там атмосферного давления считай что и нет, — насупился Жан. Что-то подсказало мне, скафандр — его детище, любимое изобретение!

— А потом?

— А потом просто иди за нами, — махнул рукой Рогес.

Просто идти за ними оказалось почти что невозможно. Скафандр оказался вещью надёжной, но мне каждую секунду казалось, что меня вот-вот сплющит воздушным потоком. Воздух здесь казался таким густым, что я ощущала себя в воде, нет, даже не в воде, а в чём-то вязком, сковывающей движения. Я едва переставляла ноги, и насколько я могла видеть, остальные ребята тоже едва двигались.

Особенно тяжело пришлось Рогесу и Вио — они тащили какой-то громадный прибор. Мне начинало казаться, что мы заблудились, потому что природа вокруг не менялась абсолютно. Но вот мы остановились. Рогес показал рукой что-то, Никос кивнул. Жан начал копаться рядом с прибором, настраивая его. Альюе бросилась ему помогать. Через очень долгое время прибор наконец заработал. Кстати, очень интересно было наблюдать за стараниями ребят — как в замедленной съёмке.

На приборе загорелись синим лампочки, от них пошли лучи, которые начали складываться в сетку. Сетка повернулась в воздухе, начала опускаться на землю. Потом опутала какой-то участок полностью, он мигнул синим и образовалась чёрная дыра в земле. Рогес знаком приказал мне спускаться туда.

Первым спустился Жан, следом Никос, потом я, а там и остальные ребята. Вскоре идти стало очень легко, наверное, когда последний из нас спустился вниз, крышка скрытого хода закрылась и давление стабилизировалось.

— Тяжело, да? — спросил Жан, оборачиваясь ко мне.