The Killers - Уроки Окклюменции

— А теперь, собственно, то, из‑за чего мы все тут собрались. Нам всем очень хотелось бы узнать, откуда вам стало известно заклинание «Левикорпус», равно как и его отмена. Лучше вам рассказать самим, иначе придется применять Круцио, пока у вас языки не развяжутся.

Несчастный Петтигрю задрожал и тут же раскололся:

— Это я, я… случайно услышал. В гостиной Слизерина…

— Вот как! А каким же образом ты мог это услышать? Разве ты у нас слизеринец, что имеешь доступ в нашу гостиную?

— Ннннет… я… я… я могупревращатьсявкрысу! — выпалил на одном дыхании несчастный Питер.

Окружающие дружно заржали и загоготали, хлопая себя руками с зажатыми в них палочками по бедрам.

— Кры… крыса! В Гриффиндоре завелась крыса! Вот уж поистине, какой гигантский разброс — от грифона до крысы! Рассказать кому — не поверят ведь! А тебя, малыш Петтигрю, могут и в Азкабан упечь — за незаконную анимагию! Но мы, так и быть, не расскажем никому! Это ж надо — крыса–гриффиндорец! А еще нас, слизеринцев обзывают змеями и гадами! — вовсю веселилась молодежь.

Ну, так, теперь пора проучить вас, трусливые гриффиндорские короли, за воровство чужих открытий и за издевательство над нашим другом!

Экспеллиармус! Левикорпус! Левикорпус! Левикорпус! Левикорпус!

Вся отважная четверка взмыла вверх и оказалась подвешенной за одну ногу вниз головой. Отчаянно барахтаясь и неистово сквернословя и понося недругов, мародеры дергались в невидимых тисках.

— Ай–яяяяй! Они еще и ругаются и угрожают! Северус, Эйвери, Мальсибер, придется вам быть поострожнее с ними, вон как они злы на вас! И что делают в таких случаях с хамами и грубиянами? Правильно, моют им грязные рты!

Взмах палочкой и изо рта у всех четверых гриффиндорцев повалила розовая мыльная пена, которой они давились и отплевывались, бешено размахивая свободными конечностями.

— Так, что там было дальше? Кажется, вы демонстрировали половине школы нижнее белье и размер достоинства нашего дорогого Северуса, не так ли? Как я понимаю, стыдно ему было лишь за дешевое белье, так, Сев? Ну, в этом тебя упрекнуть нельзя, ты у нас не богач, шелковые подштанники купить не можешь, да и не нуждаешься ты в таких изысках, а что грязноватые были — ну, тоже не беда, ты же у нас не такой модник, как я, к примеру!

А теперь посмотрим, что под бельем у вас, дорогие наши короли Хогвартса!

«Дивестио»!

Тут же с висящей вниз головами четверки пропали разномастные трусы. Мантии свободно спадали несчастным на головы, закрывая их багровые лица, посему нижняя часть была прекрасно видна всем собравшимся.

Белла заливисто хохотала и визжала, тыкая пальцем, остальные тоже смеялись в голос.

— Ну, что тут у нас? О, да ваш гонор и самомнение значительно превосходят ваши истинные размеры! Уж не от этого ли вы и собрались в террористическую группу, ведь только так можно хоть немного забить свои комплексы по поводу небольших размеров! Ну что ж вы, ребята, хотя б поискали заклинание раздувания, что ли! Или можно сделать магическую пластику, только денег, боюсь, не хватит! Дорого стоит! Лучше применять перед свиданием «Энгоргио», запомните, бесплатный совет! И будет вам счастье, дорогие мои! Антонин, друг мой сердечный, запечатлей‑ка на память эту прекрасную висячую композицию!

Долохов защелкал колдокамерой с разных ракурсов. Остальные вовсю веселились, обсуждая размеры причиндалов висящих мальчишек.

— У крысы — крысиные размеры! Ну, так оно и должно быть, в общем‑то, это же справедливо!

— Ой, кузен, я и не знала, что у такого симпатичного парня такой несимпатичный… ну ты знаешь, что… или кто. Ну, как ты там его называешь наедине?

— Хм, Поттер а я теперь понимаю, почему ты так пытаешься всем доказать, какой ты крутой и всесильный… как ты думаешь, будут тебя любить девчонки, когда увидят эти колдографии?

