Юлиана Суренова - Книга 6_Путь тени

– Ты потеряла Ри! Да только слепой не видит, какими глазами он смотрит на тебя!

– Не в его глазах, в своих. Так вот, до тех пор, я ведь не очень-то любила его.

– Что ты такое говоришь! Вы же были неразлучны, и вообще…

– Может быть, со стороны и казалось… Но на самом-то деле я просто видела влюбленность Ри. И позволяла ему любить себя. Мне это нравилось. В любви… В любви ведь и так бывает: один счастлив, потому что влюблен, другая – потому что ее любят. Конечно, взаимность и все такое прочее… Кажется, что ты чего-то себя лишаешь, что у тебя есть не все, что могло бы быть. Но если большего быть не может, почему не получить хотя бы это? И потом… – ее глаза вдруг вспыхнула, словно озарением:- Мати, к тебе благосклонны такие могущественные боги: господин Шамаш, госпожа Айя…

– И что же?

– Попроси Их… Ну… Конечно, это не совсем правильно – влюблять в себя кого-то, кто… ну… кто любит другую… Но ведь…

– О чем ты говоришь!

– Да, конечно, это не Те небожители, Кого просят о подобном, но… Но ведь такое по силам и людям. Приворотные зелья…

– Давай не будем больше об этом.

– Нет, послушай! Я дело говорю! Старая рабыня, Фейр обмолвилась как-то об этом.

Хочешь, я расспрошу ее? Узнаю все, как следует, а потом приготовлю. Нет, не бойся, я никому не раскрою твой секрет! Если рабыня спросит, зачем, я скажу, что это нужно мне самой. Она примет такой ответ. Ведь я засиделась в невестах. И нет ничего странного в том, что я готова на все, чтобы сменить повозку…

– Почему же ты не воспользуешься этим зельем сама?

– Я? – не ожидавшая такого вопроса Сати растерялась. -Но зачем мне?

– Чтобы вернуть Ри.

– Ты сама только что сказала – он по-прежнему любит меня.

– Да. Но ты… Ты могла бы сама выпить это зелье, о котором говорила, и…

– Нет! – решительно мотнула головой караванщица.

– Но ты думала об этом?

– Нет, – опустив голову на грудь, Сати вздохнула. – Мне, видимо, суждено быть вечной невестой…

– Мне тоже, – вздохнув, чуть слышно прошептала Мати.

– У тебя еще нет своей судьбы!

– Зато есть дар предвидения. Так что…

– Но почему! У меня хотя бы есть причина… А ты…

– А я – дура, влюбившаяся в повелителя небес! – на одном дыхании выпалила девушка.

Но уже через мгновение, поняв, что каким-то непонятным, неведомым ей самой образом, когда она меньше всего этого хотела, выдала свой самый страшный секрет, вскрикнув: – Ой! – зажала ладонями рот, с ужасом глядя на подругу. – Ты… Ты ведь никому не скажешь? – едва слышно пролепетала она.

– Конечно не скажу, – Сати приблизилась к ней, прижалась.

– Ты… Ты, наверно, считаешь меня полной идиоткой…

– Почему? Господин Шамаш… Он… В Него влюблены все женщины и девушки каравана, да что там каравана – всего мира!

– Со мной все иначе… Другие чтят в нем бога, а я…

– А для тебя Он – друг.

– Вот именно… – тяжело вздохнула дочь хозяина каравана, не скрывая своей грусти.

– Мати… Мати, послушай меня. В этом… В этом чувстве нет ничего страшного!

Ничего дурного. Ведь любовь это… Это тоже служение. Высшее служение.

– Ты так думаешь?

– Я знаю. Слушай… А ты говорила с Ним…

– Что ты, что ты! – поспешно зашикала на нее девушка. – Это невозможно! Так нельзя!

– Ну что такого в том, чтобы…

– Как ты не понимаешь! Да, конечно, если бы Он был обычным человеком… Даже не обычным, но человеком, я не стала бы таиться, я бы давно открылась, попыталась бы зажечь его своей страстью, своим огнем, может быть, воспользовалась бы даже тем, что мой отец – хозяин каравана, а, значит, мой муж будет его наследником и преемником. И вообще… Если бы он не любил меня, я бы заставила его полюбить!

– Какая ты, оказывается! – Сати глядела на подругу с восхищением.

– А что? Что? Мы живем в тяжелое время! Нужно быть сильной! Нужно бороться за свое счастье! Но… – вновь вздохнув, она опустила голову на грудь. Ее плечи поникли. – Мое сердце замирает при мысли о боге, не человеке. И я бессильна что-либо изменить!

– Господин Шамаш всегда относился к тебе по особенному… Он… – она не решилась сказать того, о чем подумала, но слов и не нужно было, когда Мати думала о том же.

– Он любит меня.

– Но тогда…

– Так только хуже. Он любит меня как старший брат маленькую сестру, которая всегда рядом, за которой нужно постоянно присматривать, спасая от бед, от самой себя. И которая вечно будет в его глазах малышкой…

– Но вы ведь не брат и сестра. А одно чувство может перерасти в другое…

– Никогда! Этого никогда не случится!

– Почему!

– Потому что Он – супруг Матушки метелицы!

Прикусив губу, Сати кивнула, соглашаясь. На это ей было нечем возразить. Госпожа Айя – слишком грозная соперница. И всем известно, как сильно Ее чувство к богу солнца. Богиня снегов не сдастся без боя. Она могущественна. И горе ее сопернице.

– Подружка, у тебя вся жизнь впереди. Ты еще встретишь на своем пути кого-нибудь…

Наш караван – это ведь не весь мир. И то, что здесь, рядом нет твоего суженного, значит лишь, что он где-то еще… Не знаю, может быть, в одном из тех городов, через которые нам предстоит пройти. Какой-нибудь воин, страж, который ради тебя покинет оазис и станет караванщиком. Или богатый купец, который купит для тебя право остаться в городе. Или даже сам Хранитель…

– Сати, я вижу, ты хочешь помочь мне, успокоить, но… Разве это возможно? Как можно полюбить кого-то другого? Как вообще можно полюбить человека, когда любишь бога? И вообще, – она стерла с лица слезы, горько всхлипнула, – давай не будем больше об этом. Пожалуйста!

– Хорошо.

– Сати, не обижайся, я… Я верю твоему слову… Просто… Просто моей душе этого мало… Прошу, поклянись, что никому ничего не скажешь!

– Клянусь. Клянусь вечным сном и садом благих душ. Клянусь надеждой на пробуждение, что никогда никому не открою твоей тайны.

– Спасибо, – успокаиваясь, наконец, она вздохнула с некоторым облегчением. Сколь бы ни были сильны в ее сердце сомнения, девушка знала: подобная клятва никогда не будет нарушена.

Что же до Сати, для нее не было никакой разницы между словами этой самой страшной из возможных клятв и простым "обещаю". Она слишком дорожила их дружбой, чтобы сделать что-то, что могло бы стать причиной ссоры.

– Так что, – подрагивая, сухие потрескавшиеся губы Мати растянулись в бледном вымученном подобии улыбки, – если ты не передумаешь оставаться бессемейной…

– Не передумаю, – вздохнув, шепнула караванщица, отведя на миг взгляд в сторону.

– Тогда, – продолжала дочь хозяина каравана, – нам с тобой оставаться в этой повозке до самого конца пути.

– Что ж, тогда, выходит, я правильно затеяла эту уборку. Совсем скоро здесь появятся еще две девушки-невесты, которым понадобится место. А раз никто из нас не собирается его уступать, то придется потесниться.