Джеймс Клеменс - Звезда ведьмы

Ознакомительный фрагмент

— Кровь?

— Согласно старинным свиткам, — кивнул мальчик. Голос его стал монотонным, будто он читал. — Используя меру крови, те, кто связан, могут открыть путь между Клыками в случае крайней необходимости, согласно своему желанию.

— И как все это понимать?

— У тебя и Фардейла есть связь. Ты спас жизнь оборотня, создав тем самым духовные узы между вами. Именно поэтому его зов дошел до тебя. Но чтобы открыть двери и перенести тело, требуется немного субстанции, которая придаст силу заклинанию. И эта субстанция — твоя кровь.

— Но вой прекратился, — Джастон уставился на водоем.

— Все равно попытайся… Заклинание продержится недолго!

Нахмурившись, охотник вытащил кинжал из ножен.

— Сколько крови?

Мальчик молчал, но лицо его скривилось.

— Сколько? — повторил мужчина, приближая острие клинка к предплечью.

Малыш покачал головой.

— Не знаю. Мера… Это все, что говорят свитки.

Джастон вздохнул. Мера… Это могла быть капля, а мог быть и бочонок. Он решительно полоснул клинком по предплечью. Боль пронзила руку, а кровь закапала в озерцо, растекаясь пленкой по поверхности воды.

Любопытные рыбки подплыли поближе.

Болотное дитя встало на колени у кромки воды.

— Здесь должна быть дверь. Зеркальные поверхности обладают силой, — голем повернулся к Джастону. — Но, кажется, когда вой смолк, магический канал распался. Мы опоздали.

— А может, надо больше крови? — охотник вытянул руку, отказываясь сдаваться. Он сжал кулак, усиливая кровотечение.

— Джастон, не расходуй понапрасну…

Где-то за грядой, окружающей лощину, послышался новый вой. Но не волчий. Другие голоса ответили этому первому, душераздирающему. Они доносились со всех сторон.

— Нюхачи… — вскочил ребенок. — Их, наверное, привлек зов волка.

Джастон сглотнул комок в горле. «Или они учуяли запах крови…» Всем охотникам были знакомы эти здоровенные лесные хищники с синюшной кожей, будто бы состоящие из зубов и мускулов, настоящие акулы джунглей. Он прислушался к крикам. Стая… Не меньше восьми или девяти зверей.

Он опустил руку, оставив попытку помочь Фардейлу. Тут своя драка на носу. Выхватив меч здоровой рукой, он придвинул болотное дитя поближе к себе.

Охотничьи кличи стаи перешли в какофонию. Нюхачи часто голосили, чтобы напугать добычу. И их уловка, похоже, сработала.

— Джастон, используй мой яд, чтобы отравить лезвие меча! — Мальчик отступил и распахнул безрукавку на груди. — Ударь сюда!

— Я не могу! — Охотник поднял брови.

— Дитя не чувствует боли. Помни он всего лишь мох и болотная грязь.

Джастон все еще колебался.

— У него моя сущность, — умоляла Касса Дар. — Он весь из отравы. Используй его, чтобы напоить ядом свой клинок.

Крики приближались. Шорох и хруст лиан предупреждал, что враг заходит и с тыла. Джастон приставил конец меча к груди мальчика.

Дитя с беззаботным любопытством притронулось к клинку.

— Острый, — пробормотал мальчик собственным голосом.

Пока болотник раздумывал, глядя в доверчивые синие глаза, за его плечом раздалось рычание, перешедшее в неистовый вой. Ребенок и мужчина оглянулись одновременно. Звуки шли прямо из водоема у их ног.

И это снова был волк.

Гладкая поверхность озерца мерцала, разбежались кто куда любопытные рыбы. На их месте возникла поразительная картина: древесный волк присел на задние лапы, оскалив клыки.

Фардейл!

Позади волка виднелся отряд огров, вооруженных дубинами и длинными загнутыми костями. В глазах охотников, ясно различимых на дне водоема, горела жажда крови.

— Джастон! — вдруг воскликнул мальчик голосом Кассы.

Стремительно развернувшись, охотник заметил огромную тварь, подобравшуюся на расстояние прыжка. Голая кожа напоминала цветом хороший кровоподтек. Широкие ноздри жадно раздувались, впитывая запах крови и страха. Черные глазки изучали добычу холодно и беспристрастно. Мясистые губы приподнялись, обнажая ряд острых зубов.

Со всех сторон слышались шорохи и вскрики других нюхачей, скулящих от голода. Но здесь стоял исполненный безмолвной угрозы вожак — тот, кто должен был убить.

Не выдав себя ни движением, ни звуком, вожак стаи прыгнул с места. Кто бы мог ожидать такой прыти от внешне неповоротливого существа?

Джастон выставил клинок перед собой. Некогда было мазать ядом острие. Отшатнувшись вместе с ребенком, цепляющимся за его штанину, от зверя, охотник поскользнулся на грязи, покрывавшей берег. Рука с мечом дрогнула…

Здоровенная туша нюхача ударила человека в грудь.

Острые когти вспороли плечо. Когда Джастон падал в воду, вожак стаи издал клич торжества и смерти.

Тол’чак взбежал на верхушку горной гряды, опережая друзей. Чтобы не утратить надежду спасти Фардейла, следовало торопиться.

Оказавшись наверху, он завертел головой, пытаясь услыхать хоть какой-то зов волка. Но Фардейл хранил зловещее молчание. Волк обернулся человеком? Убежал? Тол’чак сомневался в таком исходе. Оборотень больше всего полагался на волчье тело и старался оставаться в нем.

Огр затаил дыхание, напрягая слух. Он доверял мастерству меняющего обличья, но вместе с тем знал, что такое охота воинов его племени. Когда они повисали на хвосте у жертвы, то не отступали, умело загоняя ее в засаду.

И вот теперь эта тишина…

— Ты его видишь? — проорал снизу Магнам.

Д’варф поднимался с Мамой Фредой и Джерриком, стараясь выбирать участки тропы поровнее.

Отчаявшись, Тол’чак уже открыл было рот, чтобы ответить, но тут пронзительный вой пронесся над нагорьем. Фардейл! Звук доносился из-за соседнего пригорка. Огр не стал ждать спутников. Он прыжками понесся вдоль гряды, по голым гранитным скалам, спеша на зов.

Камень стал скользким от дождя. У противоположного склона Тол’чак потерял равновесие и скатился по предательской скале. С гневным криком он слетел с обрыва и плюхнулся в середину ручья, раздувшегося от непогоды. Сердито зарычав, он увидел, что угодил в настоящую ловушку.

Шестеро огров толпились на одном берегу ручья. Фардейл припал к земле на другом. Его загнали к отвесным утесам, не давая надежды на спасение.

Поскольку огры отшатнулись, удивленные падением Тол’чака, он успел выбраться из ручья на берег к Фардейлу.

— Оставьте этого волка мне! — проревел он на родном наречии.

Один из охотников вышел вперед. Его руки не уступали толщиной древесным стволам, а дубина напоминала бревно. Он обнажил желтые сточенные клыки.

— Пойди сам поищи себе мясо!