Николай Зыков - Наследие Симорга

– Вас будут держать в тюрьме, – ответил конвоир.

Эл, обучаясь в школе, много раз думал о том, что он сможет сделать, когда в сердце целится стрела. Успеет ли что-то сделать, прежде чем она достигнет цели. Часто считал, что успеет, успеет вытащить меч, отскочить в сторону, нанести удары ближайшим охранникам и сбежать, но не сейчас. Сейчас рядом с ним стоял друг, не такой ловкий и быстрый, как он. Да и противниками были эльфы, которые в сотни раз лучше владели оружием, нежели он.

Сняв со спины лук, колчан со стрелами и меч, Эл передал его конвоирам. Прут последовал его примеру, отдав эльфам свои метательные ножи.

– Кинжал, – напомнил Элу один из эльфов.

Эл подчинился и, скрепя сердце, отдал конвоирам отцовский подарок. После друзей обыскали в поисках спрятанного оружия. Не сумев ничего найти, их развели в разные комнаты. Они были небольшими. Лишь низкая, узкая кровать да деревянная тумбочка, давно отслужившая свой век, умещались здесь.

Конвоиры заперли двери и покинули хутрей. Осмотрев свою тюрьму, Эл отметил, что окно  слишком маленькое и через него не просунуть даже голову. Стены в хутрее были не слишком толстыми и, судя по всему, установлены на скорую руку. Эл понял, что хутрей изначально использовали как жилой, только позже его переформировали в тюрьму.

– Прут, – крикнул Эл, подойдя к стене, – слышишь меня?

– Слышу.

– Что делать будем? – спросил Эл, понимая, всю глупость данного вопроса в подобной ситуации, но желая услышать голос друга.

– Не знаю. Только ждать остаётся. Они тут все какие-то странные. Не понимаю, что происходит и за какие такие заслуги нас заперли.

– Да, – протянул Эл, усевшись на кровать, – влипли.

– Ничего. Выберемся, – услышал Эл уверенность в голосе Прута, которая зародила надежду в душе.

– Что ж, будем ждать, – согласился Эл.

***

– Что думаете? – спросил верховный эльф Гурайл у членов совета.

– Нечего здесь  думать, – заговорил один из эльфов. – Врут они или нет, мы поймём, только когда придут новости с юга. В любом случае нам следует опасаться южных эльфов сильнее, нежели раньше. Если они убили колдуна, в их руках посох необычайной силы, и они не скажут нам спасибо за то, что мы оставили их в трудной ситуации. Если же они заключили с колдуном союз, то сила до сих пор в руках Амбассора, но от этого наша безопасность не увеличивается.

– Верно, – подхватил рассуждения другой эльф, – но что, если эльфы не опасны для нас сейчас, что, если эльф, пришедший к нам – катализатор предсказанной войны. Ирена, которая послала его на север, узнав о пленении, может отправиться спасать этого мальчишку, а, как я понял, именно она завладела посохом.

– То есть вы предлагаете отпустить эльфа? – спросил Гурайл.

– Да, – кивнул эльф. – Пленение предыдущих эльфов сходило нам с рук, потому что на территории Южной Антарии шла чистка и никто не заботился о том, куда пропали родственники, списывая всё на колдуна и индулов. Сейчас же всё может обернуться так, что предсказание друидов сбудется по нашей глупости.

– Ну, предположим, на севере много чего в пути может случиться, – высказал мысль один из членов совета.

– Не думаю, что этот парень так прост, как кажется. Выжившим удалось победить колдуна, а значит, они не настолько глупы, чтобы посылать на север несмышленого мальца, – парировал сторонник идеи отпустить Эла.

– Тоже верно. В таком случае, как нам поступить? Он может быть разведчиком, желающим узнать, что происходит на севере. Отпустить его - значит признать, что Южные эльфы против нас ничего не замышляют и друиды ошиблись.

– Друиды не ошиблись в любом случае, – твердо сказал Гурайл.

– Тогда отпускать эльфа нельзя.

– Но если мы отпустим его, мы можем отсрочить нападение.

– А можем приблизить.

Обсуждение переросло в спор. Члены совета разделились на две группы, одна из которых утверждала, что эльфа спокойнее будет отпустить, другая, что безопаснее будет держать его в плену, а в случае прихода Ирены объяснить, что произошло недоразумение.

– Простите, – в хутрей вошёл Оменар, эльф, возглавляющий группу, что обнаружила Эла с друзьями, – мы отвели их, – отчитался он.

– Вы докладывали, что эльф и человек, расставшись  с индулом,  заходили в деревню Фрост, – Оменар кивнул. – Что они там делали?

– Эльф заходил к родителям, – Оменар, заметив удивление в глазах членов совета, поднял руку, чтобы его не перебили и дослушали. – Эльфы отдали парня к людям на воспитание, за год до нападения, будто знали о колдуне. После того, как индулы разграбили деревню, в которой проживала эта странная семья, парень был разлучён с родителями, и они уехали к нам, на север.

– Значит, эти люди живут в наших краях недавно?

Оменар кивнул.

– Меньше года, – уточнил он.

– Кто поручился за них?

– Брат человека. Он давно живёт в деревне под стенами Фроста.

– В таком случае становится понятно, почему этот эльф пришёл с человеком. И у нас нет никаких причин его задерживать, ведь он не давал нам повода для беспокойств, – сказал немолодой друид с непривычно короткими для эльфийского народа волосами.

– Как это? – возмутился Верховный эльф, – а индул, сопровождающий эльфа. Они заключили с ними союз!

– Мы тоже не воюем с индулами, – напомнил ему друид.

– Но мы и не дружим с ними.

– Всё равно, это не причина держать эльфа в плену, – парировал коротковолосый эльф. – Признайтесь просто, что вы боитесь мощи магического посоха.

– Да, боюсь! Боюсь! И ты не посмеешь меня в этом упрекнуть. Южные эльфы держат в своих руках большую силу и мы более не можем позволить себе сидеть сложа руки. Мы должны сделать всё, чтобы предотвратить предсказанное друидами.

– Вы не последовательны, Гурайл. Ещё пару минут назад вы были уверены, что избежать событий, предсказанных друидами, нам не удастся.

– Плевать! – прокричал Гурайл. – Плевать! Я лишь хочу сохранить мир на севере, я хочу сохранить жизнь моего народа! – он вскочил со стула и отошёл к окну, пытаясь успокоиться. – Оменар, – обратился он к воину, успокоившись и продолжая смотреть в окно, – собери группу и сходите, проверьте эту семью, после возвращайтесь в лес и сообщите об успехах. Там решим, что делать с эльфом и человеком.

– Хорошо. Вернёмся, как только всё сделаем, – ответил Оменар и поспешил удалиться. В хутрее нависла тишина. Все ждали дальнейших действий и указаний Гурайла, даже члены совета не решались произнести ни слова.

***

– Он повзрослел, – отметила Брайдж, когда Сун поднялась в свою комнату, оставив родителей Эла наедине.

– Конечно. По-другому и быть не могло, – согласился Марел с женой. – Мы даже представить не можем, что он пережил. Уверен, что его рассказ - это лишь малая толика того, что произошло.