Альвина Волкова - Виринея - боевой маг

Но тут же вскочила. Со скамьи, на меня смотрел настоящий монстр. Серый котяра, размером с новорожденного теленка. От вида оскалистой улыбки мои волосы встали дыбом, и я что есть мочи завопила.

- Кончай орать, дура, - был мне ответ.

На, что я заголосила громче.

- Оглушишь, нафиг. Угомонись, истеричка, - взмолился кот, тщетно силясь меня перекричать.

Протрезвела моментально. От страха, рьяно устремилась к двери, но споткнулась, и неласково поцеловалась с полом. На миг потемнело в глазах. Звезды закружили хороводы над моей несчастной головой, весело улыбаясь кошачьими мордами.

- Допрыгалась?! Не ушиблась? Ты ложку ко лбу приложи, говорят, помогает.

С минуту полежав не двигаясь, я приподняла голову от пола. Рядом сидел кот. Он жалостливо смотрел на меня и явной агрессии не проявлял. Кот смахивал на раскормленного чау-чау, только до неприличия здоровый. Морда слегка приплюснутая, уши треугольниками, хвост трубой. А так, вылитый чау-чау.

- Полегчало! Это хорошо, - растягивая слова, заговорил кот, - А то твоя бабка из меня суп сварит.

Определенно я стукнулась сильнее, чем мне показалось. Все, никакого вина, никаких гулянок. Крепкий сон и здоровый образ жизни.

- Что молчишь? Воды в рот набрала,- вопрошал кот.

Мне надо к врачу. Может у меня сотрясения мозга? Знаете, а это даже забавно.

- Да говорящий, говорящий я, - устало мяукнуло серое недоразумение.

- Мне что-то не хорошо. Мне нужно лечь, - заключила я.

Тут кот поднялся на задние лапы, и, с умудренным видом, подошло ко мне. Положил лапу мне на лоб и констатировал факт:

- Иди спать. Утро вечера мудренее.

Что я и сделала. Шизофрения подождет до утра. А пока сладко, сладко поспать. "Спокойной ночи, Виринеечка. Добрых тебе снов".

Утро вошло в мои сени ласковыми солнечными лучами. На подоконнике сидел недавний знакомый серой масти. Он ел бутерброд от души намазанный маслом. И ел он его, как любой нормальный человек!

- Доброе утро, шизофрения, - пробормотала я в подушку.

Похоже, так просто от этого глюка не избавится. Что же делать? Кот еще не заметил моего пробуждения, и бессовестно продолжал уплетать бутерброд. Не на шутку рассердившись, рявкнула:

- РОТА ПОДЪЕМ!!!

Эффект был моментальный. Кот поперхнулся и закашлялся. Бутерброд выпал из его лапы.

- Шлеп,- это бутерброд встретился с полом.

- Кто же так делает?!! - возмутился кот.

- А я с глюками не общаюсь.

- Я не глюк, а далекий потомок Баюна. Зовут меня Василий. А вы, Виринея Васильевна (простите за каламбур, так получилось), ведете себя просто ужасно.

- Он еще и имя мое знает, - взвыла я. - Я схожу с ума.

- Ты не сходишь с ума. Я говорящий кот. Какая же ведьма да без кота? Я товар ценный и редкий. Твоя бабка за меня десять золотых рубликов хотела отдать в свое время. Только я отказался.

- Что?

- В этом году твоя бабка не поскупилась, шабаш на славу удался. Даже Старая Прокофья прилетела на своей избушке. За лесом остановилась. Может еще там?

- Что??

- Я говорю, шабаш хороший был…

- Что???

- Ой, - опомнился Василий, - Ты ничего не знаешь?!! Ох, и влетит же мне. Твоя бабка вычислит, кто рассказал… Мой меч, твоя голова с плеч. Она скора расправу.

Голова пошла кругом. Моя бабка ведьма?! Вот это номер. Конечно у нее много странностей… Но ведьма! Это уже через край.

Кот наяривал круги вокруг табурета, и причитал о не прожитых летах:

- Ах, я горемычный. Дурень неотесанный. Сварит из меня Елена Никаноровна суп, да сама и съест.

