Алиса Эльфман - Под знаком мертвой птицы

И снова все проблемы отступили на задний план. Волком быть не так легко - но дышится все равно свободней.

Свежевыпавший снег холодком покалывал подушечки лап: а я бежала туда, куда не осмелилась бы прийти в человеческом обличье.

Дом… Увы, не мой. Был когда-то, но не теперь… В волчьем сознании путались человеческие мысли и звериные инстинкты. Однако тоска все равно оставалась. Хотелось усесться в сугроб и плакать, подняв морду к небу. Но плакать я тоже не могла. Только завыть - долго и протяжно, с нечеловеческой болью.

Вместо этого я продолжала переставлять лапы, которые сами несли меня к до боли знакомому месту…

Ну что сказать. Я пришла к дому, где прожила больше шестнадцати лет своей серой обыденной и такой спокойной жизни… Я долго вглядывалась туда, где должны были быть окна когда-то моей квартиры. Но на меня таращились лишь темные пустые глаза… Чужие и незнакомые. В них не горел свет, за ними не было жизни. Слепые пятна среди сверкающих огней. Там - люди, там тепло и уютно… А за мной не остается ничего… Только пустота и тьма. Ни жизни, ни света… Ничего.

Будто выбили все стекла в доме, Будто минуло сто тысяч лет. Будто нас по миру ветер гонит, Будто нас и не было и нет.

Отчего так пусто и тоскливо? Отчего погаснул свет в душе? Повернули все дороги криво, Заблудились на сто пятом этаже…

Просто бесприютство стало карой, Не ценила то, что было у меня…Просто никогда не стать мне старой, Не согреться в доме у огня…

Я пошла - нет, побежала прочь. Не знаю, в чем тут было дело, но это удручающее зрелище оказалось выше моих сил… Не спасала даже волчья ипостась, которая обычно приглушала мою боль, делала ее терпимой.

Я перекинулась в человека прямо на бегу, не особо заботясь о том, может ли меня кто-то увидеть. Мне внезапно стало плевать - на все и всех. Только одно желание осталось у меня - о Боги, как я хотела покинуть Землю! Я ведь тоже не железная… Так зачем вновь и вновь пытать меня виной и воспоминаниями!? Ведь я и так знаю, в чем виновата, а в чем из случившегося моей вины не было… Впрочем, я ведь проклята. Это слово вызвало на моих губах горькую усмешку. "Проклята" - дурацкое слово, но иначе не скажешь. Как и всегда - нет тех бед, в которых можно обвинить какие-то третьи силы. Мы получаем то, что заслужили. Чаще всего, даже то, о чем просили. Что, Миа Кхель - хотела вернуться, воскреснуть из небытия? Твое желание исполнено, так чего же ты не рада?..

Я не стала вслушиваться в эти вопросы, не стала искать ответы… Я просто продолжила бегство - бегство с собой, от себя…

С трудом я успела остановиться, когда передо мной, не пойми откуда, вырос Андрей.

- Твоей подруги-пифии здесь нет, - я уже устала от этих вопросов-которые-ни-о-чем-не-спрашивают.

- Ты знал об этом?..

Некромаг хищно усмехнулся.

- Откуда? Я ведь не провидец. Просто догадался - будь она здесь, ты выглядела бы веселее…

- Мой вид и, тем более, настроение, уж точно не касаются тебя, - проворчала я, пытаясь продолжить идти вперед. Вот уж точно - из всей вселенной Андрей был последним человеком, с которым мне сейчас хотелось разговаривать.

Однако оборотень, похоже, мои слова проигнорировал. Он резко ухватил меня за плечо и заставил остановиться.

- Ты должна вспомнить… - прошипел он, - Ты даже не представляешь, как многое от этого зависит!

Я резким движением вырвалась из его хватки. Те времена, когда этот вервольф мог напугать меня - давным-давно остались в прошлом.

- А мне надоело, что все от меня чего-то требуют! - взбеленилась я, - Я хочу жить - жить, понятно тебе!? А не пытаться выжить в этой безумной игре, неизвестно кем затеянной!

Тут я не увидела, а скорее, почувствовала - за спиной появилась фигура Шейда. Пока он будто бы оставался лишь моей тенью: молчал и не вмешивался в происходящее. Но я прекрасно понимала: в случае чего, он первым ринется меня защищать.

К моему величайшему удивлению, Андрей не стал продолжать агитацию. Он лишь произнес:

- Все мы пешки в этой игре… Однако некоторые фигуры все же имеют больший вес, - он практически вернул мою же фразу, брошенную около двух лет назад. Кажется тогда я сказала: " Если это игра, то ты сильно ошибаешься, считая, что являешься ведущим. Ты пешка, как и все остальные"… Только в его устах она приобрела несколько иной смысл.

И все же - мне было любопытно: чья все-таки эта игра? Какие Боги или Демоны, так издеваются над слабыми смертными - вновь и вновь заставляя их терять самое дорогое, вновь и вновь заставляя проходить круги персонального ада… И почему в этой жестокой игре, даже смерть не может послужить избавлением - по крайней мере, для тех фигур, "что имеют больший вес".

Неожиданно вновь заговорил Андрей.

- Я думаю, нам стоит задержаться в этом мире еще на пару дней. Пифия уже должна знать, что ты здесь. Вопрос лишь в том, захочет ли она прийти?..

21. Рита.

И снова мной овладевало некое странно чувство - я испытывала невероятную легкость, как будто с моих ног сняли пудовые гири, которые заставляли таскать до этого. Ведь еще только предыдущей ночью я лежала в темноте гостиничного номера и чувствовала, как задыхаюсь. Прохладный воздух, исправно фильтруемый кондиционером, внезапно стал для меня непосильным грузом. Он сдавил мне грудь, легкие судорожно сжимались и разжимались, не принося никакого облегчения. Я словно тонула, погружаясь все глубже и глубже на дно…

А потом появился странный мотылек и, все изменилось. Я не сразу поняла, в чем тут дело, хотя ответ и лежал на самой поверхности. А потом - когда шустрый итальянский водитель чуть не сбил меня - наконец-то осознала. Мой "дар" снова исчез. Точнее не исчез совсем, но ослаб, заглох под влиянием некой более могущественной силы.

И последней яркой вспышкой погасающей звезды, он показал мне расплывчатое лицо, которое я, однако, не могла не узнать. Аня… Она вновь на Земле. А я вновь обрела хотя бы иллюзию свободы. Если бы я поняла это раньше - то приложила бы все усилия, чтобы задержать девушку в этом мире. Хотя бы из эгоизма. Правда, все время сдерживаемый дар, рано или поздно начал бы разрушать меня изнутри - в финале виделась все та же бездна безумия… Однако я была готова принять ее, лишь бы испытать короткую "почти человеческую" жизнь. А потом - гори оно все синим пламенем!

Теперь передо мной встал главный на данный момент вопрос: должна ли я встретиться с Аней (в идеале, попросить у нее прощения) или бежать подальше, пока Миа Кхель не вернется на Роокхел? По хорошему - конечно, надо было следовать первому варианту… Но тут меня начинали терзать сомнения в компании со злобной совестью. Я ведь на самом деле поступила отвратительнейшим образом со своей подругой. Теперь, я к тому же не могла узнать: помнит ли она об этом? Если честно, мне резко захотелось задержаться в этом милом городке еще на месяц… или годик… или на сколько будет нужно. Но все же я ведь была безмерно виновата перед Аней. Единственный для меня способ хоть как-то исправить то, что произошло - встретиться с ней.