Как спасти детей и фигуру (СИ) - Белильщикова Елена

   Кассия потерла кончики пальцев, мысленно прикасаясь к своей магии. Перстень полыхнул зеленым, откликаясь на зов. С губ сорвалось короткое заклинание, с помощью которого она, прикоснувшись к заключенному, сможет прочитать его мысли. Оставалось одно. Войти в камеру и коснуться преступника, закованного в магические кандалы.

   – Откройте камеру, Рут, – мелодично проговорила Кассия, отступая на пару шагов от решетки. – Я должна наконец взглянуть на преступника…

   – Я пойду с вами, моя императрица, – проговорил Рут.

   Девушка улыбнулась и подняла руку, ощутив, как жемчужная шпилька скользнула по волосам, падая на пол. Поднимать ее она не стала.

   – Я ценю твою преданность, Рут. Но не стоит. Читать мысли лучше наедине с преступником, ты своим присутствием нарушишь магическое плетение. Разве что в самом крайнем случае… Но что мне будет? На заключенном оковы, подавляющие магию. Я справлюсь быстро, если мне не будут мешать. Ты лишь затянешь время. А я хочу поскорее уйти из подземелий. Мне не по себе здесь.

   – Как пожелаете, Ваше Величество. – Склонил голову начальник охраны, касаясь меча. – Но помните, что я буду рядом, у самой двери.

   – Да, конечно, если что, позову вас, – беспечно улыбнулась Кассия, желая поскорее закончить с неприятной обязанностью. И сделала несколько шагов, сама скрывшись за решеткой двери камеры.

***

   Дамиан влетел во дворец, как вихрь. Все складывалось для него не лучшим образом. Именно тогда, когда ему нужно было приземлиться рядом с Кассией, его подвел магический резерв, слегка исчерпавшийся за время поездки в соседнюю страну. Пополнить его до возвращения в Литорию Дамиан не успел, а из-за этого артефакт закапризничал и вышвырнул не в самом дворце, а в нескольких метрах от входа. Потратив время на препирательства со стражей, не желавшей верить, что встрепанный рыжий мужчина с порванным камзолом (неудачно приземлился в куст терновника) – это их император, а не иллюзия, созданная врагом, Дамиан уже закипал от гнева.

   – Где императрица?! – грозно воскликнул он, врываясь в Тронный зал.

   Охрана выпучила глаза, не понимая, каким образом правитель так быстро вернулся из путешествия в другую страну.

   – Она в подземельях… – неуверенно ответил стражник, пятясь. Нехороший блеск глаз императора не предвещал ничего хорошего. – Ей понадобилось встретиться с преступником, чтобы…

   – Кто отпустил?! – прорычал Дамиан, угрожающе надвигаясь на бедного стражника. – Голову с плеч сниму и гхорам скормлю!

   – Приказ императрицы… – эхом отозвались двое других стражников.

   Дамиан скрипнул зубами.

   – Левое или правое крыло подземелий?

   – Левое… – Дамиан больше не слушал, выбегая из Тронного зала.

   Перед глазами у него стояло то видение: огромный серый оборотень, бросающийся на Кассию. Больше всего боялся не успеть…

   А вот и то самое подземелье. Открытая решетка камеры, как удар кнута по натянутым нервам. По коже Дамиана прошел мороз, когда он бросился вперед, хватая за горло начальника охраны.

   – Где Кассия, Рут?!

   – Она… внутри, мой император! – прохрипел Рут, чувствуя, как сильные пальцы рыжего мага сжимают его шею. – Допрашивает преступника! Читает его мысли! Я… хотел войти! Но Кассия приказала ждать здесь, у входа, чтобы не портить плетение! Она пожелала справиться быстро…

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

   – А ты ее послушал, идиот?! – Дамиан разжал пальцы, отпуская Рута. – Ты обязан следить за каждым ее вздохом, не давать и волосу упасть с головы!

   – Но… Приказ императрицы я нарушить не могу! – глаза Рута стали почти безумными от ужаса.

