Рия Вепрева - Душа на веревочке

— Ты забыла, что я демон, а следовательно, имею сверх чуткий слух, — позволил ей не отвечать, глубоко расстроился, но ни словом ни жестом не показал этого. Значит, еще не время. Ответить на произвол она как-то забыла, т. к. наблюдала как иллюзия, наложенная Мильдором, слетала с Асдера, и перед Катей уже стоял тот самый Миленсир воплоти.

Повелитель внимательно следил за эмоциональным лицом Кати и сразу заметил, как она подалась назад при полном возврате к истинному облику. Пытаясь исправить свою оплошность (надо было предупредить) он нежно взял ее за руку и поцеловал, обдавая горячим дыханием. Это сработало. Он отвлек ее.

Катя смотрела на высокого демона склоненного перед ней в поклоне, с удивлением. Она не верила своим глазам. Такой контраст их кожи — бледной, практически белоснежной и черной был очень волнителен и необычен. Мужчина также, не отрывая губ от шелковистых кожных покровов, возбудил в ней пламенем своих глаз ответные чувства. От кисти руки прошли волны мурашек, прокатились по всему телу и остановились где-то в области живота, замерев там в предвкушении. Такая реакция на него не была внове, так как еще в доме Даниэль между ними проскакивали искры взаимного притяжения при каждой кратковременной встрече.

Вот и сейчас они забыли обо всем, наслаждались обществом друг друга не порицаемым окружающими. Все же слова подруг были важны для нее и там, она отталкивала мужчину от себя.

— Добро пожаловать, — Асдер выпрямился, но ее хрупкую ладошку, мелко подрагивающую от волнения, не отпустил. — Пошли.

Улыбнулся ей мальчишеской улыбкой, которая не скрывала грозные клыки, а хвост заметался в радостном возбуждении. Она оглянулась на этого озорника, который тут же ухватил ее за щиколотку и уже не пытался покинуть свое место. Он совершенно не мешал Кате передвигаться, лишь невесомо прикасался к ее ноге при движении, и она позволила ему там находиться — это ей приносило толику уверенности, ободряло в правильности своего выбора.

Во время всех этих знаков внимания у окон появилось несколько десятков удивленных поведением своего Повелителя демонов. Только Кате с ее-то обычным зрением этого видно не было, и Асдер не спешил посвящать девушку с наличием невольных свидетелей.

Дворец Повелителя был потрясающе великолепным, и наблюдалось потрясающее сходство с владельцем данного сооружения — та же неприступность, та же сила и мощь. Асдер радостный от согласия девушки посетить его дом сгорал от нетерпения показать свою собственность. Понимал, что скоро навалится много дел в связи с занимаемой должностью и хотел насладиться последними счастливыми беззаботными моментами. Советники — эти почтенные старцы, усмехались в кулаки, когда пытались скрыть реакцию на ТАКОГО Повелителя и не имели ничего против их брака. Она казалась им меньшим злом из бед, чем его прежняя избранница, что стремилась к власти, а эта милая мышка ни за что не полезет в дела неподвластные ее уму. К тому же ее влюбленный взгляд не задерживался ни на чем. Советникам даже нравился вечно спешащий Повелитель. Все законопроекты, задержанные ранее с небольшими недочетами, были приняты согласно требованиям умудренных старцев. В крови Повелителя играл юношеский азарт по завоеванию своей женщины, и он не скоро пройдет, не в этот раз. Пока девушка находилась на территории дворца в Мазонграде, все ночи Асдера были отданы государственным делам, а дни парочка с радостью проводила вместе. Долго это продолжаться не могло, и мужчина был готов свалиться от усталости и переживаний, но демон об этом нисколько не жалел. Каждый день был новым открытием в их отношениях. Они все больше сближались друг с другом.

Катерина наблюдала за Асдером с интересом, знала, что будет с ним как за каменной стеной, он не позволит случиться ничему плохому.

Он так забавно ухаживал за ней, боялся причинить хоть малейший вред. Рядом с ней превращался из грозного Повелителя в сомневающегося неуверенного юнца, причем перемена была настолько резкой, что ее бывало хватала оторопь. И что странно, как он говорил, его магия полностью принимала и совершенно не действовала на нее. Ластилась и подчинялась Кате еще больше, чем самому Повелителю, а уж их первый близкий контакт с таким накалом еле сдерживаемых страстей… лишил Асдера спальни подчистую.

— Катя, ты в порядке? — с тревогой вглядывался в ее лицо.

— Да, — задохнулась в последовавших за вопросом объятьях.

— Это невероятно, — смотрел с недоумением на их сплетенные руки, — моя огненная стихия не причиняет тебе вреда!

О, Катерина запомнила на всю жизнь его испуганное лицо в тот самый момент, когда произошло то знаменательное событие!

— Ты понимаешь, что это значит? — всматривался в глаза любимой. — Ты полностью подходишь мне, — исправился, — мы подходим друг другу.

Он подарил ей свой самый нежный поцелуй, а девушка захихикала, когда огляделась вокруг.

— Если мы и дальше так будем продолжать, то оставим тебя без дворца, — пояснила, когда отсмеялась и он счастливо расхохотался. Он, наконец, расслабился. Он мог быть самим собой в обществе столь привлекательной и бесконечно любимой женщины.

— Ну и… демон с ним. Новый отстроим, — расщедрился он.

— Боюсь, казна и советники этого не переживут, — экономические соображения не отпускали ее даже в такой ответственный момент. Она же всю свою жизнь сдерживала свои порывы, экономила буквально на всем, а тут… Такой щедрый и бесконечно любимый мужчина решил изменить все ее представления в этой области.

— Ты права, но мы постараемся, — поцеловал ее шею, а она изогнулась от предчувствия нового удовольствия.

— А как быть с одеждой? Ты же полностью спалил ее.

— Ммм, — промычал недовольно, целуя ее грудь, желая чтобы она, наконец, забыла обо всех мелочах суетного мира. — Я с радостью обновлю твой гардероб, дорогая, не отвлекайся.

И все, она не могла устоять против ласк настойчивого демона, бесконечно нежного и надежного как скала в океане.

— Теперь ты не сможешь меня покинуть. Я сделаю все, чтобы ты не возжелала такой участи для нас. Я не смогу без тебя, — покрывал поцелуями белоснежное тело своей возлюбленной такой большой и сильный мужчина Катерины.

Ласковые ладони проходили вдоль ее изгибов, заставляли изгибаться и молить о большем. Его руки дарили то спокойствие, то водоворот взрыва чувств. Такие скачкИ в эмоциях разбивали все преграды, возносили их на небеса, кружили в вихре ощущений.

Пол, сначала холодивший ее спину с каждым толчком все больше и больше разогревался, но не обжигал потных тел, которые сцепились в самом страстном, самом крепком объятии.