Анастасия Эльберг - Легенда об Огненном Джинне и Прародительнице

А время, между тем, шло и шло. Обращенные существа, количество которых быстро росло, в поисках еды начали часто нападать на людей, а люди, в свою очередь, принялись уничтожать своих «врагов» — и рассказы Огненного Джинна о воображаемом мире только подливали масла в огонь. Возмущенные темные эльфы объявили войну виновникам происходящего, вампирам, а те, видя, как люди убивают их сородичей, ополчились на ни в чем не повинных и беззащитных светлых эльфов. Первый вампир, дитя Прародительницы, понял, что так дальше дело не пойдет, и следует вмешаться. Он собрал всех темных существ у подножия высокой горы, сам взобрался на ее склон так, чтобы видеть толпу, и начал свою речь вот так.

— Братья и сестры. Когда-то мы жили в мире, а теперь тонем в крови и погрязли в войне. Многие из вас слабы, так как смертны, и не имеют понятия о подлинном величии — вечной жизни. Хозяева Темного Мира — это обращенные существа. Мы бессмертны, а поэтому только нам открывается мудрость, и только мы можем быть справедливыми властителями. Я, как самый старший вампир, объявляю свою волю: отныне мы, получившие темную жизнь от своего создателя, будем признаны каждым из вас высшими существами, самыми сильными и могущественными в двух мирах. Мы будем защищать вас, но если мы будем голодны, то священный долг каждого, чьих ушей достигнут эти слова — умереть ради того, чтобы мы продлили свое существование.

Плакала и вздыхала Лилит, но ничего не могла поделать — власть кружит голову сильнее любого таинственного отвара, травы для которого собирают в чаще темного леса вакханки и баньши. В отчаянии отправилась она в пустыню в поисках Огненного Джинна. И нашла его.

— Ну что, послушали тебя твои люди? — спросила она с издевкой.

— Точно так же, как твои послушали тебя, — ответил ей Джинн.

Создатель встретил своих гостей с неизменной улыбкой и пригласил присесть. Конечно же, он был в курсе всех произошедших событий, но Джинн и Лилит хотели выговориться, и он дал им это сделать. А потом поставил перед ними уже знакомые им весы.

— Чем они отличаются от тех, что вы видели в прошлый раз? — спросил он.

Гости дружно пожали плечами, и Создатель указал на серебряные шарики.

— Тот, кто сделал свой выбор первым, покачнул чаши. И равновесие было нарушено.

— Это он! — возмутилась Лилит, указав на Огненного Джинна.

Но Создатель улыбнулся и покачал головой.

— Люди всегда будут глухи к голосам извне — до тех пор, пока сами не достигнут понимания, они будут бояться смерти, правды и тех, кто на них не похож. Постичь темное знание может только тот, кто достаточно силен духом, выдержит испытание властью и не станет тщеславен. Каждый из вас сказал свое слово. И вот вам мое. С сегодняшнего дня и до заката времен я буду выбирать за каждое родившееся существо тот мир, в котором ему суждено появиться на свет. Но будут рождаться и те, кто принадлежит обоим мирам — и одновременно не принадлежит ни одному из них.

Эмили уже давно отложила дневник, и теперь внимательно слушала меня, стараясь не пропустить ни слова. Когда я сделал паузу, она недовольно нахмурилась и вытянула шею.

— И? — спросила она. Ответ был ей известен, но она во что бы то ни стало хотела услышать последние предложения истории.

— На их спине будет странный рисунок — «дурной глаз», который называют Печатью Лилит. Они с самого рождения будут видеть вокруг себя то, что не видят другие. Желание понять будет жечь их изнутри сильнее, чем когда-то дыхание Огненного Джинна жгло и без того горячий пустынный воздух. И когда-нибудь они сделают один шаг — а заодно и свой выбор.