С. М. Бладинг - Падение Небесного города (ЛП)

Она отпустила его.

Оки опустилась рядом с ней на колени, заглянув в книгу. Глаза ее сузились, в них светился интерес.

Мама придвинула книгу к дочери и сказала то, что я не услышал.

Оки забрала книгу и поднялась с ней. Она поцеловала меня в щеку и ушла.

Мама какое-то время молчала.

Остальные смотрели на нас.

- Мы пойдем, Ино Нами, - сказал один из старейшин. – Но скоро вернемся.

- Соберите круг. Нужно собраться сейчас, - она подождала, пока хижина опустеет.

Я выдавил улыбку нескольким старейшинам, прошедшим мимо. Придется вести себя здесь так.

- Кадар, - теплый шепот и улыбка на круглом лице мамы. Она смотрела на отца. Она уперлась руками в столик и поднялась на ноги.

Отец не помог ей, но улыбнулся, хотя улыбку было едва видно за седеющей бородой.

- Нами.

Сакр перелетел на поручень у входа.

Мама остановилась перед моим отцом и подняла руки к его лицу.

Он склонился, голова его оказалась в ее ладонях.

Она прижалась лбом к его лбу.

- Рада тебя видеть, - сказала она на нашем языке.

- И я, - сказал он на ее языке.

- Лед переносить все сложнее, - она отвернулась от него ко мне, помрачнев. – Синн.

Ну вот. Началось. Я склонил голову.

- Окаасан.

- Метки все еще нет?

Отец покачал головой, в глазах его вспыхнула вина, но он взял себя в руки.

- Нет.

Метка силы была почетной, но ее нельзя было получить у кого-то. Ее нужно было заслужить, она должна была пройти через душу, Отметить кожу, рассказать миру о твоем источнике силы. Я не знал, получу ли ее вообще, а если и получу, будет ли это Метка бури, как у отца, или огня, как у мамы?

Их Метки были скрыты под слоями одежды, но я их видел. Как и все.

Отец и мать были очень сильными. И хотели, чтобы дети были такими же. Это было понятно, ведь родословная была сильной и чистой. У всех братьев и сестер была Метка. Кроме меня.

Порой Метки появлялись поздно. У меня еще было время, но я уже беспокоился.

- Он еще не получил своего огнедышащего сокола?

- Этой весной, - в голосе отца звенела уверенность.

- Как и корабль.

Она глубоко вдохнула и посмотрела на моего отца.

- Тогда он станет мужчиной в твоих глазах.

Он фыркнул, улыбнувшись.

- Поверь, хана, ему еще многому учиться, но да. В глазах Эль-Асима он – мужчина.

Моя мама улыбнулась.

- Нас ждет совет, - она посмотрела на меня. – Ты будешь сидеть там, но не сможешь говорить. Тебя все равно не услышат, - она повернулась к отцу. – Нужно многое обсудить.

Отец посмотрел на потолок.

- Да, - он тяжко вздохнул. – Именно.

* Окаасан - мама (вежливое обращение на японском);

** хана – цветок (японское).

Глава 2:

Не оглядывайся

Входили люди. На пол падали подушки. Мама сказала нам сесть рядом с ней. Круг старейшин сформировался. Каждый был с кулоном в форме летаран, что отмечал их статус. Чем дольше они были старейшинами, тем больше серебряных щупалец было у их медуз. У некоторых талисман был на шее, некоторые сделали его брошью. Мамин был у нее в волосах на конце длинной шпильки, торчавшей из пучка на ее макушке.

Старший брат, Рё, сел по другую сторону от мамы. Его иссиня-черные волосы были стянуты в узел на затылке. Он улыбнулся.

- Синн, рад тебя видеть.

Я тоже улыбнулся.

- И я. Как ты?

Мама вскинула брови, но не посмотрела ни на кого из нас.

Рё сел, все еще улыбаясь.

- Поговорим позже, братишка. Хочу услышать, во что ты успел ввязаться.

Я вскинул брови и обратил внимание на собрание. Похоже, все уже пришли.

Мама подняла руки, и воцарилась тишина.

- Дом Эль-Асим здесь, и мы можем начинать собрание.

- А Умира? – спросил кто-то. – Мы не будем ждать их?

- Они не были приняты в наш круг, - сказала мама с каменным лицом. – Если моя дочь признает их достойными, то мы примем их в совет.

Я заерзал на подушке.

Отец расправил плечи.

- Руки простираются все дальше. Их технологии позволяют им добираться до мест, которые знают лишь бывалые путешественники.

- Они изобрели что-то, что находит нас даже в летаран, - сказал кто-то высоким от тревоги голосом.

- Это не так, - сказал мужчина по другую сторону. – Они выслеживают тех, кто посещает наши города. Мы можем прятаться, пока наши доки закрыты.

Я поежился от мысли о том, что город Ино закроет доки, чтобы выжить. Меньшие племена рассчитывали на Семь великих семей. Что случится с ними, если Ино закроет доступ?

- Как? – осведомился кто-то рядом со мной. – Как мы сможем от этого защититься?

- Мы не знаем, - сказал кто-то по другую сторону костра. Я не видел его лица из-за пламени. Но заметил высокую черную шляпу. – Нам нужен шпион в Небесном городе, который расскажет нам, как.

- Мы даже не знаем, как найти Небесный город, - сказала женщина рядом со мной, ударив коленом по кулаку, подчеркивая недовольство в голосе. – Может, это лишь выдумка.

- Это не выдумка, - сказал буднично Рё.

Никто не слушал его.

- И кого из наших детей вы пожертвуете в шпионы? – осведомилась женщина рядом со мной. – И как мы помешаем Рукам забрать всех наших детей и уничтожить старейшин?

- Мы уйдем в укрытия, - сказал мужчина рядом с моим братом.

Мне не нравилось слушать о побеге. Эль-Асим не боялись. Мы не прятались.

Рё выпрямился.

- Боюсь, вскоре нам будет некуда бежать.

- Зачем нам прятаться? – спросил я тихо, но четко. Я знал, что должен был смотреть и слушать. Я еще не доказал свою силу, потому не имел голоса на совете, но это не имело значения. – Объясните мне.

На лице мамы появилось одобрение, хотя она не посмотрела на меня.

- Соглашусь с сыном моего мужа. Может, пора перестать прятаться.

Обида и боль нахлынули на меня. Сын ее мужа? Я закрыл глаза и дышал, успокаиваясь.

Рё помрачнел.

- Нас мало, а у них технологии. Мы не выстоим.

- Рё-шу говорит правду, - сказал морщинистый мужчина.

Хмм. Так Рё, хоть и не попал еще на тренировки старейшин, хотя и был старше Оки, смог доказать свои силы достаточно, чтобы называться господином. Интересно.

- Руки не будут ждать, - сказал мой отец. – Они ударят.

- Уже ударили, - сказала женщина рядом со мной, снова ударяя по колену кулаком.

Мама кивнула.

- Пока мы не знаем, как уничтожить их, нужно научиться прятаться лучше. Руки занимают небо, а не океан. Нам стоит…

Снаружи послышался громкий шум, в хижину ворвался порыв холодного ветра. Огонь почти погас, но разгорелся снова.