- Не мельтеши.

- Бедный я, бедный. Никто не пожалеет. Никто слова доброго не скажет…

- Не мельтеши.

- Горе мне горе, глупому, - завывал кот.

- ЗАТКНИСЬ,- взревела я.

Василий замер. Его глаза выражали неподдельный испуг. Я поднялась с постели.

- Спокойно. Все будет путем. Разберемся.

Молниеносно оделась, удивив даже саму себя. Василий покорно сидел и ждал.

- Пошли. Здесь оставаться не безопасно,- скомандовала я.

Кот подчинился. Мы пошли по затоптанной дороге вглубь леса (любопытно, где это бабулю черти носят, да и пес куда-то смылся?) Похоже, мне понравилось быть шизофреником.

- Если кого-нибудь встретим, претворись собакой. Понял?

- Да.

Егор настиг нас, когда мы только вошли в лес. Собака увидела кота, и боязливо попятилась назад. Василий заурчал, и вжался в мои ноги. Затем вспомнил, о чем я его просила, сел на задние лапы и душевно тявкнул пару раз. Обалдеть!! У бедной овчарки шерсть встала дыбом, а глаза повылазили из орбит. Будь у нее возможность, за сердце бы схватилась.

- Интересная собачка. Что за порода?

- Чау-чау.

- А-а! - с мнимым пониманием протянул Егор, - Куда идешь?

- В лес. Ягод пособирать.

- Без лукошка.

- И что?

- Я с тобой пойду.

- Да я одна хочу.

- Нет одну я тебя не пущу.

Егора с собой брать нельзя, это факт. Но как от него избавится? Я посмотрела на Василия, но тот пытался вывести собаку из ступора, и не обратил внимания на мои знаки SOS.

- Хорошо. Пойдешь со мной. Но я иду на болота. Морошки захотелось,- не зря же с собой резиновые сапоги взяла. (Ну, вот кто скажет зачем!?)

Егор сразу сник. Даже посерел слегка. Болот он с детства боится. Однако упрямо поплелся за мной. Вопрос, насколько его хватит?

Василий бросал на меня не двусмысленные взгляды. Я только пожимала плечами. Что я могу сделать? Взашей Егора гнать? Может бабке наябедничать. Ладно. Придумаю что-нибудь.

- Как ты могла!? Этого я от тебя не ожидал!! - возмущался Василий.

- Смогла же, - буркнула через плечо, и ускорила шаг. Кот битый час зудил об одном и том же, - Он сам во всем виноват. Я его просила уйти? Просила! Послушал он меня - нет!

- Бедный, бедный мальчик. Он не заслужил такого отношения, - причитал Василий.

- Что сделано, то сделано.

- Ты поступила ужасно.

- Зато эффективно, - серый зануда начал раздражать: - Слушай, закругляйся. Прекрати меня пилить, точь в точь как моя мама. Ты не моя мама! Ну, свалился Егор в болото. Нахлебался водички. Но не утонул же. Жив - здоров, пошел домой. Этого я и добивалась.

- Ты поступила неправильно.

- Что ты заладил: "неправильно, неправильно". Кто сказал, что будет легко. Егор, скорее всего уже дома на теплой печке. А, то, что это я ему подножку поставила, знать ему конечно не стоит. Если только ты не проболтаешься, - угрожающе зашипела я.

В любом случае, я его и вытащила. Егор так трясся у кромки болот, что мне, сперва, стало жаль его, но, увы, дело есть дело.

- За кого ты меня принимаешь?

- За кота. Теперь либо ты сворачиваешь тему, либо я иду домой.

- Хорошо.

Василий гордо поднял голову и пошел вперед. Изредка он бросал в мою сторону осуждающие взгляды, но хранил при этом гробовое молчание. До чего же напыщенный тип. Сам ничего делать не желает, а осуждать, так, пожалуйста. Я устало покачала головой. Мы шли уже второй час подряд. Я с трудом ощущала свои ноги, меня покусали комары, и я зверски проголодалась.