О. Шеремет - Раздвоение как наказание

"Рискни", — прорычала проснувшаяся товарка.

— Мы должны ладить, — сказала Ксюша и прикусила язычок — забыла, что не одна.

— С кем? — мамины глаза воззрились на дочь поверх чашки с горячим чаем.

— С Софьей, — соскользнуло с языка, и тут девочка испугалась еще больше: языком управляла она, и при этом… впервые в жизни солгала маме!

Конечно, виноватую нашли быстро — Владу. Иначе Ксюше не пришлось бы выдумывать про Софочку, да и вообще…

На все обвинения, горячим шепотом выдвигаемые по дороге в школу (Ксюша, как обычно, опаздывала, поэтому шла — бежала — одна), оборотень отвечала неразборчивым хмыканьем. И только потом напомнила, что её, вообще-то, тоже не спрашивали, и, будь её воля, она скорее утопилась бы, чем поселилась в голове такое безмозглой цапли. Хотя, с другой стороны, меньше мозгов — больше места.

Сидя на химии, Ксюша чувствовала, что голова пошла трещинами и норовила расколоться, как спелый орех — помимо всего прочего, эти споры вызывали и нешуточную головную боль. На большой перемене она не пошла с подругами в столовую, а осталась в кабинете (была сдвоенная литература) и высунулась по пояс в раскрытое окно. Так можно было продолжить разговор.

— Влада… извини меня, я немножко переборщила.

Выдержав паузу, американка призналась, что "безмозглая", пожалуй, было тоже несправедливо. "Цаплю" брать назад она не желала, и Ксюша оставила этот вопрос до лучших времен.

"Тебе мешает головная боль?"

— Еще бы! Ни на чем не могу сосредоточиться.

"Впусти меня на минутку, я попробую её снять".

Ксения едва ли могла отказаться — в предвкушении каких-нибудь таинственных магических манипуляций она замерла, скрутившись в клубочек в своей голове. Но всё оказалось намного проще: Влада сначала массировала виски и шею, потом положила руку под грудь и глубоко дышала, на каждом вдохе к чему-то прислушиваясь, передвигая ладонь чуть влево или вправо. Потом помотала головой из стороны в сторону, удовлетворенно кивнула.

"Всё, можешь выходить. Или входить?"

— А я думала, будет магия, — разочарованно протянула Ксюша.

"Я же говорила, что меня всего лишили, — с легким раздражением ответила Влада. — Да и раньше я не могла исцелять, я не волшебница и не целитель. Я убийца — оборотень и вампир!"

— Нашла чем гордиться, — прошептала Ксюша, улыбаясь при этом. Хотя постоялица и казалась взрослой, но она ведь по-прежнеу оставалась пятнадцатилетней девчонкой, пусть и оборотнем…

— Осторожно!

Кто-то схватил Ксению за талию и без особых сопротивлений втянул в класс — девочка и не заметила как, увлеченная разговором, перевесилась через подоконник.

Она хотела сказать спасибо своему спасителю, но слова, непослушные, застряли в горле. Это был Артем.

Одинадцатиклассник, окруженный ореолом спортсмена-красавца-хулигана, смотрел на неё, сияя сногсшибательной улыбкой. Ксюша поняла, что именно его руки только что держали её за талию — и покраснела до корней волос. Влада вовремя взяла поводья в свои руки, оставив девочку сгорать со стыда в мыслях.

— Спасибо, — Влада улыбнулась, глядя прямо в глаза демону. — Но я бы не упала.

— У тебя под кофтой крылья?

— На голове рога, сзади — хвост с кисточкой.

Безумно интересно — можно ли её, когда-то довольно сильного оборотня, учуять в теле этой нескладной школьницы?

"Влада, прекрати, — шипела школьница. — А если сейчас войдёт кто-нибудь из моих одноклассников?"

— То они увидят, как ты разговариваешь с самым популярным парнем в школе, — ответила Влада, глядя в сторону. Глаза Артема — демона не самого высокого уровня — сузились.

— С кем ты разговариваешь?

— С Ксенией, — Влада пошла ва-банк. — В данный момент я просто управляю её телом. Не чувствуешь?

Медленно Артем покачал головой.

— Кто ты?

Поколебавшись, Влада сказала:

— Не здесь. Давай встретимся после школы — часов в шесть.

— Где?

— В парке, — слова вырвались сами собой, как воспоминание из сна. — А в каком, я не знаю… давай ты скажешь, а Ксения меня отведет.

"Вот еще!" — вспылил предмет разговора, но вышло это жалко.

— В Центральном, у бокового входа — со стороны желтых домов. Знаешь, где это?

"Знаю…."

— Знает.

— До встречи… Ксения.

Была бы Ксюша в своем теле, непременно бы упала в обморок.

— 3-

Вместо того, чтобы делать домашнее задание по геометрии, Ксюша уже добрый час наворачивала круги между зеркалом и шкафом и обратно: в шесть часов её будет ждать в парке сам Артем!

"Меня, — лениво поправила Влада. — Но ты не теряйся, детка, тело ведь твоё. По большей части".

— Я не знаю, что мне одеть! — простонала девочка, держа на вытянутых руках кипу вешалок. — Будь хоть чуточку полезной — помоги выбрать.

"В твоем случае любая одежда бесполезна".

— Что-о?! — такого откровенного хамства Ксюша не ожидала, хотя вроде бы притерпелась к нелегкому характеру своей половинки.

"Ты цапля. Груди нет, ноги костлявые, походка как у пугала, которое решило прогуляться."

Ксения молча переваривала услышанное. Нет, она, конечно, не пергидрольно-силиконовая красавица с обложки журнала, но и не пугало…

"Ладно, не расстраивайся. Я и пострашнее видела".

Но тут Владе пришло в голову, что удовольствие подразнить Ксюшу может помешать встретиться с демоном — с единственной ниточкой к своему сумеречному миру. Зачем эта ниточка нужна, оборотень не понимала, но всё же…

И, закатав рукава — в прямом и переносном смысле — Влада взялась за перевоспитание подопечной. Отыскала в шкафу зеленую юбку, заставила одеть "праздничные" туфли на каблуках и позаимствовать у мамы тушь и карандаш для глаз.

Результат, конечно, был плачевный — но, как успокоила себя американка, первый пончик всегда комом. В следующий раз это чудо не будет рисовать каракули на веках вместо аккуратной линии и ковылять на каблуках, как на костылях. И очки ей надо подобрать другой формы… Оборотень намечала фронт работ, не отдавая себе отчет, что впервые с момента суда она была так увлечена, что ей больше не мерещились Энни и Константин… и Ричард.

Всю дорогу до парка Ксюше казалось, что встречные люди смотрят на неё, неуклюжую, и втихомолку смеются. Но вместо того, чтобы стушеваться и убежать домой, ей пришлось вздернуть подбородок и продолжить путь. Влада не собиралась сдаваться так легко — она вообще не привылка сдаваться, о чем и заявила подруге по несчастью. И Ксюше, видимо, тоже придется этому научиться.

По приближению к желтым домам решимость девочки таяла — и она добровольно передала руководство непослушным телом Владе. Та сказала, что ей и даром такое счастье не нужно — но взяла управление в свои руки. Ксюше оставалось только смотреть.