— Так, Антонио, дорогой, надо напечатать эти снимки и размножить их, будем раздавать в школе всем желающим! Думаю, можно будет даже продавать их, это будет шедеврами в частных коллекциях! К завтрашнему дню сделай, пожалуйста! Слизеринцам фото бесплатно, остальным — по 14 сиклей за штуку! Ребята, вы прославитесь на весь магический мир!

Гарри Поттер, задыхаясь, вынырнул из думосбора, дикими глазами глядя на профессора. Снейп вопросительно поднял одну бровь.

— Что, Поттер? Неужели не понравилось? По–моему, ваши отец с крестным и дражайший мистер Люпин вышли просто отлично! А уж малыш Петтигрю и вовсе выше всяких похвал! Я даже могу презентовать вам одну из колдографий, где‑то у меня завалялась… Хотите?

— Ннннет… спасибо, не надо. Профессор Снейп, сэр, простите меня за то, что я заглянул… не надо было этого делать… я… можно мне идти?

— Поттер, Поттер… А ведь я говорил вам, что ваш отец отвратителен, что он подлец и мерзавец, а вы мне не верили. Теперь убедились? И таких историй у меня достаточно, когда он после вот таких уроков все равно доставал меня, не мог остановиться и оставить меня в покое, даже когда я и близко не подходил к вашей матери. Мне уже начало казаться, что ваш папаша мазохист, Поттер, если вы знаете значение этого слова.

Ну–с, мы сделаем так, вы поклянетесь мне на крови, что никому не расскажете о том, что видели, и после каждого урока будете смотреть по одному воспоминанию о ваших дорогих родных — дабы вы меня не упрекали во лжи. Дайте руку!

И Гарри ничего не оставалось, как подчиниться профессору.

Как выпьешь — так и поспишь

Авторство Киллера 002

…Гарри с плохо скрытым раздражением подошел к столу, где стоял думосбор. Мальчишка всегда считал отца и крестного своими эталонами и идеалами, и теперь ненавидел Снейпа за то, что тот эти идеалы пытается развенчать. Гарри всю жизнь привык равняться на отца и ему совсем не хотелось не только пересматривать свои взгляды, но и чтобы кто‑то просто пытался посягнуть на его святыню. А сейчас Снейп хочет разрушить его такой уютный мирок, где все хорошо и правильно, так, как надо, и не нужно задумываться ни о чем. Но профессор Зельеварения стоит рядом, неприступный и неумолимый, с презрительной усмешкой на губах, и Гарри полностью в его власти. Мальчишке ничего не остается, как нехотя и с опаской опустить лицо в думосбор…

…Сидя за столиком в «Кабаньей голове» в окружении Малфоя, Мальсибера и самого Снейпа, Забини вертел в руках небольшую стеклянную бутылочку с бледно–розовой жидкостью, выглядя при этом страшно довольным собой:

— Это вытяжка из Люциферовой травы. Знаете, что это такое? — из всех присутствующий кивнул один Снейп. — Понятно. Значит, для неучей, — Забини весело усмехнулся, — даю краткое описание. Люциферова трава — растение очень редкое и ценное. Самое главное — к ввозу и продаже в Британии запрещена. В некоторых странах разрешена, но я бы не сказал, что достать ее можно свободно, поскольку из‑за того, что территория произрастания данной травы чрезвычайно мала и растет она в труднодоступных местах, то и в продажу поступает нечасто, даже под заказ. Я чудом купил эту вытяжку летом, когда был с отцом в Вене. Мне эта штука не нужна, но я знал, когда покупал, что среди нас есть юные естествоиспытатели, которые спят и видят, как бы заполучить эту вытяжку. Не для применения внутрь, а для опытов, разумеется, — рассмеялся Забини. — Вообще‑то, строго говоря, вытяжка из Люциферовой травы — это что‑то наподобие наркотика. Если несколько капель вызовут эйфорию, то один глоток — и вам обеспечены ужасные видения и кошмары. Большая доза может оказаться летальной. Поэтому в наше время эту вытяжку чаще всего покупают зельевары в качестве небольшой добавки к некоторым видам зелий. При разумном использовании — вещь достаточно безобидная.