Тёмные улицы (СИ) - Владислав Николаевич Зарукин

окажется, что называется, лёгким противником, но его истинные способности стали для меня неприятным сюрпризом. Мои атаки и Формулы он отражал или блокировал походя, словно играя с малолетним ребёнком, и не переставая осыпал меня градом разнообразных конструктов. Сияющие или зеленовато-синие росчерки его магических импульсов врезались в дома вокруг меня или в поверхность проезжей части, взламывая их и наполняя пространство разлетающимися осколками. И если в первые минуты боя я ещё находил возможность атаковать, то вскоре был вынужден сосредоточиться на защите.

Все мои попытки контратаковать или расстрелять противника из пистолета закончились неудачей. Он разрывал мои атакующие Формулы и дестабилизировал щиты, он не позволял мне сократить дистанцию и непостижимым образом уклонялся от снарядов из «Спарка». Эмоции бешенства и бессилия накатывали на меня попеременно, одна за другой, и в конечном счёте это привело к тому, что я, что называется, «немного поплыл». Сорвался. Потерял возможность размышлять логично и взвешенно, а вместо этого моё сознание поглотила тягучая ярость. Виски заболели, а голову сдавило ощущением надетого на неё тяжёлого обруча. Пальцы закололо. Мышцы спины и плеч словно свело, а руки задвигались с необыкновенными точностью и автоматизмом. Пространство вокруг меня зарябило от Формул.

— ДОСТАЛ! — заорал я и буквально смёл в сторону летевшие в меня вражеские конструкты. Стены ближайших зданий взорвались фонтанами из синтобетона и облицовочных материалов, теряя очертания и окончательно превращаясь во что-то абстрактное. Я же в это время использовал Формулу перемещения три раза подряд и ударил по эмиссару всем, что ещё хранилось у меня в памяти.

БАМ! БАМ-М! БУД-ДУМ-М!

Дум-м! Дум-м! Дум-м!

Несколько долгих секунд обмен ударами происходил почти что на равных, а затем я окончательно утратил рассудок и применил Зов.

Пространство тёмного измерения вокруг меня смялось и деформировалось, поддаваясь под напором моей воли и улочку наполнил едва различимый гул.

— Как? — рявкнул эмиссар и я услышал в его голосе глубокое изумление. — Так ты — Проводник?!

В следующее мгновение улица за моей спиной оказалась забита разнообразными демонами. Чувство близости изменений было таким сильным, что почти оглушало.

— ПОР-РВАТЬ ЕГО! — зарычал я и бросился к эмиссару.

Надо отдать моему противнику должное — он дрогнул не более, чем на одну секунду. Когда десятки призванных мной чудовищ устремились к нему ревущей лавинообразной волной, он попятился, но тут же остановился. Сделав несколько быстрых жестов руками, эмиссар раскинул их в стороны и затянул какой-то речитатив. Вокруг его ладоней появилось несколько золотисто-оранжевых окружностей, и они, расширившись, принялись вращаться вокруг его рук, наливаясь светом и заставляя окружающий воздух покрыться мелкими волнами.

«Что ещё этот паршивец придумал?» — отстранённо подумал я и, подстегнув своё сознание магическим импульсом, швырнул в противника несколько Формул.

На какое-то мгновение я окончательно утратил контроль над своим сознанием. Алая тень, то и дело мелькавшая по бокам зрения, превратилась в красную окантовку, а видимое пространство внезапно уменьшилось, наполнившись тенями и сделавшись необыкновенно контрастным. Я успел окинуть взглядом и эмиссара, по-прежнему стоящего на вершине образовавшегося «холма», и неумолимо накатывающую на него орду демонов. У меня даже мелькнула мысль, что на нормальной улице такое количество тварей бы не поместилось.

А потом действие изменяющей восприятие магии закончилось и замершее время приобрело стремительность урагана.

Д-ДАРН-Н!

Не знаю, какую конкретно магию использовал мой противник. Была ли это особо сильная древняя Формула или ещё какая-нибудь неизученная современной наукой непонятная мерзость — не суть. Последствия её применения поражали.

Земля у меня под ногами дрогнула, а по улице прокатилась волна искажений. Я увидел, как тело эмиссара наливается сиянием только что возникшей сверхновой. Во все стороны от него рванула ослепительная стена и эта преграда буквально испепелила первые ряды рычащих на разные голоса демонов. Всех, кто следовал за ними, она смела и повлекла за собой, а затем ударила о стены окружающих зданий.

Пространство вокруг нас мигнуло. Серый день на какое-то мгновение превратился в ночь, а улица, на которой мы находились, исказились и трансформировалась в глубокий каньон. Это было последним, что я увидел. Через мгновение после этого я провалился в мягкую темноту.

* * * * * *

— Мер… Мер, вы нас слышите? Как вы себя чувствуете? Мер…

Почувствовав ломоту во всём теле, я поморщился и открыл глаза. Что, чёрт побери, происхо… Стоп. Эмиссар! Где он?!

Дёрнувшись, я открыл глаза и замер, всматриваясь в странно искажённые лица склонившихся надо мной гинийцев, а затем догадался деактивировать повреждённый шлем.

— Вечного роста. — хрипло поприветствовал я гинийцев и тут же закашлялся. — Скажите, где меня выбросило? Я был один?

Гинийцы, одетые в рабочие костюмы, переглянулись. Один из них — тот, что был постарше и с небольшой бородой — ответил:

— Один. Больше мы никого не видели. А что с вами произошло?

— Это долгая история. — коротко отмахнулся я. — Так куда меня занесло?

— Ну, так-то мы тут модули собираем. — сказал гиниец. — «Аб-Дар Кодекс», если помните. А территориально это там же, где и всегда — Виендо.

— Виендо? — я попытался вспомнить, где находится город с таким названием, но не смог.

Молодой гиниец протянул мне руку и я, не став отказываться, поднялся на ноги. Голова немного кружилась.

— А Виендо — это где? В какой стороне от Адалема?

— Знатно вас приложило, мер. — усмехнулся тот, что был старше. — При чём здесь Адалем? Наша столица называется Фобборд.

— Чего? — я обалдело уставился на гинийца.

— Фобборд. — повторил тот и посмотрел на меня, как на маленького ребёнка. — Ну, давайте уже, вспоминайте. Приходите в себя. Адалем — это на Норгеддо. Ага?

— А… мы сейчас где?

Молодой гиниец отвернулся и тихо засмеялся, а старший, слегка паясничая, ответил:

— Планета Амеронд, мер. Добро пожаловать.

«Амеронд…» — мысленно повторил я и потряс головой. Что за чертовщина? Этот паршивец что — телепортировал меня на соседнюю планету? Но разве это возможно?

«Очевидно, возможно», — мелькнула мысль, а мой собеседник-гиниец поинтересовался:

— Так что с вами произошло, мер? Вы ведь теург?

«Не понял», — подумал я и спросил:

— Откуда вы узнали, что я теург?

Гинийцы переглянулись.

— Табб, звони медикам. — покачал головой старший. — С ним что-то не так.

— Не торопитесь. — я махнул рукой. — Со мной всё в порядке. Просто нужна пара минут, чтобы…

— На вас надет астрокостюм с метками Службы. — перебил меня гиниец. — Вот они. И спереди, и сзади. — тут он ткнул пальцем в мою броню. — И если вы этого не помните, то дело плохо.

«Вообще-то это штурмовая броня…» — успел подумать я, а после этого отключился.

Очнулся я на кровати в небольшой комнате. На