Варвара Шихарева - Ирийские хроники. Заговорённый

Велд спрыгнул с седла и вновь взглянул на растянувшегося среди трухи и битого кирпича "Сокола", отметив при этом, что, покрытое лишь лёгким пушком лицо лаконца после смерти стало совсем детским, а его брови так и остались удивлённо вскинутыми , затем снял с руки перчатку и коснувшись пальцами остатков стены ,замер, закрыв глаза. Его оцепенение продолжалось не больше минуты, после чего "Ястреб" вновь оседлал коня и , заставив его в два скачка миновать пустырь, выехал на другую улочку - ему надо было догонять своих!

...Вечером того же дня Олден, оторвавшись от своих экстрактов и основ, взглянул на Велда и недовольно поморщился:

- Что это ты сегодня кислый, точно недозревшее яблоко?!

-Устал.- десятник, не поднимая глаз, продолжал сортировать конфискованные им из аптекарской лавки травы и настойки- хозяин этих богатств пустился наутёк , как только заметил в переулке чёрно-серого всадника, и даже двери за собою не закрыл!

- Молод ты ещё для того, чтобы уставать! Тут другое - Олден сдвинул брови и обжёг своего ординарца пронзительным взглядом, но, натолкнувшись на сразу же выставленную ментальную защиту, проворчал,- Ну, давай, колись - что случилось?

Велд по прежнему не поднимал глаз:

-Сам не знаю, что на меня нашло... Я родился в Лудее, глава- здесь был мой первый дом...

Олден чуть подался вперёд и горб на его спине стал ещё заметнее:

-Не забывайся, Велд- ты родился в ночь Перевёрнутого Серпа в капище Седобородого! Но старые счета Веилена действительны и до сих пор подлежат оплате- тут и говорить не о чем!

- Здесь у меня не было никаких счетов, глава. - тихо возразил горбуну десятник, и задумчиво взглянув на чётко видимые в свете луны сторожевые башни Лудея, едва слышно добавил.- только воспоминания , не более...

Но Олден не отступал:

- Так почему же встреча с прошлым тебя так растревожила? Кого-нибудь узнал?

- Нет, никого. Дома тоже нет- одна стена на пустыре , а возле неё теперь мёртвый "Сокол" лежит.- Велд снова принялся перебирать травы, а Олден встал со своего места и несколько раз прошёлся рядом со склонившимся над своею работой ординарцем:

- А с этого места, Велд , поподробнее! Что за "Сокол"?

- Обычный ополченец. Когда я выспрашивал старика по соседству, о том, что с домом случилось, "Сокол" в меня с этого пустыря и выстрелил, но промазал- пальца на три, не меньше .А потом ещё и в атаку бросился, хотя даже самого простого блока поставить не умел!- "Ястреб" задумчиво посмотрел на свои ладони. - Я мог просто обезоружить его и оставить в живых, но вместо этого - убил. Даже не подумав...

Олден, заложив руки за спину, застыл у мерцающего костра, и даже его горб , казалось , излучал возмущение:

-Плохо, Велд. Очень плохо! Но не то, что ты отправил "Сокола" к праотцам, а то, что потерял бдительность и позволил какому то мальчишке упражняться на тебе в стрельбе ! Ну а то , что ты теперь сожалеешь о его смерти, и вовсе не в какие ворота не лезет, ведь этот щенок, если бы всё таки попал, на твой труп малую нужду справил, да ещё и хвастался бы перед своими приятелями, как ловко "Ястреба" уложил!

Велд молчал, ещё ниже опустив голову, но горбун , повернувшись к нему продолжил:

- Вот с аптекой ты поступил правильно: распотрошил в чистую без всяких сомнений, хотя знал, что наша княгиня, не желая вызывать недовольство горожан, уже завтра запретит нам без спросу даже булавку взять!

- Сырья для снадобий постоянно не хватает, да и раненых меньше не становится, - Велд, наконец, поднял голову и холодного посмотрел на главу "Белых".- А необходимые ингредиенты нам здесь вряд ли продадут!

Олден зло усмехнулся:

- Верно, парень, не продадут, потому что и так уже тихо ненавидят , как врагов и захватчиков...- внезапно сотник прищурился и ,без всякого перехода, свирепо зарычал на своего ординарца.- А теперь ответь мне, десятник, куда девается твоя способность мыслить, когда на горизонте начинают маячить тени прошлого?! Ты теряешь контроль, размякаешь, ведёшь себя точно слепой щенок, а это - верная смерть! Слышишь, верная!

Велд поднялся и вытянувшись по уставу, посмотрел прямо в лицо разъярённому сотнику:

- Этого больше не повторится, глава!

-Надеюсь!- Олден, немного успокоившись, пристально взглянул в глаза ординарцу.- Я тебе уже не раз говорил и ещё раз повторю - лелей лишь те воспоминания , которые делают тебя сильнее и злей: не давай себе поблажек , а терпеливо оттачивай клыки , если хочешь выжить и отомстить!

Лицо Велда окаменело:

- Отомстить владыке Астара невозможно! Ну, разве что вспорю животы ещё паре-тройке "Вепрей" и "Сияющих", вот и всё...

Но Олден тихо сказал ему:

- Кто знает, Велд...- а затем посмотрел куда-то в темноту и вновь шепнул,- Кто знает...

...Огонь в камине погас и теперь вокруг царила мгла - непроницаемая, как в штольнях, но при этом тихая - она не наливалась стучащим в висках напряжением, ни сулила приближающуюся угрозу, а несла в себе лишь покой и тишину. Больше не надо вслушиваться в любой , едва различимый шорох, и короткий ночной отдых не разлетится вдруг на тысячи осколков из-за стремительной атаки затаившегося где-то неподалёку неприятеля. Сожжённый неизбывной горечью круг был пройден Велдом до конца, и на новый виток жизни пришёл уже совсем не тот мальчишка, который когда- то так не хотел переезжать в Астар, и даже клялся отцу, что сбежит обратно в Лудей при первой ,представившейся ему возможности! Но Лекки тогда его быстро успокоил: " Мы с тобою в доме единственные мужчины: кормильцы и защитники , так что веди себя как должно! К тому же не на край света едем: в Астаре почти так же, как и в Лаконе- только работу найти легче"...

И, действительно, жизнь семьи в Присте не слишком отличалась от прежней - разве что дом был побольше, а вместо цветника приходилось довольствоваться крошечным задним двориком, на котором постоянно сушилось бельё. Веилен , поначалу, даже снова угодил в храмовую школу- только держали её не жрицы Малики, а начавшие прочно оседать в Астаре поклонники Единого...

Наставник храмовой школы Крештен недовольно посмотрел на новых посетителей: с одной стороны, в его классах мест было более, чем достаточно, но с другой... Амэнец очень не любил , когда его отвлекали от составления счетов, да и брать кого попало на обучение он не собирался, а пришедшие как раз попадали под последнюю категорию. Дело было вовсе не в тёмно- бурых, обычных для связанного с горным делом люда, куртках: в школе Крештена хватало детей мелких лавочников и мастеровых, из которых он всё же надеялся вырастить в последствии верных и преданных слуг Единого... Недовольство жреца вызвала скромная, чёрно-красная вышивка на тельниках пришедших - она лучше всякого говора или черт лица свидетельствовала о том, что стоящие перед ним люди родом из Лакона, а у Крештена было множество причин недолюбливать обитателей этого княжества. Вот только пришедший к нему на поклон горных дел мастер об этом не догадывался и вновь заговорил, нарушая повисшее в комнате молчание.