Анна Михалевская - Золотые нити сердца

— Марк, ты все время молчал… Тебе не было скучно? — Миа все же заговорила первой.

— Нет, — Марк не изощрялся в сложных ответах.

— А если бы я так промолчала полдня, ты бы мне тоже не задал ни единого вопроса?

— Если бы видел, что ты не хочешь на них отвечать, не задал бы.

Тема была исчерпана. Разговор на другие темы про устройство солнечной системы или практическую возможность путешествий в будущее, где Марк себя чувствовал более уверенно и с удовольствием пускался в пространные объяснения, Миа решила не начинать. Она чувствовала, что вечер, возможно, будет не такой удручающий как первая половина дня, но и не слишком спокойным, и ей хотелось немного побыть совсем одной.

Она попрощалась с Марком, и тот проводил ее преданным взглядом. Миа знала, что он смотрит ей вслед, и она вдруг поняла, что Марк не сразу пойдет домой, а какое-то время побродит по парку, в надежде увидеть ее еще раз хоть издалека.

Родителей дома не было, отчего сам дом казался пустым и неуютным, но сейчас девочка даже обрадовалась этому — так она сможет уйти без лишних вопросов и пространных объяснений. Ей оставалось всего лишь написать записку "Ушла в кино с подругами, вернусь к девяти, целую, Миа" и дело в шляпе! Девочка сомневалась, что все будет именно так, но толком она и сама ничего не знала, поэтому и решила ограничиться таким коротким посланием…

Итак, стрелки часов подползали к назначенному времени. До переулка Лонгвэй, номер 14 было не меньше получаса пешеходной прогулки, так что в распоряжении Миа оставалось не так уж много времени. Девочка прошла в гостиную, потрепала спящую собаку за ухом, та, не просыпаясь, тявкнула и переложила голову на другую лапу. Мир вокруг был спокоен и безмятежен. Похоже, ее предстоящее путешествие никого не волновало. Да, может, она все сама и выдумала? День пройдет, как прошли другие тысячи дней, и закончится так же бесславно…

"Не бывать этому!" — с необычной горячностью решила Миа. Выхватив из шкатулки билеты и положив их в кармашек платья, она поспешила к выходу. Родители так и не вернулись. "Ну что ж, объяснения будут потом" — пронеслось в голове у девочки.

ГЛАВА 3

Миа уже миновала площадь Сен, когда вдруг вспомнила, что билета у нее два. Возможно, незнакомка ошиблась, или с кем-то ее перепутала, или… она пойдет туда не одна. В ошибку незнакомки девочке не верилось — как можно сделать что-то неправильно в игре, где нет правил? Миа, по крайней мере, их не знала. Выходит, скоро к ней кто-то присоединиться. Кто же это может быть? Не слишком ли много загадок для одного дня???

Миа поежилась и начала оглядываться по сторонам. У прохожих были серьезные непроницаемые лица. Почти такие же, как у ее школьных друзей сегодня утром. Почти такие же, как у родителей, когда они ссорились. На миг девочку охватило странное чувство, что прохожие тоже ВСЕ про нее знают, но никогда ни за что не скажут, просто не скажут, потому что "Миа же у нас умная, пусть обо всем догадается сама!" Девочка крепко зажмурила глаза, и когда она их открыла снова — прохожие как прохожие, ощущение всемирного заговора против нее улетучилось так же внезапно, как и появилось.

Одним своим концом переулок Лонгвэй прилегал к довольно шумной улице Кью, где горожане любили неспешно прохаживаться в воскресные дни; уличные музыканты, прислонившись к вековым каменным стенам, наигрывали незатейливые мотивы, солнечные зайчики, отражаясь от блестящих гирлянд побрякушек-сувениров из лавок, кокетливо подмигивали гостям города. Переулок перерезал улицу Кью почти там, где она пересекалась с улицей Сен, делал несколько зигзагов, огибая архитектурные округлости невысоких разноцветных домиков, и, в конце концов, выходил на совсем маленькую площадь с причудливым памятником посередине. А оттуда лучиками других переулков снова просачивался в бурную городскую жизнь. Миа хорошо знала эту маленькую площадь — когда-то давно ее называли площадью Университета (раньше там торжественно восседал мудрый храм науки, который потом почему-то закрыли). Теперь это была просто площадь с памятником. Если бы Миа пришлось на классе литературы описывать этот памятник, то она бы сказала, что он был чем-то средним между взорванной колючей проволокой и спортсменом перед прыжком — вблизи беспорядочное нагромождение металлических прутьев, издалека приобретало направленность и форму. Правда, каждый там видел что-то свое.

Лонгвэй 14-й номер находился как раз напротив чудо-памятника, с противоположной стороны от бывшего Университета. Миа подошла к двери с надписью "Посетите наш кинотеатр" и в удивлении замерла на пороге. Обычная дверь, аккуратно выкрашенная в бардовый цвет. Старомодный колокольчик вместо звонка. Над дверью козырек, тоже похоже, из прошлого века. Но номер "14" был на месте. И эта надпись про "Посетите…" выведенная каллиграфическим почерком явно указывали, что она пришла по адресу. Даже не оглянувшись по сторонам, Миа решительно звякнула колокольчиком. Посмотрела на часы — 18.44. Прошла одна долгая минута. И как только стрелка завершила свой бег на 45, дверь молниеносно открылась и в проеме показалась улыбающаяся физиономия клоуна. "Самый смешной, которого я только видела!" — подумала Миа, когда ее ножки в парадных маминых туфлях легко переступили порог. Клоун тем временем забежал вперед и неожиданно серьезным голосом произнес:

— Но, юная леди, есть ли у Вас билет?

И он выпучил глаза в притворном ужасе, как будто наверняка зная, что она скажет "нет".

Миа улыбнулась и протянула ему два билета, которые она так вместе и положила в кармашек платья. Клоун билеты не взял, но радостно заохал:

— Ах, сударыня, как я рад, как я рад! Теперь мне не придется доказывать такой милой барышне, что мест у нас нет, билеты не продаются, и мы вообще закрыты на ремонт! Один момент! — клоун подбежал к оранжево-желтой будке, которая, судя по всему, служила ему кассой ("В кинотеатре же должны быть кассы" — вдруг подумалось Миа), и неуклюже наклонившись к окошечку, стал громким шепотом, как суфлер, подсказывать девочке, что делать.

— Подойдите поближе, дорогая Миа, и протяните мне билеты вновь, ну как будто Вы это делаете в первый раз. Такие у нас правила! Стро-о-огие!

Он это сказал нараспев и таким серьезным голосом, что Миа чуть не прыснула со смеху. Однако, сдержалась — не хотела обидеть клоуна, а вдруг он действительно всерьез???

— Ну-с, что у нас там? — клоун нацепил на нос очки с толстенными стеклами, и стал внимательно изучать билеты, которые его внутренний этикет наконец-то позволил взять из рук девочки.