Алина Кривопалова - Камень Чародеев

— Ух ты! Вы теперь официальные чародейки! — воскликнула она

— Чего?

— Я все расскажу. Садитесь.

Аня была так возбуждена, что, казалось, будто она сейчас взорвется от эмоций.

— Я так за вас рада. Вы теперь официальные чародейки и можете пользоваться своей магией.

— Как это?

— По кодексу чародеев, по достижении чародеем шестнадцатилетия, он получает официальное разрешение пользоваться своей магией.

— Мы не знаем ни одного заклинания!

— Это не беда. До августа я вас научу простейшим заклинаниям, хорошо, что мы с Костей остались, а в сентябре я помогу вам перебраться в мир чародеев, и там вы поступите в самую лучшую Академию — Академию Чародейства.

— А для чего эти медальоны?

— Они работают как аккумуляторы. Они накапливают вашу магическую энергию. Естественной энергии у чародея немного и она быстро заканчивается, если используешь заклинания. А с помощью медальона, который дается лишь однажды, в шестнадцать лет, и принадлежит только тебе в течение жизни, этот запас энергии хранится. Бывает, конечно, что, использовав весь свой запас, медальон продолжает давать энергию, но такое бывает очень редко.

— Значит, медальон нужно беречь как зеницу ока?

— Обязательно. Без него чародей как простой человек. Так же уязвим.

— А можно нескромный вопрос?

— Спрашивай.

— Ты так радовалась за нас, когда увидела медальоны. Так, как будто ты наша мама. Почему?

— У меня никогда не было семьи, — нахмурилась она. — Когда я была молода и хотела ребенка, одна сволочь заставила меня работать на него. Вся моя личная жизнь была под жестким контролем, и естественно это никому не нравилось, да и профессия моя оставляла желать лучшего.

— Но сейчас еще не поздно. Ты же еще молодая.

— Может быть, — невесело усмехнулась она. — Только вряд ли кто-то захочет связать свою жизнь с наемным убийцей.

— Бывшим, — напомнила Саша.

Я сидел в офисе и умирал от скуки. Мне нужно было заняться расследованием убийства отца, а я не мог уйти с работы, потому что отпуск то кончился. Да и еще и проверка собиралась нагрянуть. Я вдруг понял, что настолько привык ощущать адреналин в крови, что мне было без этого скучно. Я не выдержал и, с помощью арки, переместился домой и застал довольно интересную картину: Лера и Саша стояли посреди комнаты и ставили магические щиты против магических лучей, посылаемых Аней.

— Ой, — Саша отвлеклась и тут же получила лучом по голове.

— А не надо было отвлекаться, — укорила ее Аня.

— Он меня напугал!

— Ты должна была сосредоточиться по максимуму!

— Ну все. Хватит вам сориться. Пойдемте лучше чай попьем. Я устала, — примирила их Лера.

Девочки ушли на кухню ставить чайник, а Аня осталась в гостиной.

— С помощью магии, а не газа! — крикнула она им.

— Я, наверное, не вовремя.

— Ничего страшного. Это им послужит уроком не отвлекаться на мелочи. А ты как здесь? Ты же вроде на работе должен быть.

— Не могу я там. Скукотища.

— Раньше ты отзывался о ней по-другому, — рассмеялась Аня.

— Раньше, для того, чтобы добраться до центра города мне понадобилась бы сорок минут, а теперь минута. Разницу улавливаешь?

— Ты соскучился по машине? — засмеялась она.

— Нет. Ты не понимаешь. Мне не хватает адреналина.

— Так раскрой какое-нибудь убийство. Вот тебе и адреналин.

— Для старого Кости — да. Для нового — нет. Мне стоит коснуться трупа и я вижу как, где, и из какого оружия его убили, а там дело техники.

— Ни фига себе! Так ты уже должен был стать самым популярным детективом в городе.

— Ну стал. А толку то? Скучно. Ой, ко мне там клиентка пришла. Я пойду.

— Ты что ее увидел?

— Нет почувствовал. Она каждое утро выливает на себя полфлакона духов. А сейчас только 11 часов утра. Не успело еще выветриться.

Я ушел, а Аня засмеялась:

— Вот чудак.

Вечер сам располагал к прогулке. Размышляя о новом деле, я дошел до пирса. Море угрюмо накатывало волнами на берег. Я разулся и прошел по холодному песку. Как приятно. Облокотившись на подпорку, я встал и вгляделся вдаль. Ничего. Маяк хмуро освещал пустые просторы моря. «Все-таки, мне его не хватает», — подумал я и сел на причал. Одиннадцать вечера. Его корабль должен прийти еще час назад. Окно справочной было закрыто, но я недвусмысленно постучал. Девушка недовольным голосом сообщила мне, что корабль подал сигнал бедствия, но вскоре и этот сигнал пропал, поэтому, скорее всего, корабль затонул. Она все это сообщила таким спокойным голосом, что я взбесился.

— Там мой друг!

— Сочувствую, — абсолютно спокойно заявила она.

— Корабль затонул, а вы говорите мне об этом так, как будто прогноз погоды рассказываете!

— Извините, — погрустнела девушка. — Просто у нас за последние полгода, десять кораблей утонуло, а сколько людей погибло, я вообще молчу.

— Куда смотрит ваш начальник? — смягчился я.

— Не знаю. Она строго наказала, чтобы никакая газета об этом не узнала, а то такой шум поднимется.

— А кто ваша хозяйка? Я хочу с ней поговорить.

— Она в том здании, — указала она на серое двухэтажное здание. — Там наша администрация.

Я подошел ближе и услышал, как в кабинете ругаются, но увидеть говорящих мешало высокое расстояние от земли до окна.

— Я же просил, чтобы никто и никак! — возмутился мужской голос.

— Я слежу за всем, — холодно ответил ему женский.

— Я не хочу, чтобы ваша милиция вмешивалась.

— Она не будет.

— Поймите меня. Завтра уходит корабль с очень серьезным грузом, и я надеюсь, что до таможни он как обычно не дойдет.

— Об этом уже позаботилась, — сухо сказала женщина. — Не надо мне каждую поставку об этом напоминать.

— Хочу и буду, — повысил он голос. — Поставка моя и проценты за ее безопасность, между прочим, получаете вы.

— Я помню об этом. Разговор окончен. До свидания.

Я аккуратно выбрался из кустов и вернулся на пирс. Ничего полезного или хотя бы понятного, я из разговора не вынес. Снова сняв ботинки я вошел в воду. Даже теплый день не прибавил ей мягкости. Она по-прежнему была холодная. Вдали показалось что-то, плывущее к берегу. Этим «что-то» оказался Джек, держащийся за доску, которую волнами прибило к берегу.

Я и бросился к другу и тут же стал нащупывать пульс и, о счастье, нащупал. Взвалив его на плечи, я открыл арку.

На нас подул сильный ветер, и запахло морем.

— О боже! — воскликнула Аня, помогая Косте уложить Джека на кровать.

Она принесла все свои лекарства и его стали откачивать. Когда он немножко пришел в себя, его первым делом стали разогревать. В общем, через час, он уже спал под тремя одеялами. Они ушли на кухню, а мы с Сашей встали под дверью.