Papirus - Будь здоров

Такая радостная встреча меня здорово удивила и немного напугала. Что я такого сделал? Кого и как обидел? Что, в конце концов, случилось?

Сен жестом предложил мне присесть на стул, заранее уже выставленный в центре комнаты на ковер. Я, также молча, не снимая плаща и сапог, занял предназначенное мне место. Некоторое время тишина ничем не нарушалась. Мы смотрели друг на друга. Я — с недоумением, Сен и Свента — все также сурово и непреклонно, Весана — мечтательно отрешенно.

— Филин, — наконец заговорила Свента, — Нам надо поговорить… — она, словно собралась с духом перед прыжком в холодную воду, и после небольшой паузы быстро, боясь, что ее прервут, выдала, — Мы все обеспокоены тем, что ты будешь поздно возвращаться домой, а в городе в это время суток небезопасно. Мы все обдумали, учли все твои возможные аргументы и приняли решение провожать тебя домой. Во всяком случае, пока мы не будем уверены, что ты достаточно хорошо освоил приемы самообороны, — она жестом остановили мои попытки возразить, — Дай договорить! Мы знаем, что ты можешь сказать. Но. Телохранителей нанять не позволит тебе твоя баронская гордость, а в защите ты нуждаешься, поэтому…

— Еще не хватало, чтобы меня девушка от бандитов защищала, — удалось мне вклиниться в ее монолог.

— Я не девушка…! — взвилась Свента.

— Мои поздравления! — не подумав, в запале брякнул я.

В ее глазах застыл лед, а от слов повеяло жгучим морозом.

— Для данного конкретного случая, — отчеканила она, — Я не девушка, а боевой маг!

— Да хоть вся гвардия короля! — взревел я, глядя прямо в глянец льда ее глаз. Даже отразился в них, как в кривом зеркале, — ДЕВУШКА не будет у меня телохранителем! И никаких телохранителей мне не надо ва-а-а-абще!! Это понятно? Всё! Я ушел!

В ярости я вышел, хлопнув дверью. За ручку они меня водить будут. Сопельки вытирать и пряники покупать, чтоб не плакал. Мамочка с папочкой, блин, нашлись!

Ушел я, впрочем, не далеко. Морозный, чистый воздух остудил мою ярость, оставив грусть и обиду. Ну, что я — маленький? Не хочу, чтобы друзья превратились в нянек. Объективно рассуждая, недостаточно хорошо я владею холодным оружием, чтобы уверенно отбиться от трех — четырех человек. Меньшим числом грабители явно не нападают. Как барона, меня, конечно, учили фехтованию, но уровень остался — «для зачета сгодится». Однако, никто, никогда не посмел обвинить меня в трусости. Опасно. Опасно вообще по улицам ходить — можно поскользнуться, упасть и свернуть себе шею. Так что ж, нанять людей, чтобы под ручки водили? Пусть это баронская гордыня, но я так воспитан и лучше сдохну, чем буду прятаться за спины телохранителей.

В противоположной от входа стороне к зданиям общежития примыкал небольшой парк, на одну из скамеек, которого я и присел. Командир патруля, проходя мимо во главе своей пятерки, внимательно посмотрел на меня, но, увидев мантию академии, отвернулся и пошел дальше. Патруль растворился в тенях парка и больше никто не нарушал моего уединения.

Я забыл про ужин, не замечал холода, сидел на скамейке и тупо смотрел на луч Селены, освещающий край лужи с искристым инеем по краю. Ни мыслей, ни чувств, ни прошлого, ни будущего — только этот иней, переливающийся чистыми и яркими цветами радуги, и я. Бесконечность пространства, времени и… одиночества.

Чья-то рука опустилась на мое правое плечо и легонько сжала его, выводя из этого своеобразного транса. Я, апатично повернув тяжелую голову, разглядел рядом с собой Свенту. Без теплого плаща в одной мантии — замерзла, наверное, отстраненно подумал я, бездумно привстал, снял свой плащ и накинул ей на плечи. Она отрицательно помотала головой и, прижавшись ко мне, накинула его на нас обоих. Исключительно для того, чтобы согреть замерзающую девушку я приобнял ее за плечи и покрепче прижимал к себе.

— Ты прости нас, Филин. Но мы переживаем за тебя.

— Это ты прости меня. Наговорил лишнего. Я не хотел тебя обидеть. Честно.

— Я знаю и…, уже простила.

Мы некоторое время посидели, молча рассматривая игру искорок на инее в луче Селены. Мне было уютно и хорошо. Холодная пустота апатии сменилась теплым покоем умиротворения.

— Филин, — тихо заговорила Свента, — Ты можешь выполнить одну мою просьбу?

— Всё что пожелает моя прекрасная леди! — также тихо, расслабленный благодушной красотой звездной ночи, проговорил я… и тут же понял, что попался. Попробуй теперь откажись от своих слов, даже сказанных в шутку.

— Леди желает, — торжествующе сказала Свента, — Чтобы досточтимый лорд сопровождал ее на вечерних прогулках по столице.

— На каких прогулках, — растерялся я, — У меня же нет на это времени…

— Кто вам лорд мешает это делать ПОСЛЕ занятий с лекарем? В котором часу они у вас там заканчиваются?

— Полагаю около девяти — десяти вечера.

— Отлично! В половине десятого я буду подходить к госпиталю королевы Милины, а вы, как воспитанный лорд, будете ждать свою даму и не уходить без нее. Если же дама, по какой-либо причине не сможет явиться на свидание, она найдет, кого прислать, дабы известить о сем прискорбном факте досточтимого лорда.

— Сочту за честь, — а что я мог еще сказать. Вон как они с Сеном все обставили. Девушка просит сопровождать ее на прогулке. Попробуй, откажи. Если уж быть честным с самим собой, отказывать мне решительно не хотелось, особенно в такой обстановке.

Вот так с тех пор и повелось, что четыре дня в неделю я по вечерам стал прогуливаться, насмешники скажут — выгуливаться, в обществе Свенты. Лгать не буду — делал я это с большим удовольствием. Мы шли, не спеша, и разговаривали обо все на свете. Я знал, что она очень образованная и умная девушка, но каждый день открывал в ней все новые и новые глубины. Часто мы спорили, иной раз чуть не до драки, но каждый раз мирились, найдя компромисс, или оставшись при своем мнении. Эти прогулки настолько вошли в привычку, что когда выпадал редкий день и господин Лабриано был занят, мы прогуливались просто так. Кто мне составлял компанию, когда Свента не могла, я думаю, вы догадались.

Сен в первый же день моих занятий по самообороне напросился посмотреть на мои курсы. Там он долго разливался соловьем, убеждая наставника, что с детства мечтал научиться защищать себя, что боится по вечерам ходить один по городу, а тут его друг очень кстати, сможет его провожать с курсов домой и все так складывается, что ему тоже непременно надо ходить на эти курсы в те же самые дни и часы, что и его друг. То есть я. Наставник усмехнулся, выслушав Сена, и… разрешил тому заниматься. Правда, в другой группе, но в те же дни и часы.

Все, что требовалось по самообороне отрабатывать дома, я делал под присмотром Свенты, которая заявила, что иначе я обязательно что-нибудь напутаю. Надо признать — помощь ее была мне очень полезна. Учили меня технике самозащиты, разработанной специально для таких, скажем так, массивных и не гибких персон, как я.