Кэролайн Черри - Источник Шиюна

— Отец, — сказал он охрипшим и слабым голосом, выдавая свою тревогу. — Отец, женщина на серой лошади, или на черной, а может быть, пешком… Вы видели ее?

— Нет, — ответил священник, — никого. Если бы какой-нибудь путешественник проезжал мимо Охтидж-ина, мы бы знали об этом. Проходите и чувствуйте себя как дома.

Джиран прошла вперед. Вейни почувствовал промелькнувшую тревогу и приписал это своей измотанности. Все равно, было уже слишком поздно. Если он побежит, то они легко настигнут его. В противном случае их ждут приют и еда, и нужно быть сумасшедшим, чтобы отказаться от этого. Джиран тянула его за руку, и он вошел в маленькие воротца, которые вели в пространство между двумя стенами, из которых торчали факелы, а дождь барабанил по их медным крышам.

Второй священник закрыл ворота на засов. И Вейни почувствовал приступ нового недоверия — к этим двойным воротам. Еще одна стена защищала внутреннее пространство крепости Охтидж-ин. Второй священник дернул за шнур, звоня в колокольчик, и мощные внутренние ворота открылись, освещаемые факелами и заполненные вооруженными людьми. Копьеносцы стояли под факелами с развевающимся на ветру пламенем, в доспехах и вооруженные копьями с устрашающими зубьями. Они создавали ощущение чего-то ужасно грозного в такой малонаселенной земле. Даже Джиран казалась растерянной и держалась поближе к Вейни.

Священник опирался на посох, стиснув на нем кулак. Наконец он отпустил его и сделал копьеносцам знак открыть проход внутрь крепости. Джиран и Вейни увидели священников и копьеносцев со всех сторон, а также толпу молчаливых мужчин и женщин, завернутых в драные плащи. Спокойствие длилось недолго, затем начали раздаваться крики, кто-то пробивался вперед, расталкивая других, руки тянулись сквозь ряды копьеносцев, чтобы дотронуться до них. Джиран закричала, и Вейни прижал ее, радуясь, что гротескно выглядящие воины с копьями все-таки охраняли их. Он посмотрел в безумные глаза людей и открытые рты, выкрикивающие слова, которых он не мог понять, ощутил их руки на своей спине и плечах. Копья вонзались в истеричные лица, брызгала кровь. Вот как они поступали со своим собственным народом.

Вейни взирал на происходящее в ужасе и проклинал себя за то, что они пришли сюда. Их привели в центральное помещение, главную постройку крепости. Сквозь дикие лица и тянущиеся руки Вейни увидел покрытые пятнами плесени стены, а напротив жалкие обломки зданий с уродливыми подпорами. Грязный двор был завален мусором, и трещины, заполненные водой, и иссеченные дождем лужи заполняли пространство между камнями, лежащими по двору. Рядом содержался скот: коровы и козы. Все помои из амбара сливались во двор. В углу, около ступенек, по которым они поднимались в хранилище, лежала какая-то груда шерсти, возможно мертвая крыса или еще какое-нибудь разлагающееся животное, уродливо размытое дождем. Видимо, простолюдины жили в таком страшном убожестве. Ни один уважающий себя лорд в Эндаре-Карше не содержал бы так своих людей, не допустил бы такого упадка, даже если бы его земля находилась в состоянии войны.

Неразбериха царила в этом месте и нищета. И пока гости поднимались по ступенькам, стража вынуждена была не один раз применять оружие. Еще одни ворота с большой задвижкой и замком, охраняемые внутри, предстали перед ними. Привратник впустил их внутрь. «Естественно, — подумал Вейни, — хозяин должен жить за цепью и железными решетками, если допустил такую нищету для своих людей». И это, конечно же, не обещало никакой милости странникам, если этот человек ничего не сделал даже для своих собственных подданных. Вейни теперь желал бы никогда не видеть этого места, но решетки поднялись и поглотили их, лязгнув за спиной.

Они оглянулись и увидели, как привратник водворяет на место цепь и запирает ворота, блокируя их огромным бревном, а руки жителей по-прежнему тянутся сквозь решетки и голоса что-то кричат им. Со страшным скрипом открылись внутренние двери, и они увидели закругляющийся и уходящий вверх коридор и священника с четырьмя копьеносцами, стоящими вдоль него с факелами.

Они начали восхождение. Этот путь привел их к центральному залу, в котором эхо раздавалось где-то наверху под куполом. Все место пахло как-то прогоркло и затхло, как обычно бывает от мокрых камней и стоячей воды. Пол коридора был неровным, потрескавшимся в нескольких местах, трещины в стенах кое-как заделаны паклей.

Стражники шли рядом с ними: двое с факелами за спиной и трое впереди, и тени их бежали по стенам. За их спинами стоял ужасающий шум голосов, доносящихся от ворот. И по мере того, как они забирались вверх, становились слышны звуки музыки, странной и дикой. Музыка делалась все слышнее и сопровождалась жутким аккомпанементом железной поступи вооруженных людей. Их обволакивал теплый воздух со сладким привкусом. Джиран дышала так, словно она бежала, и Вейни тоже вдруг почувствовал приступ сонливости от усталости, голода и неожиданной жары.

Он потерял бдительность и пришел в себя только тогда, когда послышались мягкие голоса и музыка стихла. Золотые блестящие фигуры мужчин и женщин застыли в полуобороте, высокие, худые, с серебристыми волосами. Кваджлы. Джиран прижалась к Вейни, и ее присутствие успокаивало его. Вдруг один из высоких бледных мужчин направился к нему, изучая его спокойными серыми глазами. Прозвучал приказ на неизвестном языке. Стража взяла Вейни за руки и повернула налево по направлению к следующей двери. Другой бледный человек спокойно сопровождал их, и они прошли в соседнее ярко освещенное помещение. Оно было меньших размеров, с пылающим камином, у которого лежала белая собака, которая вскочила и начала неистово лаять, и этот лай отзывался эхом и кружился по коридорам до тех пор, пока один из стражников не заставил ее замолчать.

Опять заиграла музыка. Вейни смотрел вокруг себя, сравнивая нищету людей, встретивших их около ворот, с роскошью и богатством, окружавшими их здесь. Резное дерево, ковры, бронзовые лампы — место, где собирались лорды-кваджлы, сверкая украшениями, драгоценными камнями, разговаривая с мягким странным акцентом. Трое из них прошли вперед и уселись в кресла за длинным столом. Старый человек, одетый в зеленое с серебром, был тем первым, кто взглянул на них. И Вейни принял его за лорда этого замка. По правую руку от него сидел молодой человек в черном с серебром, по левую — человек в голубом с зеленым, с фантастическими украшениями на одежде. Его глаза очень странно, обволакивающе смотрели на Вейни.

Вейни перевел взгляд и почувствовал, как Джиран сделала шаг назад. Ему хотелось немедленно бежать отсюда, несмотря на стражей, цепи и двойные ворота. Джиран здесь не грозила опасность, в то время как с ним может случиться все что угодно, если они узнают кто он и как сюда попал. Враги Моргейн. Он пришел ее дорогой и сам отдал себя в руки ее врагов. И это был конец. Они сидели, изучая его, шепчась на непонятном ему языке. Фигуры в черном присоединились к бледной блистательной компании, сопровождаемые вооруженными стражниками, и что-то зашептали сидящим лордам. Священники здесь были на службе у кваджлов.