   Дамиан прорычал что-то нечленораздельное, метнувшись в камеру. К Кассии, к жене…

***

   Когда Кассия вошла внутрь, на нее снова нахлынули неприятные воспоминания о прошлом. О ее заточении. Полная темнота действовала на нервы, и девушка зажгла на ладони небольшой огненный пульсар, освещая небольшую камеру. Она подошла к углу, почему-то рассчитывая увидеть там плененного мужчину-воина. Но вместо этого на полу сидела хрупкая старушка. Сухонькая, одетая в простое холщовое платье, с седыми волосами, заплетенными в косу, и морщинистым лицом, она уж явно не смахивала на опасную преступницу. На почти прозрачных запястьях виднелись магические кандалы.

   Кассия заморгала и огляделась. Может, они ошиблись камерами? И Рут привел ее к простой воровке? Но тут старушка подняла глаза, и по коже Кассии невольно прошла дрожь. Глаза молодой девушки на лице старухи. Такие яркие, неправдоподобно синие. Словно заглядывающие в душу.

   – Иди сюда, девочка, – и голос старушки звучал иначе, не так, как Кассия привыкла. Не надтреснуто, не хрипло. А звонко, как у ровесницы. – Иди ко мне, не бойся. Я ждала тебя, моя хорошая. Я хотела предупредить тебя.

   – Что?! – Кассия почти против воли сделала шаг. Потом еще один. Глядя, как загипнотизированная, в эти синие глаза.

   Она впервые сталкивалась с ведуньями. Говорят, эти женщины не имели возраста. Они старели стремительно благодаря знаниям и магическим силам Литории, что нитями проходила через них, питая их сущность. Ведуньи знали все и вся: и прошлое, и настоящее, и будущее. Но никогда не раскрывали его просто так. Жили ведуньи обычно в высоких неприступных горах среди белых снегов. Там же и прятались от глаз людских. Иногда они спускались в города, но не по своей воле. Их сила предвидения требовала выхода в определенные моменты: для предупреждения об опасности. Ведуньи словно временно теряли разум. Их тело лишь служило сосудом для чего-то большего.

   Кассия поежилась, понимая, что эта ведунья не зря спустилась с гор и заговорила с народом на площади. Но почему она не пришла прямо во дворец, не попросила аудиенции? Слишком велика грозившая опасность, и ведунья не справилась с собой, своими силами? От осознания этого становилось вдвойне страшно. От того, что старушка на площади говорила даже не о ней. Ведунья не зря вспомнила покойного Митрия…

   – Не бойся. Не обижу, – с усмешкой повторила ведунья.

   Кассия вспомнила, что их магия не вредила, она была особенной. Созидательной. Но… Когда Кассия увидела, как перстень на ее руке вспыхнул зеленым и затух окончательно, стало не по себе. Она ощутила странное бессилье.

   Старушка улыбнулась, тоже делая шаг навстречу и повела руками. Оковы упали на каменный пол со звоном. Кассия и хотела бы сбежать, но ноги словно примерзли к полу. Она попросту не могла пошевелиться.

   – Стой, где стоишь, ведьма! – прозвучал знакомый мужской голос, звенящий от напряжения, и острая сталь меча впилась в горло старушке. – Иначе убью на месте!

   Ведуньи не были бессмертны. Их телесная оболочка так же была слаба, как у любого мага или простого смертного. Поэтому Кассия, вздрогнув, ринулась вперед. Обвивая тонкими руками шею мужа.

   – Нет, Дамиан, нет! – вскрикнула она. – Не трогай ее! Она… не сделала мне ничего плохого!

   – Я не причиню вреда, – прошелестел голос старушки.

   Она стояла недвижимо, но на лице ведуньи не было написано ни капли страха. Лишь ожидание. И даже Дамиан не смог взглянуть в эти сияющие чем-то потусторонним ярко-синие глаза. Заглядывающие в самые далекие уголки души.

   – Отпусти ее, – взмолилась Кассия, сама не понимая, зачем. – Она уйдет в горы, к себе домой – и все…

   – Что она тебе сказала? – отчеканил Дамиан, не убирая меча.

   Кассия потупилась, опустив взгляд в пол.

   – Ничего. Пока ничего. Хотела, но не успела. Ты… ворвался раньше и прервал ее.

   – Тогда говори, ведьма! – надменно бросил Дамиан, прижимая сталь крепче к горлу старушки. Но та отрицательно покачала головой.

   – Меня никто не может заставить поведать будущее. Я делаю это лишь по доброй воле. Но не под страхом смерти. Тебя, маг, я не боюсь.