Таня Брайт - Любить по-фпанцузски

Сейчас эти глаза были устремлены на Макса, готовые вот-вот наполнится слезами. Конечно же Мариса не собиралась плакать. Она всегда добивалась своего, используя самые различные методы: начиная с угроз, и заканчивая слезами. Девушка безупречно играла роли, и никому до конца не удавалось понять, где ее настоящие чувства, а где вымышленные. Парню стало не по себе, когда он увидел, что взгляд зеленых глаз стал холодным, и Мариса отвернулась от него, поняв, что ее слезы в данном случае не подействуют.

— Извини, я не должна быть такой резкой! — проговорила она сквозь зубы, так и не дождавшись ответа. — Просто мне надоело, что все что-то скрывают от меня. Я взрослый человек и адекватно воспринимаю действительность и думала, что мне можно сказать правду! Но наверное вы решили по другому.

— Поверь, твои родители знают лучше, что нужно для тебя. — Макс прислонился к дереву, и оторвав зеленый листочек, стал внимательно его разглядывать. Он не мог выдать тайну, которую Алекс и Валентин скрывали восемнадцать лет. — Прости, что не угадал с подарком. Это действительно глупо.

— Зато у меня есть собственная звезда! Спасибо! — Мариса подошла к парню и крепко обняла его, поцеловав в щеку. — Я веду себя как стерва! Но иногда так сложно контролировать эмоции, как будто они живут отдельно от меня.

Максимилиан тяжело вздохнул. Когда Мариса становилась такой, на нее невозможно было сердится.

— Если ты и стерва, то самая лучшая в мире! — парень улыбнулся, а девушка приняла сердитый вид и наградила его ударом в плечо, после чего они оба рассмеялись.

— Мог бы сказать, что я не права! В этом бы я с тобой согласилась без всяких споров.

— Но ведь только за мою правоту, ты и любишь меня. Кто же еще без риска для собственного здоровья осмелится сказать тебе о твоих недостатках? — Макс потрепал Марису по щеке.

— Я сейчас покажу, как тебя люблю! Просто задушу в объятиях! — девушка в шутку зарычала и повалила Макса на землю, стиснув его со всей силой.

Парень охнул и шутливо застонал.

— Сдаюсь! Ты сейчас переломаешь мне кости!

— Недотрога! — Мариса принялась щекотать Макса, зная что он больше всего не может выносить этого.

— Вредина, — парень попытался избавится от девушки, и они покатились по траве. Через несколько минут жертва и мучитель поменялись местами, и уже Мариса отбивалась от своего дяди, который не собирался сдаваться так скоро.

Мариса запыхалась и у нее не осталось сил бороться. Она думала попросить пощады, как вдруг Макс резко вскочил на ноги и стал к чему-то прислушиваться с напряженным лицом, посерьезневшим за одну секунду. Его чуткий слух оборотня, который отсутствовал у девушки, уловил шорох в кустах и чье-то тяжелое дыхание. Мариса с удивлением смотрела на парня, не понимая, что случилось.

— Дорогая, тебе лучше идти домой и лечь спать.

— Что произошло? — обеспокоенно спросила девушка.

— Завтра объясню, — Максимилиан вглядывался в темноту, но ничего не мог рассмотреть.

— Хорошо, — девушка пожала плечами. — Спокойной ночи!

Макс проводил взглядом Марису до дома, убеждаясь в том, что с девушкой все в порядке. Мариса обернулась на пороге и помахала ему рукой, затем зашла в дом и закрыла за собой дверь. Только после этого парень вздохнул с облегчением. Он ругал себя за столь опрометчивый поступок: ни в коем случае нельзя было уводить девушку ночью из дома. Он забыл об осторожности, и могло случится что-то непоправимое, ведь ей исполнилось восемнадцать, и Александр только и ждет удобного случая. Ее дед хочет неограниченной власти и в любой момент может забрать внучку силой для того, чтобы осуществить с ее помощью свои планы. Александр отпустил Алекс с одним условием, она должна вернуть девочку после того, как ей исполнится восемнадцать. Родители не собирались возвращать дочь, но и хранитель ордена не питал на этот счет никаких иллюзий. Его люди могли явится в любое время суток. Если это произойдет, то они потеряют Марису навсегда. Все годы эта мысль не покидала его, и Максимилиан решил, что без девушки он не будет жить: слишком большое место Мариса занимала в его сердце с той самой секунды, когда он взял на руки теплый комочек, который улыбнулся ему во всю ширину беззубого ротика и смешно агукнул.

Макс больше не удерживал волка, рвущегося наружу со всей силой. Его лицо вытянулось, превращаясь в морду, а руки начали обрастать шерстью. Острая боль пронзила плечи, медленно разливаясь по спине, и переходя в ноги. Сердце отбивало бешенный ритм, и кровь быстрее побежала по венам. Ногти удлинились, превращаясь в заостренные когти. Из пасти вырвался устрашающий рык, и белый волк легкими прыжками миновал расстояние, отделяющее его от места, где раздались таинственные шорохи. Но там никого не оказалось. Оборотень втянул ноздрями незнакомый запах, смешанный с ароматом лесных цветов. Макс мог бы сказать с уверенностью на сто процентов, что кто-то наблюдал за ними с Марисой из укрытия, а потом когда парень ждал, пока девушка дойдет до дома, скрылся.

Оборотень угрожающе завыл. Вся его сущность требовала крови врага. Он представил, как она, сладкая и теплая, омывает его горло, пересохшее в один момент от невообразимой жажды. Чтобы хоть как-то успокоится, волк припустился бегом со всей скоростью, на которую только мог быть способен.

Макс осознавал, что стоит ожидать нападения со стороны врага в любую минуту, но старался гнать от себя такие мысли. В данное мгновение для него существовали только скорость, ветер и ощущение силы, наполняющее каждую клеточку тела. Все проблемы остались далеко. Луна зашла за облако, и белый волк растворился во тьме.

Глава 2

Лучи солнца, светящие ярко в окно разбудили меня рано утром. Нечего больше не оставалось как встать с постели, сладко потянуться, пожалев о том, что нельзя лечь обратно. Сегодня мое день рождение, и все уже наверное ждут внизу, пока я спущусь, а если я лягу обратно, то уже не встану до вечера. Этой ночью я проспала всего лишь каких-то три часа, и мне мало, учитывая то, что я страшная соня и не любительница вставать с зарей. После того как мы расстались с Максом, и я пришла домой, я долго не могла уснуть и стояла у окна, вглядываясь в ночную темноту. Меня грызло волнение за дядю, уж слишком он казался обеспокоенным и настороженным. Что-то произошло, но я не могла понять что. Чувство тревоги на подсознательном уровне не покидало меня всю ночь, и я сомкнула глаза только перед рассветом.

Еще один день такой же как и все другие, ничем не лучше и не хуже. До жути надоело однообразие и скукота, но от этого никуда не деться. Не происходит ровным счетом ничего. Наверное, я бы обрадовалась, если бы в нашей семье произошел хотя бы один крупный скандал, но это также нереально, как то, что луна будет светить днем, а солнце — ночью.