Джеффри Лорд - Телепортатор «Лейтон Инкорпорейтед»

— Талзана…

Два десятка стремительных шагов — и он уже у распахнутой плетеной двери хижины. Над озером висела полная луна, до удивления напоминавшая земную; серебристый свет падал на застывшую воду, прокладывая дорожку прямо в небеса, в беспредельный темный простор, распахнувший крылья над лесной страной. Силуэты поросших деревьями холмов на том берегу казались спинами доисторических ящеров, мирно уснувших у водопоя; месяц ронял серебряные стрелы на их щетинистые хребты. Блейд на миг повернулся спиной к двери, любуясь этой сказочной картиной, и тут же тонкие пальцы легли на его обнаженные плечи.

— Талзана…

Он резко обернулся и обнял девушку, наощупь разыскивая теплые губы; потом подхватил ее на руки и, продолжая целовать, внимательно оглядел хижину.

Ее освещала лучинка, небрежно воткнутая в щель над ложем — деревянный прутик футовой длины. Блейд шагнул ближе, не отрываясь от губ Каллы, томно прикрывшей глаза, и покосился на крохотный язычок пламени. Он был ровным, бездымным и довольно ярким; разведчик не ощутил ни жара, ни запаха.

Прочая обстановка хижины поражала спартанской простотой: плетеная из лиан тахта, довольно широкая и накрытая мохнатой шкурой; на стене — что-то похожее на полки с утварью; в центре — срезанный на середине бедра пень с гладкой отполированной поверхностью, служивший столом, и рядом пара чурбаков табуреты. Пол был засыпан плотным слоем песка, который кое-где прикрывали грубые циновки. Одежда Каллы — шортики и сапожки — легким комочком топорщилась на столе; рядом лежала полная фляжка, в углу притулилась связка дротиков.

— Талзана…

Девушка на секунду оторвалась от его губ, и Блейд сразу же отвел взгляд, с методичностью часового механизма перемещавшийся по стенам, полу, потолку и обстановке этого туристического бунгало. Теперь он смотрел прямо в ее темные глаза, загадочно мерцавшие в слабом свете. Наклонив голову, он снова поймал губы Каллы, раздвинул их, провел кончиком языка по ровным зубам, размышляя о том, не слишком ли изысканны такие ласки для дикаря-туземца. Впрочем, дикари тоже знают толк в любви — взять хотя бы австралийских аборигенов… Эта мысль подбодрила Блейда, язык его двинулся дальше, а левая ладонь начала ласкать напряженные соски девушки.

Он положил ее на постель, лег рядом, ощущая приятную мягкость ворса, и прижал к себе горячее тело. Калла была не первой женщиной в его жизни. и Блейд, по робким движениям ее рук, но трепету губ и слабым вздохам догадался, что девушка еще совсем неопытна. Сколько ей могло быть лет? Семнадцать? Восемнадцать? Вряд ли больше…

Раздвинув стройные бедра, он начал поглаживать венерин бугорок, и дыхание Каллы сделалось чаще. Потом она опрокинулась на спину, потянув Блейда за собой — видимо, у нее были какие-то элементарные представления о том, что должно сейчас случиться. Он прикрыл девушку своим телом; маленькие груди ее пылали, скрещенные ноги сошлись на его пояснице. Блейд нанес первый удар.

— Талзана… асам… анола… ано-лаа… — задыхаясь, прошептала она. «Талзана… сильный… да… да…» — мысленно перевел Блейд и удвоил усилия.

Да, эта девушка была неопытной, но уже знала мужчин — и знала, чего хочет. Блейд не сомневался, что через пару лет из нее получится превосходная женщина, темпераментная, страстная и умелая. Особенно если она продолжит скитания по разным затерянным уголкам своего мира, где могут состояться неожиданные и приятные встречи с обаятельными мужчинами… Вышедшими из леса, спустившимися с гор или возникшими из волн морских, добавил про себя Блейд и закончил.

Калла в изнеможении распростерлась рядом, уткнувшись головкой ему в плечо; груди ее трепетали, но дыхание постепенно успокаивалось. Блейд не отказался бы продолжить эту восхитительную игру на мягкой шкуре неведомого зверя, но решил предоставить инициативу партнерше. В конце концов, он был всего лишь туземным охотником из местного племени, а она богатой гостьей из дальних краев, оплатившей звонкой монетой все удовольствия экзотического пикника. Правда, платила она не ему, но разведчик уже готовился выписать счет.

Его тянуло сейчас не столько к плотским удовольствиям, сколько к общению; он не отказался бы потолковать со своей новой возлюбленной о географии этого мира, о его истории, обычаях, законах и технологических достижениях. Особенно о последнем! Насчет дротиков, всегда летящих в цель, одежды без единого шва, несгораемой лучинки, освещавшей их ложе, о Золотом Шаре… Блейд знал уже с полсотни слов и не сомневался, что при их умелом использовании сумеет выведать многое. Но сначала… Сначала надо кое-что проверить.

Он ласково погладил лобок Каллы и поцеловал девушку в губы, предлагая продолжить игру. В ответ она разразилась быстрым горячим шепотом, обдавая теплым дыханием щеку разведчика. Он уловил смысл — если не на половину, то на треть.

— Талзана… хороший, сильный… Калла… хорошо… очень хорошо… теперь завтра… завтра барет… слово было незнакомым, и Блейд решил, что оно обозначает «обязательно». — Сейчас Калла нет… устала… лежать рядом… Талзана… Калла… хорошо…

Прекрасно! Девочка утомилась, теперь можно и поговорить, Блейд перевернулся на спину и поуютней устроил головку Каллы на своем плече. Он поднял руку и осторожно поднес ладонь к ровному пламени на конце лучинки. Девушка следила, как палец его приближается к маленькому сияющему язычку и, похоже, не собиралась его останавливать. Блейд заключил, что его эксперимент безопасен; кончик его пальца погрузился в холодный огонь, не ощутив ничего, кроме легкого жжения.

— Костер? — спросил он, ибо не знал еще слов «огонь» и «пламя». -Свет?

— Холодный свет, — подтвердила Калла.

— Как?

Она дернула плечиком.

— Анемо сай.

Не знаю, перевел Блейд.

Ее рука поднялась, изящные пальцы сжали сияющий конец лучинки, и огонек погас.

— Мрак, — сказала девушка, — ночь… — Пальцы ее по-прежнему касались тонкого стержня, и вдруг он снова вспыхнул. — Свет, день… Деньночь, день-ночь… свет-мрак, ра-стаа, свет-мрак… — Теперь лучинка то вспыхивала, то гасла в такт ее словам.

Блейд отвел ее руку и продолжил игру сам. День ночь, свет-мрак, ра-стаа… Стоило слегка сжать лучинку, и на ее конце появлялся огонек; при повторном нажатии холодное пламя исчезало. Забавная штучка! Старику Лейтону это понравится… Не исцеляющий шар, конечно, но весьма полезная вещь…

Он потянулся и, не вставая с постели, взял со стола-пня прохладную фляжку, открыл, поднес к губам девушки.

— Калла — пить?

Она благодарно улыбнулась и сделала несколько глотков. Потом Блейд надолго приник к горлышку вода была холодной, с приятным привкусом фруктового сока. Вытерев губы, он бросил наполовину опустевший бурдючок на стол и указал на связку дротиков в углу: