Ольга Силаева - Кровь королей

   - Я не знаю.

   - Врете. И врете неумело. Впрочем, - он усмехнулся, - встречу с братом вы заслужили.

   Человек с бородкой хлопнул в ладоши и отошел от решетки. Спустя секунду послышались шаги, звон ключей, и дверь камеры открылась.

   В проеме стоял Ясен. Скованный, избитый, он едва стоял на ногах, но улыбался.

   Шейра рванулась вперед - и упала на колени, когда цепи натянулись. Ясен бросился было к ней, но кандалы звякнули, вынуждая его остановиться. Вслед за Ясеном зашел тюремщик, толкая пленника к свободной скамье. Ясен замешкался.

   - Это моя жена, - сказал он, оборачиваясь к тюремщику. - П-позвольте...

   - К скамье! - прикрикнул на него тюремщик. - Прикую, тогда и милуйтесь.

   Шейра стояла на коленях и смотрела на Ясена. Ясен опустился на скамью, не отрывая взгляда от жены.

   - Ясен, - шепнула Дора. - Здравствуй.

   - Я рад, что вы живы, - просто сказал Ясен. - Я боялся.

   Тюремщик вышел. Хлопнула дверь, качнулись огни факелов, и в камере вновь наступила тишина.

   - Я прошу прощения, что задаю этот вопрос, - подал голос Хрис, - но вас допрашивали, Ясен?

   Ясен повернул голову.

   - Да, - сказал он. - Мне нечего было им ответить.

   - Значит, нам это предстоит, - пробормотал эльф.

   Он откинулся к стене и закрыл глаза.

   - Мне очень жаль, - сказал Ясен. - Дора, п-прости меня. Я должен был как-то это предотвратить.

   Дора покачала головой.

   - Ты не виноват. Регент все равно нас бы поймал.

   - Я не о нем. Тот человек рассказал мне о... о вашей свадьбе.

   - И ты меня жалеешь?

   - Вас обоих, - серьезно сказал Ясен. - Ты п-понимаешь, на что решилась?

   - Иначе я стала бы королевой. - Дора взглянула на брата. - Что хуже?

   Ясен вздохнул.

   - Не знаю.

   Они замолчали. Факелы за стеной горели все слабее, и камера все глубже погружалась во тьму. Дора свернулась калачиком на скамье. Картинки прошедшего дня мелькали у нее перед глазами, но все медленнее: усталость брала свое, глаза слипались, и девушка не заметила, как задремала.

   Разбудил ее звон цепей и едва слышный шепот Шейры.

   - А если попробовать жаркие ягоды?

   - У меня их не осталось. А даже если бы и были, вам п-пришлось бы меня тащить после драки, как люди регента тащили Хриса. Ты же помнишь.

   - Помню. - Шейра вздохнула в темноте. - Кровь фэйри ударяет в голову и все такое прочее. А жаль. Эльфы могли бы построить на жарких ягодах армию.

   Ясен тихо засмеялся.

   - Которая п-падала бы в обморок каждые десять минут?

   Шейра помолчала.

   - У нас есть еще... варианты?

   - Нет, милая. Разве что ты умеешь п-проходить сквозь стены.

   - А твоя кровь?

   Ясен долго молчал.

   - В п-прошлый раз я чуть не убил человека, - сказал он. - Я не остановлюсь.

   - Боишься?

   - Да. И за тебя тоже.

   - А если погибнем мы? Думаешь, наряд вдовца окажется тебе к лицу?

   - Шейра, ты же сама хотела, чтобы я больше не...

   - Все изменилось, - оборвала его Шейра. - Впереди казнь. Твой выбор?

   Хрис кашлянул в темноте.

   - Не стоит услаждать слух людей регента столь интересной беседой, - негромко сказал он.

   - Думаешь, мы рассказываем им что-то, что они не знают? - фыркнула Шейра.

   - Отсюда не выбраться даже через кровь фэйри. Вы просто добьетесь того, что вашего мужа изобьют еще сильнее. Или пустят ему кровь, чтобы он ослабел.

   - А тебе?

   - И мне, - кивнул Хрис. - Хотя я не совершал чудес и не собираюсь.

   Шейра хмыкнула.

   - Почему, кстати?

   - Потому что кровь фэйри хуже опия, - резко ответил Хрис. - Когда солдаты регента убивали нас за океаном, эльфы, что пытались им ответить, сгорали на глазах. Армии регента не стоило даже идти в атаку - мы убивали себя сами.

   - Он прав, - заговорил со своей скамьи Ясен. - Когда п-повелеваешь кровью, трудно остановиться. Тем более после жарких ягод... или опия.

   Шейра присвистнула.

   - Ты и опий пробовал?

   - Меня заставляли. Когда деревня нуждалась в моих... услугах, а ягод не было.

   - С-семейка у тебя была, - выругалась Шейра.

   Дора села на скамье.

   - Ясен, а зачем вообще нужны жаркие ягоды? - спросила она. - Я знаю, Хрис проглотил несколько...

   - Чтобы спасти тебя из п-плена, да. - Ясен закашлялся. - Но, видишь ли, еще их используют в... других целях...

   - Да ладно, Ясен, не мнись, - фыркнула Шейра. - Мы тут все, кажется, замужем.

   Ясен вздохнул.

   - Неважно. Узнаешь рано или поздно. Так вот, тем, у кого есть кровь фэйри, жаркие ягоды п-придают сил в бою, пусть и ненадолго. Потом им приходится несладко.

   - Это я знаю, - кивнула Дора.

   - Но куда важнее другое. Пар жарких ягод вызывает видения. Он помогает разбудить кровь, а потом пар используют для ритуалов.

   - Рилл дышал этим паром, - неожиданно зло сказала Шейра. - Жизни без него не видел, когда спускался в свои подвалы.

   - Значит, Рез тоже им дышал? - спросила Дора. - Чтобы разбудить свою кровь?

   - Он мог раздобыть ягоды через п-постоялый двор, где мы встретились, - сказал Ясен. - Жаркие ягоды - редкость, но там их используют по назначению.

   - По какому?

   - По основному, - засмеялась Шейра. - Ясен, расскажи, не мучай ребенка.

   - Нас вот-вот начнут п-пытать, а ты шутишь о жарких ягодах, - вздохнул Ясен. - Куда катится мир?

   Шепот Хриса прервал их:

   - Тихо!

   В конце коридора лязгнула дверь. Чьи-то окованные ботинки прогремели по камню, и за решеткой вновь зажглись факелы. Дора моргнула, привыкая к свету. Ее соседи, сонные и встрепанные, также выглядели застигнутыми не в лучшем виде.

   - Кажется, нас будут пытать прямо сейчас, - зевнула Шейра. - Кто-нибудь знает государственные тайны?

   - Мы и есть их тайна, - со вздохом сказал Ясен. - Самая что ни на есть.

   Шейра потянулась, насколько позволяли кандалы. По коридору снова застучали шаги, на этот раз размеренные и спокойные, словно кто-то шел к себе в спальню.

   За решеткой остановился человек. Шейра застыла на середине движения.

   - Отоприте, - последовал отрывистый приказ.

   Ясен вскочил со скамьи. Кто-то отодвинул тяжелый засов. Зазвенели ключи.

   Наконец дверь со скрипом отворилась, и в камеру вошел человек.

   Дора не видела его со дня казни, но сразу его узнала. На его лице не прибавилось морщин, в волосах не было седины, и все же он постарел: глаза залегли глубже, а губы словно бы разучились улыбаться вовсе.

   Девушка задержала дыхание. Перед ней стоял лорд Эйлар, лорд-регент и ее несостоявшийся супруг.