Стас Бородин - Погребальные костры

Заскрежетали тормозные колодки, и фуникулер остановился рядом с пустынной станцией, освещенной одиноким тусклым фонарем. Отряхнув с колен песок, я встал со скамьи, протиснулся между корзин с рыбой и, кивнув кондуктору на прощанье, выпрыгнул на перрон.

Порыв горячего ветра заставил меня пошатнуться и отступить подальше от края платформы. Грузчики глядели на меня сквозь пыльные стекла, а юнец в жилетке свесил смуглую руку из открытого окна, беспечно насвистывая мелодию из пяти нот и отбивая ритм серебряными кольцами.

Я улыбнулся. Ну надо же быть таким подозрительным! Похоже, что я подцепил эту заразу от Корна!

Подняв путеводитель, я раскрыл его на загнутой станице и погрузился в изучение хитросплетения улочек и лестниц, отмеченных на карте разными цветами.

— Тебе нужна гостиница?

Сердце екнуло у меня в груди, а по спине побежали мурашки. Головорез стоял позади меня на перроне, улыбаясь и поигрывая кистью на сабле.

— За пару монет могу проводить!

Звякнул колокольчик, и вагончик медленно пополз вверх, оставив меня с назойливым незнакомцем наедине.

Ветер завывал, вздымая клубы пыли и швыряясь мусором. На кирпичных стенах станции трепетали обрывки каких-то выцветших листовок, а за спиной у бандита темнела черная бездна океана.

— Ну, так что? — улыбка на лице незнакомца стала еще шире. — За пару золотых? — Сабля со скрежетом поползла из ножен.

Рисковать я не хотел. Если это был человек мастера Тонезапа, то он не должен был узнать кто я на самом деле.

Отвязав кошелек от пояса, я бросил его бандиту.

— У меня больше ничего нет, — сказал я, стягивая с лица платок. — Оставь меня в покое!

Головорез задумчиво помял кошелек между пальцев и брезгливо поморщился.

— А ведь ты и в правду тот еще трус, — изогнутая сабля нацелилась мне прямо в лицо. — Может, хочешь прокатиться на «трясучке»? — глаза юноши лихорадочно засверкали. — А что, если проедешь до станции «Семи углов», я отпущу тебя с миром!

Кататься на «трясучке» мне не совсем хотелось, ровно как и тратить время на эти переговоры.

— Извини, — сказал я, взмахом руки стягивая вокруг грабителя нити манны, и заключая его в невидимый кокон. — Ты сам не оставил мне выбора!

Сабля со звоном заскользила по платформе, а вытянутая вперед рука вдруг подломилась и плетью упала вниз.

Натянув невидимые нити, я в мгновение ока спеленал противника по рукам и ногам. Достаточно было лишь легкого движения пальцев, чтобы бандит в одно мгновение превратился из человека в бесформенную груду мяса.

— Я отведу вас к Маркабрю! — юноша завизжал, приподнимаясь на носочках. — Только пощадите!

Я согнул указательный палец, и лицо бандита пересекла кровавая полоса. Порез был не глубокий, однако мой пленник громко взвизгнул, и затрясся от ужаса.

— Откуда ты знаешь, что я его ищу? — я слегка ослабил хватку. — Тебе Малыш Гудан сказал?

— Да, — юноша скривился. — Но он почему-то забыл упомянуть, что вы чародей…

Оборвав нити манны, я освободил пленника.

— Пойдем, — я сделал приглашающий жест, указывая на каменную лестницу, виднеющуюся в дальнем конце платформы. — Но если ты попытаешься меня обмануть…

— Я не такой дурак! — юноша зашипел, стирая кровь с подбородка.

Поминутно оглядываясь через плечо, он повел меня к ближайшей станции подвесной канатной дороги.

— Маркабрю живет на другом конце острова. Я знаю, сам относил ему заказы… — пустые ножны путались у юноши между ног, а ворот жилетки весь почернел от крови. — Если бы я знал, что вы чародей…

— Тебя как зовут? — я остановил провожатого под фонарем.

— Танзей, — юноша попятился, когда я протянул руку к его лицу.

— Постой секундочку, Танзей. Нужно остановить кровь.

Я сдернул с руки перчатку, и большим пальцем провел по щеке, запечатывая порез.

— Да у вас Черные руки! — лицо юноши разом стало похоже на посмертную маску, а глаза вытаращились, вылезая из орбит. — Боевой колдун? Боевой колдун на Маунтдане!

Мои пальцы застыли у самого горла бандита.

Сообразив, что сболтнул лишнего, Танзей затрясся пуще прежнего.

— Я никому ничего не скажу! Будьте покойны, господин колдун! Мои уста — могила! — юноша ошарашено захлопал глазами, по-видимому, испугавшись собственных слов. — Вы ведь не собираетесь…

— Отведешь меня к Маркабрю, — я махнул рукой. — И делу конец!

Вагончик канатной дороги, в который мы погрузились, оказался совсем маленьким. Он мерно раскачивался из стороны в сторону, и временами вздрагивал, когда налетал особо свирепый порыв ветра, или стальное колесо перескакивало с одного каната на другой.

С такой высоты весь город был как на ладони. Я видел дворцы, взбирающиеся гирляндами разноцветных огней до самой вершины вулкана Маунтдан, видел сияющий полумесяц порта, и даже далекий маяк на острове Клык.

— И часто тебе приходится выполнять поручения подобного рода? — я кивнул на пустые ножны, лежащие у юноши на коленях.

— Частенько, — Танзей кивнул, придирчиво разглядывая свое отражение в черном зеркале стекла. — Чародеев на всех не напасешься… — на лице юноши появилась робкая улыбка. — Вот мастер Тонезап и придумал, что с такими клиентами делать…

— Вот как, — я нахмурился.

Танзей поежился.

— Вы просто чем-то не понравились Старику. А может, он что-то заподозрил…

— Быть может, все дело в мастере Маркабрю? — я внимательно следил за реакцией бандита. — Ты случайно не знаешь, чем он занимался в последнее время?

Танзей даже ухом не повел.

— Маркабрю недавно вернулся из Мино, а вот зачем он туда ездил, это, простите, не моего ума дело.

— Понимаю, — я кивнул.

Похоже, что клубок, скрученный из ядовитых змей, начал потихоньку распутываться!

Под днищем кабинки заскрежетали тормозные захваты, и мы медленно вкатились под навес конечной станции. Дверь распахнулась, и на пороге вагончика незамедлительно появилась коренастая фигура в стальном нагруднике и с боевым молотом на плече.

— Все в порядке, Брайс, этот господин со мной, — Танзей торопливо встал со скамьи, пряча за спиной пустые ножны.

Брайс внимательно осмотрел кабину, и громко фыркнул.

— У тебя что, кошки на морде резвились? — черные глазки встречающего подозрительно прищурились. — Или опять со своей девкой поцапался?

— Меньше будешь знать, здоровее будешь, — буркнул юноша, протискиваясь мимо охранника наружу.

Крепыш весело заржал, и отсалютовал молотом.

— Говорил тебе, не связывайся с этой лакорской сучкой!

Задержав дыхание, я решительно прошел сквозь облако перегара, и с несказанным облегчением распрямил затекшую за время поездки спину.