Фиона Макинтош - Мост душ

— Я никогда бы себе такого не позволила, — сказал Уил, беря ее за руку. Для него это было естественно, и все же он понял, что королеве показалось странным фамильярное поведение гостьи.

Если ее смутила неловкость Уила, виду королева не подала.

— Даже сейчас, после такого утомительного путешествия, вы очень красивы, правда, совсем не так, как Уил, — воскликнула она, а потом рассмеялась. Как будто солнышко выглянуло из-за облака и коснулось его теплым лучом. Ему хотелось, чтобы эта улыбка — предназначенная лишь ему одному — никогда не сходила с ее лица. Он тоже засмеялся. Эта женщина произносила слова, которые могли обидеть, и в то же время от нее исходило такое притягивающее людей обаяние… Как такое возможно?

— Уил не был красивым, ваше величество… и знал это, — заметил он.

— Ах, — перебила его королева, — я, конечно, была знакома с Уилом недолгое время, но он показался мне одним из самых замечательных людей, с которыми мне посчастливилось встретиться. Он обладал редкими душевными качествами.

Уил покраснел от ее слов.

— Думаю, если бы брат мог слышать наш разговор, ваше величество, он разволновался бы гораздо сильнее, чем вы можете себе представить.

— Ну да, покраснел бы с ног до головы, — опять засмеялась королева. — Я очень жестока, но Уила было так приятно поддразнивать, — сказала она, а потом добавила более серьезным тоном: — Он был очень добр к моему отцу и ко мне. Я знаю, он мог спастись, и никак не могу избавиться от чувства, что виновата в его смерти.

— Возможно, я не имею права это говорить, ваше величество, но Уил любил вас.

На сей раз уже Валентина почувствовала, как краска заливает ей лицо.

— Откуда вам это известно?

— Мне сказал Ромен, — ответил Уил, видя, как изменилось выражение лица Валентины при упоминании имени ее любимого. Ему, конечно, не следовало этого делать, но в ее присутствии он чувствовал, что не совсем контролирует себя. Пора приструнить разгулявшиеся эмоции.

— Откуда вы знаете Ромена? — осторожно спросила королева.

— Мы провели вместе несколько дней, добираясь через всю страну до Риттилуорта, вернее, до тамошнего монастыря. За это время я хорошо его узнала. Так обычно происходит, когда люди вместе едят, спят и делятся своими секретами.

— Ромен здесь тоже был какое-то время. Вы знаете, что он пообещал вашему брату?

— Защищать нас обоих? Да, он говорил мне.

— Я… я буду честна с вами, — тихо сказала Валентина. — Я любила Ромена… и до сих пор люблю.

Илена не могла этого знать, поэтому Уил изобразил на лице легкое удивление. Он кивнул, желая сделать создавшуюся ситуацию более легкой для Валентины.

— Я могу вас понять, ваше величество. Ромен был очень внимателен ко мне, и я знаю, он хороший человек, несмотря на его ремесло. Вы составили бы замечательную пару.

Глаза Валентины засветились от комплимента.

— Вы так думаете?

Уил кивнул, ненавидя себя и одновременно радуясь, что смог поднять ей настроение.

— Больше никто не согласился бы с вами, Илена, — с горечью заметила королева. — Каким бы благородным ни был Ромен, весь мой народ за союз между двумя королевствами. Простите меня за подобные глупости. Я знаю, вас постигла горечь невосполнимой утраты, Илена, и очень переживаю за вас.

Уил опустил голову, и Валентина коснулась его руки. Сердце его забилось еще чаще.

— Я слышала о том, что вам довелось пережить. Ваш брат гордился бы вами.

— От кого вы это слышали, ваше величество?

— От Криса Донала.

Уил удивленно поднял голову.

— Крис здесь?

Королева кивнула.

— Простите, мне надо было сказать об этом раньше. Но, к сожалению, его присутствие вызвано трагическими новостями с севера Бриавеля.

Уил снова присел, теперь его пульс частил уже не от любви, а от страха. Что-то случилось.

— Пожалуйста, расскажите подробнее.

— Семья Донала уничтожена.

Уил вскочил, покачнулся и крепко ухватился за перила балкона. Потом усилием воли взял себя в руки и постарался восстановить дыхание.

— Есть доказательства их смерти? — Его голос прозвучал как стон.

Валентина тихо ответила:

— Да. Их гибель подтверждена свидетелем. — Она сделала паузу, позволив ему собраться с силами. — Крис сопровождал Элспит к бриавельской границе и только поэтому остался в живых. — Голос Валентины дрогнул. — Пил… послушник… Вы знаете, о ком я говорю?

Уил кивнул, не поворачиваясь к ней лицом. Он не мог рассказать, что Пил и Илена путешествовали вместе. Хотя после таких ужасных новостей это не имело значения.

— Именно Пил нашел Элспит и Криса и сообщил о трагедии. Элспит настояла, чтобы новый герцог Фелроти сопроводил ее в Веррил.

У него пересохло в горле.

— Извините меня, Илена. Мне следовало все рассказать с самого начала, — сказала Валентина. — Для всех нас новость стала настоящим потрясением.

— Дело рук Селимуса? — хрипло спросил Уил.

— По всей видимости. Убийцы были одеты в его цвета, если верить Пилу и госпоже Донал.

Он резко повернулся.

— Она жива?

Валентина печально покачала головой.

— Мне очень жаль. Она умерла от ран, но эта отважная женщина нашла в себе силы добраться до Брэкстеда и принести с собой… — Валентина внезапно замолчала, сообразив, что ее дальнейшие слова расстроят Илену еще больше.

— Что она принесла с собой? — настаивал Уил. Королева встала и ласково обняла гостью.

— Илена, позвольте начать сначала и рассказать по порядку все, что мне известно.

Уил угрюмо кивнул.

— Предлагаю прогуляться. Мне будет легче рассказывать эту печальную историю. — Она попыталась улыбнуться, но гостья не ответила. — Предлагаю пойти в сад, если вы не очень устали.

— Нет, я не устала, — сказал Уил, радуясь, что сможет провести с этой женщиной хотя бы немного времени. — Где сейчас Крис?

— Я послала за ним. Вы сможете встретиться после нашей прогулки.

— А Элспит? Полагаю, она тоже здесь?

Королева помолчала, пытаясь найти нужные слова, но ей это не удалось. Поэтому она ответила прямо.

— Она исчезла прошлой ночью. Вы разминулись всего на несколько часов, Илена.

Печальные новости следовали одна за другой. Уил поднял голову и встретился взглядом с голубыми глазами стоявшей перед ним красавицы.

— Видимо, ушла искать Лотрина, — сказал он, смирившись.

— Вы знаете о нем?

— Да. Все пошло не так, — пробормотал он. — Вся моя жизнь пошла не так.

Валентина не могла понять глубину его страданий, но кивнула и взяла гостью за руку.