Герцогиня-киллер, или Великое Бедствие Элерона (СИ) - Натали Лансон

что передаётся от матери к дочери». Думается мне, что это было о вас, государыня. Простите мою дерзость…

— Что ещё они говорили?

— Да больше ничего путного, — Варья растерянно поправила беленький передник, напряжённо вспоминая. — Что-то о договоре с леди Клариссой Фьори и новым государем Виора. Мол, поставки герцогу нашему из южного герцогства достаются в полцены за то, что он породнился с лордом Эдвардом. Хотя где ж там могут быть полцены, когда люди вашего брата вывезли всю алмазную шахту⁈

Я посмотрела на мадам Зои, её глаза были полны тревоги и ожидания.

— Вы что-то об этом знаете? — спросила я, стараясь уловить хоть какую-то подсказку.

— Ничего, моя леди, — ответила она, её голос дрожал от волнения. — Но Хорст, управляющий, точно должен быть в курсе!

Я глубоко вздохнула, чувствуя, как внутри меня нарастает решимость.

— Хорошо, — выдохнула я, поднимаясь на ноги с твёрдым намерением. — Значит, так: следуйте за мной в кабинет. Я выдам вам жалование на слуг, а потом…

Я обернулась к Варье, которая стояла в сторонке, с любопытством наблюдая за происходящим.

— Варья, попроси одного из своих поварят позвать мне начальника стражи, — скомандовала, стараясь говорить уверенно.

Она кивнула и быстро поторопилась на выход.

Я покинула трапезную следом за ней, чувствуя, как напряжение нарастает.

«Опять в темницу идти!» — мелькнуло в голове, когда я шагала по коридорам замка. Мысли о пустой сокровищнице не давали мне покоя. Каждый шаг отзывался в голове эхом тревожных вопросов: как давно Моран банкрот? И как теперь я могу это исправить?

Вскоре мы с мадам Зои вошли в кабинет, где царила атмосфера деловой строгости.

Я села за стол, приступая к делу. Ключом, который я носила с собой после стычки с целителем, закопошилась в замке ящика, куда собственноручно прибрала два мешочка с золотом.

Мадам Зои стояла напротив рядом, всё ещё нервно потирая руки.

— Начнём с жалования, — сказала я, открывая, наконец, ящик и доставая из него мешочек с монетами. — На содержание слуг сколько требуется?

— Пять сотен золотых, если считать и гарнизон солдат.

Я пока ещё совсем не знала денежной системы этого мира, и всё равно ужаснулась.

Пять сотен — ровно по столько было в мешочках!

«Ещё месяц — и я буду с голой задницей и без солдат! Если некоторые слуги ещё согласятся работать за еду, то воины — свободные люди. Им одной еды будет недостаточно!!!»

С такими тяжёлыми мыслями я передала ключнице мешочек, и она с благодарностью приняла его, но её взгляд всё ещё оставался сосредоточенным и насторожённым. Как иначе, когда она прекрасно видела, что целитель сумел выкрасть только два мешочка⁈

— Теперь, когда начальник стражи придёт, — продолжила я, — мы должны выяснить, кто мог быть замешан в этом. Нам нужно действовать быстро, пока не стало слишком поздно. — Не знаю, кого я пыталась успокоить больше: эту высокую заботливую женщину или себя.

Мадам Зои кивнула, и в её глазах я увидела решимость. Мы обе знали, что на кону стоит не просто богатство. На кону безопасность всего герцогства!

В этот момент в кабинет вошёл хмурый Гордей Редклиф, предварительно пару раз стукнув.

Я подняла голову, полная решимости выяснить правду и вернуть то, что было у нас украдено.

— Капитан! Сопроводите меня в темницу.

— Опять⁈

— Снова.

Единственный заключённый в темнице Хорст встречал нас с заискивающей улыбках на губах. Весь такой покладистый, желающий помочь… Конечно, это на мне не сработало.

Я давно не наивная девчонка, несмотря на свой зелёный возраст. Моё расположение не купить даже за самую бесценную информацию!

Но и открыто демонстрировать скепсис было бы глупо, так что я с оленьими глазами слушала ответы на свои вопросы и мысленно негодовала.

Да!

С тех пор, как имперцы-зверолюды начали медленно, но уверенно продвигаться по континенту, ситуация в герцогстве стала меняться. Казна герцога опустела, и это не могло не сказаться на жизни его подданных. Дружина Морана, осознав, что старик оказался в безвыходном положении, решила воспользоваться этим моментом. Они почти в четыре раза повысили своё офицерское жалование, не оставляя при этом простым солдатам ничего, кроме крошек. Офицеры, обладая властью и привилегиями, стали жить в роскоши, в то время как рядовые солдаты продолжали получать гроши, как и прежде, что только усиливало недовольство в армии.

Ситуация усугублялась тем, что старый герцог, ослабленный и напуганный, позволил дружине вольности в их поведении. Более того, сам возглавил некоторый бесчинства!

И это ещё мягко сказано! На самом деле, атмосфера безнаказанности царила в замке более пяти последних лет. Женщины, проходившие мимо, могли легко стать жертвами насилия, и каждый из десятка солдат мог совершать подобного рода преступление прямо посреди двора, не опасаясь последствий. Это создавало атмосферу страха и унижения, где честь и достоинство простого люда были попраны на глазах у всех.

В такие моменты, когда тьма накрывала герцогство, а моральные устои рушились. Казалось, что ни один закон не сможет остановить это безумие. Офицеры, обретя власть, начали злоупотреблять ею, и их действия становились все более дерзкими и откровенными. Они не просто игнорировали правила — они сами становились их нарушителями, создавая новый порядок, где силы и власть определяли все.

Герцог, находясь в плену собственных страхов и слабостей, не мог противостоять этому хаосу. Его подданные, запуганные и униженные, оставались беззащитными перед лицом произвола, и лишь немногие осмеливались протестовать против этого беззакония. Правда с ними не церемонились. Тут же избивали и бросали в темницы, чтобы «знали своё место».

В воздухе витало предчувствие надвигающейся бури задолго до моего попадания на Элерон. Старые порядки рушились, а новые, порочные, только начинали формироваться… а тут такая вовремя появилась я!

Немудрено, что люди с таким восхищением смотрели на меня, когда я убила жадного целителя. И в горном городе, где царили страх и боль, мои действия стали настоящей сенсацией. Солдаты, которые ранее были озабочены лишь собственным выживанием, теперь чуть ли не молились на меня после той мясорубки, которую я устроила, восхищаясь моей смелостью и решимостью.

Да, я стала символом надежды, но внутри меня росло беспокойство: долго ли продлится их восхищение, если я не найду способ продержаться всем нам хотя бы до весны? Неужели придётся связываться с мачехой Вивиан и её сводным братом⁈ И не станет ли всё ещё хуже, когда эта парочка узнает, что я — вроде как вдова⁈ Одно дело разбираться с подчинёнными своего герцогства и совершенно другое — посадить на кол правителя соседнего герцогства, которое зверолюды ещё не пустили в ощип! Что-то подсказывает, что