Странник - Альберт Джоуль

– Вам это не понравится.

– Тем не менее.

Акелла много раз пытался тайком просмотреть мои мысли, но всё, что он видел – золотое сияние, без какого-то намёка на разум. А дома по адресу, где я жил до превращения, никогда не существовало, что ещё больше подорвало доверие к моим словам! Но если я специально поддержу завесу, и осознанно пущу увидеть своё прошлое… Это возможно. Но как не хочется этого делать!

Я обречённо посмотрел в глаза оборотню-вожаку, силой воли поддерживая воображаемый золотой занавес. Несколько секунд ничего не происходило, а потом я понял, зачем Акелла держал в руке пустой стакан: стеклянный цилиндр не выдержал давления, и звонко треснул, впиваясь осколками в кожу ладони, болезненно, но мгновенно вышибая из ментально контакта. Осматривая порезы, директор перекинулся в форму Зверя, призывая на помощь невероятную регенерацию. Какое-то время мы сидели молча: я ждал реакции сурового бурого волка в пиджаке, он – хмурился, периодически пытаясь прокашляться.

Кажется, трансформация должна была скрыть и человеческую мимику… Через некоторое время на меня снова посмотрели; но так вожак смотрит не на угрозу, а на нуждающегося в поддержке щенка. Мёртвая хватка следователя сменилась взглядом попечителя, заметившего своего воспитанника в беде.

– Прости, Йол, я… действительно не подозревал…

– Для оборотней нет ничего важнее Семьи. Я понимаю это, и потому не хотел вас ранить своими мыслями. – выдавил я, снова пряча лицо в ладонях. Теперь мою тайну знает кто-то кроме меня; надеюсь, количество посвящённых не вырастет.

Тон Акеллы был внезапно сочувственным, насколько это возможно для серьёзного и солидного взрослого.

– Всё равно это не повод скрывать свои мотивы! Ты такой же живой человек[2], и нуждаешься в помощи! Приказ об основании полевой лаборатории будет подписан сегодня. Но… теперь я рад узнать, что никто случайно не прочитает твои мысли… Так причудливо смешанные с опытом, снами… с эмоциями… кхм. Как ты живёшь последние годы с этим? Впрочем, можешь не отвечать. Ты тоже не знаешь.

– Акелла? Как думаете, а это может быть просто выдумкой? Иногда я думаю, что вдруг…

Моё бормотание остановили уверенным жестом.

– Это нормальная реакция любого здорового подсознания на маловероятную информацию, это не сон. К счастью или к сожалению, сам не знаю. Но если тебя это утешит… если ты не справишься со своей задачей, Аркаим может попытаться стать для тебя новой семьёй.

Я горько улыбнулся; было приятно получить приглашение в «стаю», но мы оба понимали, что я готов, скорее, умереть, чем отступиться.

– Нам всё равно необходима твоя помощь. Я… – Акелла нахмурился, но решил тоже признаться – тоже боюсь. Мы все боимся. Шоколад[3] перестал действовать на вампиров, но у них хватает других заменителей крови. Перевёртыши успешно борются с репутацией прошлого, но, если Фёдор окажется не единичным случаем вернувшейся ярости Зверя, мы можем потерять всё. И не только мы.

– Но Акелла, Аркаим – это светлое будущее нашей планеты, почему вы так думаете?! – воскликнул я. Это было очень тревожно, что самый всеведущий в институте боялся начала «охоты на нечисть».

– Забывший о прошлом рискует повторить свои ошибки в будущем. Йол, могу я попросить тебя ещё об одной важной вещи?..

«Мама!» – лежащая на столе куколка внезапно выпрямилась, и открыла глаза: временная глушилка больше не работала, но Акелла тут же вернул себе образ директора института, потратил пару секунд на перекидывание в человека, осмотрел зажившую ладонь, и буднично продолжил деловым тоном:

– Завтра ожидается прибытие валета Китежградского двора фей. Встреча назначена на три часа дня, так что к четырём он должен будет появиться. Как лёгкому на подъём младшему научному сотруднику, поручаю побыть гидом для гостя. Помни: меньше официоза, больше забавных моментов, разрешаю рассказывать байки и анекдоты, фэйри это весьма ценят. Будет твоим последним заданием перед устройством в полевую лабораторию.

– Хорошо, я постараюсь сделать всё, что в моих силах! – кивнул я. Акелла ещё раз задумчиво посмотрел на мою записку-талисман, и положил её в потайной сейф к документам особой важности.

Чешир

Я всегда знал, что рождён для чего-то большего, чем для кресла вице-бухгалтера в каком-нибудь «ГлавСплавГромПромСбытЖирТрест и племянник»! Например – для того, чтобы взять себе образ любимого многими героя детства, раскрутить двух урождённых высших фей сделать вечеринку во славу Страну Чудес (а не Шекспира, кто его вообще сегодня читает?!), а потом стать у них же валетом! Что в переводе на понятный означает «второе после королев лицо в Китежградском дворе»! Пока Алая и Белая Леди превращают наши курорты Краснодарского края в самое желанное место для отдыха, кому ещё доверить другие важные дела? И вы абсолютно правы, Главный Котофей Интернета справится с любой задачей играючи!

Хотите секрет? Когда в жизни фэйри появляется кто-нибудь суровый и солидный со своим категоричным «нельзя» – всегда можно воспринять это, как приглашение на Игру! То, что в Аркаиме есть какая-нибудь хитровыдуманная отмычка к дверям Тир-на-Нога, и ежу понятно. А кто поможет бедняжке-котику найти эту отмычку, как не его самая лучшая подруга, согласно нежно любимым нами народным сказкам?!

Именно с этими мыслями я пришёл не к дверям главного корпуса института, а чуть в сторону, в пригород славного града Малахитовска, где на возвышенности живописно возвышался симпатичный зелёный особнячок. Когда мне открыла не менее симпатичная хозяйка дома, я подарил ей самую искреннюю и дружелюбную улыбку, на какую способен! В исполнении моего «парадного» облика, то есть большого бурого полосатого мэйн-куна, сей подарок прилетел в самое сердечко рыжей красавицы!

– Чеширка! Какие люди, и без охраны! – радостно хлопнула в ладоши прекрасная леди, и впустила котика в свои хоромы. А я важно прошествовал в холл с гордо поднятым пушистым хвостом, и, довольный представлением, всё же принял свой человеческий облик. Обаяние котика неоспоримо, но я и человеком красавчик, мои многочисленные подписчицы это подтвердят! Так что мы с хозяюшкой обнялись-поцеловались, и тогда я жестом фокусника достал зачарованную сумку с гостинцами.

– Елисавета Патрикеевна, прекрасной даме – всё самое прекрасное!

– Пошли на кухню? – подмигнула леди. Дойдя до столешницы, я начал демонстрировать подарки.

– Сыр копчёный выдержанный твёрдый, и мягкий камамбер, произведён под бдительным оком домовых! К сыру хлебушек бородинский, и