Филип Фармер - Бегство в Опар

Жрица зажгла фонарь “летучую мышь” и теперь раскачивала им, подавая сигнал. Вскоре уже можно было различить неясные очертания гребной шлюпки, спущенной с парусного судна.

За два рейса все, попрощавшись с жрицей, были доставлены на судно. Их тотчас же поместили в тесный трюм, и парусник снялся с якоря. Судно направилось к морю, сперва медленно, затем внезапно набрало скорость, кренясь под бризом.

Утро застало группу в тесном трюме. Судно шло быстрее, чем прежде. В открытый люк вплывал дневной свет На верху лестницы стоял молодой рыжий конопатый парень с голубыми глазами. На нем был коричневый камзол из морской выдры, на груди четки из деревянных бус, на каждой бусинке лик Пикабес — богини моря; и гульфик на панталонах в форме головы африканского коршуна-рыболова. На груди парня висел голубой скелет глубоководной рыбы-ворчуна.

— Капитан Русет к вашим услугам! — сказал он весело. — Выходите! Завтрак — уж какой есть — скоро подадут!

Русет с виду по годам совсем не походил на капитана, хотя Хэдон припомнил. что это звание совсем не обязательно преисполнено важности. Командира на судне с двумя матросами могли величать капитаном. Миссия его была значимой и, несмотря на молодость, он должен был обладать надлежащими знаниями. В противном случае Сугукатет не доверилась бы ему. Они вылезли, зевая, потягиваясь, моргая и, пардон, издавая непристойные звуки. Солнце уже взошло на белесом небе. Море, более угрюмое, чем накануне, катило широкие и высокие волны. С юга виднелись вершины гор вдоль северо-западного побережья острова Кхокарса. Ни одного судна более на всем просторе. Никаких живых существ, кроме нескольких вездесущих датоэким — крупных белых птиц с крючковатыми черными клювами.

С северо-запада дул добрый ветер. Судно почти по прямой шло на восток. Поворотный нос рея был освобожден вправо с помощью канатов, так что ветер наклонил его, отчего судно кренилось под углом, что весьма плохо переносилось “сухопутными” пассажирами. Русета и четырех его матросов это, вроде, не беспокоило.

Один из матросов принес ведерки, наполненные крекером, оладьями из пшеницы-двузернянки, утиными яйцами вкрутую, вяленой говядиной, оливками и вином.

Хэдон взял свое ведерко и сказал державшему румпель Русету:

— Я не моряк, но, похоже, мы идем быстрее любого судна.

— Разве не красавец?! — воскликнул Русет. — Я сконструировал и построил судно сам. И придумал этот треугольный парус. Я назвал его косым парусом в отличие от старого прямого.

— Выглядит весьма фантастически, — должен заметить. — И каковы же его преимущества перед прямым?

— Позволяет плыть против ветра! — гордо улыбаясь, пояснил Русет.

— Против? — Хэдон аж отступил от рыжеволосого. — Это попахивает…

— Колдовством? Дьявольским колдовством?

— Ерунда, друг мой. Подумай-ка, стали бы мне покровительствовать священники великой Кхо, если бы я пользовался дьявольскими силами? Ни в коем разе. — И он продолжал объяснять, как идти против ветра с помощью поворотного нок-рея.

Хэдон слушал внимательно.

— Потрясающе. Когда ты объясняешь, все кажется так просто. Удивительно, что никто прежде не додумался до этого.

Русет вроде сперва рассердился, потом рассмеялся.

— По-видимому, то же самое сказали человеку, который впервые придумал, как получить огонь. Или изготовил медовуху?

— Я постиг принцип этого паруса, когда мне было шестнадцать. Я жил в маленькой рыбацкой деревеньке в северо-западной части острова. Идея явилась ко мне однажды ночью во сне, потому моей заслуги в том не было. Без сомнения, ее ниспослала мне сама Пикабес, хотя сам я много размышлял о парусах и плавании под ними. Как бы то ни было, я бредил косым парусом и в свободное время работал над небольшими образцами. А этого времени у юноши-рыбака, как ты понимаешь, в обрез. Год ушел на то, чтобы построить собственное маленькое судно. И еще месяцы — научиться управлять им.

Рыбаки заинтересовались. Признали, что я могу плавать быстрее, чем они, но заявили, что их вполне устраивают прежние паруса. Я надеялся на удачу и отправился в столицу — получить заключение Департамента Флота. На это понадобилось три месяца. Пришлось ночами работать официантом в трактире. Днями я торчал у входа, ожидая у моря погоды, пока адмирал соблаговолит взглянуть на меня.

На моделях и схемах я показал ему, как работает мое изобретение, и пригласил проделать путешествие на моем маленьком судне.

Мое изобретение произвело революцию. Оно меняло всю историю судостроения. Плавать теперь можно было намного быстрее и легче.

Ну так догадайся, что было дальше.

— Думаю, смогу, — сказал Хэдон. — У меня есть некоторый опыт по части умственных способностей военных.

— Меня прогнали прочь! Этот адмирал, отупевший от пьянства старый селезень, заявил, что я сумасшедший. Что, во-первых, парусная оснастка не будет действовать так, как я утверждаю. А, во-вторых, принцип ее противоречит природе, что богохульство.

Я был в ярости, но и перепугался тоже, поскольку не хотел, чтобы адмирал натравил на меня жрецов Ресу. Я подумывал вернуться домой и, возможно, забыть обо всем таком. А вместо этого отправился в храм Пикабес на маленьком острове недалеко от входа в залив Гахете. Там я показал главной жрице то, что демонстрировал морскому чину. Я объяснил ей, насколько быстрее мое судно может доставлять почту храма. Идея ей понравилась и, говоря короче, я здесь, управляю судном, построенным Храмом Кхо и служащим Авинет. Судно доставит тебя в отдаленный город Южного Моря — Кемувопар. Подумать только! Я никогда не был на материке южнее этого места!

Стоявший невдалеке Хинокли сказал:

— Получается, что это судно может удрать от кого угодно или обогнать любое судно в море?

— Никаких сомнений! — подтвердил Русет. — Душа Ветра оставит позади любой корабль в обоих морях!

— А если ветер ослабнет, как судно уйдет от галеры?

— Увы, никак, — признался Русет. — Останется лишь молиться Пикабес, чтобы она даровала ветер.

Хэдон еще долго толковал с рыжеволосым. Русет сказал, что они пройдут на восток вдоль северного берега острова и остановятся в открытом море милях в десяти— пятнадцати от берега. Большинство патрульных судов Минрута курсируют близко от берега. Поскольку остров Кхокарса остался позади, они поплывут в юго-западном направлении вдоль побережья материка к городу Кетрут.

— В обычных обстоятельствах я направился бы прямо на юго-запад к городу на сваях, Ребха, — сказал Русет. — Но сейчас судно перегружено. Да и пищи до Ребхи нам не хватит; поэтому мы остановимся в деревне в четырехстах милях вверх от Острута. Разумеется, я там никогда не был, но жрицы дали мне инструкции и снабдили рекомендательным письмом к жрицам в Паркуме. Мы запасемся провиантом и повернем к югу на Ребху.