Лина Ледова - Заморочки универсальной ликвидации

Ну а я-то здесь причем? Совсем не мой круг общения — не мой уровень. Она с Блэкмортом и Козловым общается, да и то по телефону, а тут ко мне подошла… Что ей надо от меня?

— Встретили, — ответила я спокойно. Если ей есть что сказать, пусть говорит. Но я слишком устала. Слишком избита. Если она думает, что я сейчас же побегу по ее приказу, то она жестоко ошибается. И с места не сдвинусь!

— А я вас не такой представляла себе, — протянула Елена Павловна. — Что с вами случилось?

Я беспечно пожала плечами, о чем тут же жестоко пожалела, поэтому еще махнула рукой.

— Издержки работы… А что случилось с вами?

Мой вопрос произвел на нее эффект холодного душа. Она вздрогнула и, собравшись с духом, перешла к делу:

— У меня к вам разговор. Личный.

Что же все-таки выбило ее так из колеи? В ее глазах была печаль, тревога и что меня доконало — жалость! Причем она жалела меня! Себя бы пожалела! Тут острое предчувствие сжало мне сердце. Или я чего-то не знаю? Что-то случилось! Сначала хранитель, потом призрак, теперь еще это…

Я хлопнулась на ближайшую скамейку и вытянула усталое тело. Мне сейчас было не до головоломок и не до Шостак. Деструкция медленно восстанавливала меня, помогая пережить боль, но от этого раны и побои не исчезли. Я прикрыла глаза и, сложив руки перед грудью, велела:

— Рассказывайте и побыстрее! Я на работе и у меня куча дел!

— Что? Прямо здесь? — не поверила Елена Павловна.

Открыв глаза, я поймала ее взгляд и недовольно спросила:

— Не хотите, чтобы были свидетели? Неужели от вашей новости я должна сойти с ума, вести себя как дура, скакать по всей больницей с косой в руке да еще угрожать людям вокруг? — к своему ужасу я поняла, что именно этого она и опасается. — И вы пришли меня ликвидировать, если я буду «плохой девчонкой»?

— Не ликвидировать, просто остановить… Помочь вам! — горячо возразила Елена Павловна. — На этом настоял Андрей Николаевич… У вас коса истинного ликвидатора… Она тесно связана с вами, вашей душой, вашими эмоциями, ликвидациями… — успокаивающе говорила Елена Павловна, уже присаживаясь рядом. Ее жесткая деструкция приятно покалывала кожу, помогая моему исцелению. У меня аж голова закружилась.

— Ладно, я вся внимание! — я сбросила расслабленную позу и села, выпрямив спину. — Говорите же скорее! Я не казню гонцов! Меня уволили, а вас прислали за моей косой?!

— Что? — удивилась Елена Павловна. — Нет! Я и не знала, что у вас такие проблемы…

Мне стало немного легче. А через мгновение стало совсем плохо.

— Так в чем же дело? Говорите быстрее, пока я и впрямь не сошла с ума!

— Ирина… Тимофеева… Она умерла… — ее взволнованный голос упал до неслышимости.

Я просто молча смотрела ей в глаза. Такого быть не может! Иринка должна дожить до старости! Я специально просчитала ее жизнь! Я не могла ошибиться! Меня охватило чувство нереальности. Это просто чья-то ошибка! Нужно все выяснить до конца!

— Умерла? Как это? — спросила я обманчиво-спокойным голосом. Ерунда какая-то!

— Ее убили, — поспешно ответила Елена Павловна, стараясь поскорее скинуть неприятную обязанность.

— Быть такого не может! — вырвалось у меня. — У нее еще должны родиться внуки! А она… у нее даже парня нет!

— Мне очень жаль… Ирина была и моей подругой… — Елена Павловна сказала это спокойно, но ее глаза смотрели сочувственно и понимающе. Вот откуда жалость! И красные глаза… И красный нос… И белое платье…

Подругой… — повторилось эхом в моей голове. — Не может быть! Неужели это из-за меня? Нет, нет, нет! Я специально общалась с ней поменьше! Когда я ее видела в последний раз? На той неделе?!

Она не могла умереть, это все просто неправда! И ее призрак не приходил ко мне!

— Тогда почему она не попрощалась со мной? Она обещала! Она связала себя обещанием! — воскликнула я.

— Поплачьте… Вам станет легче… — из красивых голубых глаз Елены Павловны покатились прозрачные слезы.

И я поверила ей. Это и впрямь так. Иринка умерла. Какой кошмар!

А это могло означать лишь одно. Кто-то грубо и насильно вмешался в механизм судьбы. Страшная пустота появилась внутри меня. Полотно судьбы было порвано, история изменилась. А это грозило многими несчастьями, многими бедами, многим жертвами… Все не так!

Я выругалась, но скорее от боли, чем от ярости. И ругалась шепотом минуты три злым мертвым языком.

— Где ее убили? — наконец, прохрипела я, переводя дыхание.

— У нее дома… — ошарашено ответила Елена Павловна. Видно было, что она ожидала другой реакции. Какой? Что я буду волосы рвать на голове? Или голосить как полоумная? У меня работа — провожать всех на ту сторону! Мне ли бояться смерти?

— И кто был убийца? — спросила я как ни в чем не бывало.

— Что значит был? — не понимающе спросила женщина.

Я зажмурилась и сжала зубы покрепче, чтобы не закричать. Тихо и хрипло я спросила, разделяя слова:

— Разве поблизости не был найден труп? Или хоть кто-нибудь ответственный за это?

— Расследование проводилось с приглашением представителя Инквизиции. В результате было решено, что это какой-то демон. А причем здесь труп?

— И Инквизитор не сумел определить виновника? — не поверила я. Скорее всего, это был Филипп, а он ничего не боится и в таких делах разбирается. Теоретика света убили и не подставили какого-нибудь демона-«шестерку»? Им было нужно только призвать демона и приказать! Концы с концами не сходятся… Надо в этом разобраться!

— Что-то тут не так! Мне необходимо увидеть место убийства… — я вскочила, намечая следующие действия. Если они ждут от меня слез и стенаний, то не добьются! Зря они ее убили! Ох зря! Нарушив причинно-следственную связь, они развязали этим руки мне. Это не меня жалеть нужно, а их!

Но Елена Павловна поднялась вслед за мной:

— Вы… вы собираетесь провести свое собственное расследование?

— Именно, — я расправила плечи. Работа прежде всего. Конечно, никто этого дела меня никогда не даст… Но я работаю, подчиняясь отнюдь не людям… Я бросилась к регистратуре и попросила у той же женщины:

— Мне нужно позвонить! Срочно!

— Всем, дорогуша, нужно! И всем срочно! — отрезала та, бросив на меня раздраженный взгляд.

«Дорогуша»?! Наверное, я слишком злая и деструктивная, вот и вызываю неприязнь. В ситуации она не виновата.

Я расслабилась, улыбнулась, показала карточку и попросила:

— Это исключительная ситуация! Я из компании «Рок и K°»! Нам все службы должны оказывать содействие!

— Ничем не могу помочь! У меня тоже строчные звонки! — раздражение превратилось в негатив.