Раймонд Фейст - Тень темной королевы

— Ты можешь сколотить состояние на продуктах или сырье. Ты можешь быть крупнейшим поставщиком шерсти на всем западе, но.., эпидемия чумы погубила овец, корабль затонул на пути к Дальнему Берегу, и бац! — Для пущего эффекта он хлопнул в ладоши, и одна из лошадей насторожила уши. — Ты нищ.

— Не знаю… — протянул Ру. — У людей может не быть денег на роскошь, но едят-то они всегда.

— Ба! — возразил Гриндаль. — У толстосумов всегда есть деньги на роскошь, а у бедняков частенько не хватает их на еду. И хотя богатые едят лучше бедных, но человек, как бы богат он ни был, может съесть лишь столько, сколько может.

— А что насчет вина?

Гриндаль вновь пустился в рассуждения, а Эрик, устроившись поудобнее, воскресил в памяти события последних дней. Поначалу всякая болтовня о торговле его раздражала, но потом он обнаружил в этих разговорах немало интересного, особенно если речь шла о риске, связанном с прибылью. Гриндаль утверждал, что он — мелкий торговец, но Эрик подозревал, что тот умышленно преуменьшает свое состояние. Подбор товаров у него был весьма необычный: полдюжины рулонов вышитого шелка, дюжина кувшинчиков, тщательно обвязанных и набитых тряпками для защиты от тряски, несколько деревянных ящиков и еще какие-то странные кули. Ни Ру, ни Эрик никогда не спрашивали Гриндаля, что в этих ящиках и кулях, а сам он, разумеется, помалкивал. Исходя из его теоретических рассуждении, Эрик предположил, что торгует он предметами роскоши, а плохую одежду и ненадежную с виду повозку использует для отвода глаз. Эрик почти не сомневался, что в загадочной таре Гриндаль везет драгоценные камни или иной товар, не занимающий много места, но очень ценный, Уже в первую ночь Эрик обратил внимание, что повозка, снаружи донельзя грязная, внутри поражала чистотой и аккуратностью. Несмотря на внешний вид, она оказалась в полной исправности; колеса недавно меняли и работа была выполнена первоклассно. Лошади, кстати, тоже были гораздо лучше, чем казалось на первый взгляд, и подкованы столь мастерски, что даже Эрик вряд ли сумел бы подковать лучше. И лошади были не просто здоровы, они были ухожены, и каждую ночь Гриндаль подкармливал их отборным зерном из мешка, который хранил под облучком.

Ру прикрикнул на лошадей, пошевелил вожжами, и повозка снова покатилась вперед, пристраиваясь в хвост длинной вереницы повозок, телег и фургонов, растянувшейся вдоль тракта.

— Дьявольщина, столько ждать мне еще не приходилось, — проворчал Гриндаль.

— Да, похоже, застрянем надолго. Пойду взгляну, — сказал Ру, передавая ему поводья.

— Я с тобой. — Эрик спрыгнул с повозки, и они пошли вдоль очереди, пока не встретили какого-то возчика, который, бормоча проклятия, возвращался от северных ворот.

— В чем там дело? — спросил Ру.

Даже не взглянув на них, возчик пробурчал:

— Да они там совсем сдурели, провалиться бы им! Обыскивают повозки еще у предместья. Как будто нельзя это сделать у городских ворот! Нет, надо устроить вторую заставу у моста через ручей. Они просто хотят, чтобы мы тут околели с голоду. Не знаю, когда теперь попаду в город. — Продолжая ворчать, возчик подошел к своей повозке, забрался на козлы и взял поводья у ученика.

— Похороны принца — все дворянство запада и половина с востока в городе — да еще и базарный день, а они обнюхивают каждого так, будто ищут убийцу самого короля…

Эрик жестом отозвал Ру в сторону. Они отошли подальше, чтобы их никто не услышал, и Ру спросил:

— Что будем делать?

— Не знаю, — ответил Эрик. — Конечно, может случиться, что ищут кого-то другого, но если нас, мы пропали. — Он с минуту подумал. — Пожалуй, лучше дождаться темноты и попробовать поискать какой-то другой путь в город. Но все равно, ума не приложу, как мы сумеем проникнуть за стены.

— Не все сразу. Главное — попасть в предместье, а там уже будет проще. Для людей, которые не хотят привлекать к себе внимание, всегда найдется лазейка.

— То есть для воров и контрабандистов?

— Да.

— А что, если обойти город и дунуть в другой порт?

— Слишком далеко, — сказал Ру. — К западу есть Лэндз Энд. Не знаю точно, сколько до него отсюда, но помню, что папаша ругался до посинения, когда ему приходилось туда ехать. Он говорил, что он почти в полтора раза дальше Крондора. А какие порты на севере, я даже понятия не имею. — Он помолчал. — Кроме того, без Гриндаля мы будем слишком бросаться в глаза. Эрик кивнул:

— Ладно. Давай вернемся и скажем что-нибудь Гриндалю, чтобы он ничего не заподозрил.

— Гриндаль уже что-то подозревает, но, к счастью, он не слишком любопытен, — ответил Ру и, заразительно улыбнувшись, добавил:

— Я, кажется, ему понравился. Он говорит, что у него есть дочка, с которой мне неплохо бы познакомиться. Бьюсь об заклад, что она так же страшна, как он сам.

Эрик не удержался от смеха:

— Хочешь жениться на деньгах?

Они уже подходили к повозке Гриндаля, когда Ру ответил:

— Если представится случай.

Они рассказали Гриндалю о том, что узнали, и он спросил:

— Вы пойдете вперед?

— Пожалуй, да, — ответил Ру. — Если пешком, то есть надежда пройти через ворота раньше, а вам, торгмастер, здесь ничто не угрожает, так что наша компания вам ни к чему. У нас есть кое-какие дела в порту, и чем скорее мы туда попадем, тем лучше.

— Хорошо, и пусть боги помогут вам. Если вы когда-нибудь вернетесь в Крондор, загляните ко мне. — И лично для Ру Гриндаль добавил:

— Ты, парень, жулик и враль, но у тебя есть задатки хорошего торговца, и ты можешь кое-чего добиться, если перестанешь считать себя самым умным и самым шустрым. А иначе плохо кончишь, помяни мое слово.

Ру рассмеялся, махнул торговцу рукой на прощание, Эрик вскинул на плечо свой дорожный мешок, и они пошли вдоль повозок, а когда Гриндаль скрылся из виду, свернули с королевского тракта и направились к маленькой ферме, стоящей чуть севернее.

Эрик прихлопнул надоедливую муху, которая никак не хотела оставить его в покое. — Попалась, подлая!

— Эх, вот если бы тебе удалось покончить со всеми ее братишками и сестренками… — проворчал Ру, отмахиваясь от другой, такой же назойливой.

Ферма оказалась пустой — хозяева, вероятно, уехали в город по делам. Амбар был не заперт, и теперь Эрик и Ру лежали на куче соломы, дожидаясь наступления темноты, чтобы миновать открытые поля и найти путь в предместье. Ру был уверен, что в первом же трактире они без труда отыщут человека, который за небольшую мзду укажет лазейку в город. Эрик в этом весьма сомневался, но, поскольку не мог предложить ничего другого, помалкивал.

— Эрик? — спросил Ру.

— Да?

— Как ты себя чувствуешь?