Лерам Сель - А сказка ли?

— Ладно, сейчас все будет.

— Спасибо и еще Лан, я тебя очень прошу. Пока я не вернусь, ни в коем случае не открывай свою дверь в реальность, это может помешать мне и навредить тебе.

— Неужели так все серьезно? — с подозрением посмотрела она на меня.

— Да нет, что ты, пустяковое дело, просто на всякий случай. Ну, я пошла. Скоро буду! — сказала я, переходя в реальность.

"Так, сейчас мне надо сделать с помощью сахара и соли два круга, круг внешний из сахара, надо сделать его большим, а в нем круг из соли, главное, что бы я в нем смогла поместиться. Как же неудобно, когда у тебя вместо рук копыта". Кое-как прорезав дыру ножом, я взяла мешок с сахаром в зубы и пошла с ним по кругу, то же самое я проделала и с мешком соли, через некоторое время все было готово, получился так сказать двойной круг.

Я легла в центр кругов, закрыла глаза, и погрузилась в сон. Снова оказавшись в нигде, я закричала что было сил — Мальневия! Кудряшка! Я уже близко! Помни ни при каких обстоятельствах не открывай глаза!

Надеясь, что она меня услышала, я представила свою диадему и тут же в темноте появилась светящаяся нить, она связывала меня с моей диадемой и соответственно Кудряшкой тоже.

Я начала тянуть за нее, но она оказалась очень тонкой и постоянно норовила выскользнуть, пару раз ей это удавалось, при этом на моих ладонях осталось несколько царапин. Прошло немного времени, и я поняла, что если я и дальше буду продолжать в том же духе, то я не успею до рассвета. На мгновение я остановилась, ища решение возникшей проблемы. "Было бы легче, если бы у меня было что-то, на что я могла бы эту нить наматывать, но кроме меня, здесь ничего нет, а может наматывать ее на руку". Сделав пару витков, я взвыла от боли, нитка оказалась очень тонкой и она врезалась мне в кожу, оставляя на ней порезы, из которых тут же закапала кровь. Но другого выхода я не видела, поэтому сжав посильнее зубы, я продолжила наматывать нить на руку. Я ощущала, что с каждым витком груз на противоположной стороне увеличивается. Я уже почти не чувствовала руки. "А-а-а! Как же больно! На том конце что? Целая тонна? Не думала, что будет так сложно!" Слезы текли ручьями, застилая глаза, я закусила губы, чтобы не кричать. А нитке не было видно ни конца ни края. "Да господи, когда же она уже закончится! Неужели у меня не получится? Но тогда…я умру…. Нет!!! Я не хочу! Я столько еще не увидела, не сделала!" Я остановилась, падая на колени, нитка, почувствовав слабину, натянулась, казалось еще чуть-чуть, и она сработает как пружина, утянув меня за собой. "Если я не встану, то проиграю. Если я проиграю, то умру…. Умирать? Не дождетесь!" Я рассмеялась, сбрасывая напряжение и боль. "Сдаваться? И не мечтайте! Не для того я терпела столько! Да, больно, но я еще жива, а значит все в моих руках!" Во мне просыпалась злость на свою слабость, и я поняла, что не проиграю. Я встала, да, меня шатало, но я постаралась вспомнить все, что мне нравилось в моей жизни, тем самым отвлекая себя от мысли о боли. Прошло еще немного времени, каждая секунда казалась мне вечностью. И тут пространство вокруг меня пошло волнами, оно стало, как будто натягиваться. "Осталось совсем немного, скоро я смогу отдохнуть" пыталась я подбодрить себя. У меня закружилась голова, и стало подташнивать. "Нет… пожалуйста, только бы не потерять сознание! Это же конец всему!". Я подняла глаза пытаясь сфокусировать взгляд, все плыло, но я смогла увидеть невдалеке маленькую звездочку. Я сделала виток и звездочка приблизилась. Я поняла, что это Кудряшка и обнадеженная тем, что это все скоро закончится, уже почти не обращала внимания на боль. И вот, наконец, я увидела Кудряшку, она стояла с закрытыми глазами, еще чуть-чуть и ее изображение поддернутое рябью приблизилось ко мне на расстоянии вытянутой руки.

— Сладкая смерть огради! — выкрикнула я. Вокруг меня тут же закружился сахар, он светился, рябь пропала, Кудряшка стала реальной и я смогла взять ее за руку. Мы оказались в светящейся сфере из сахара.

— Горькая смерть верни! — прокричала я.

Тут же вокруг нас закружились кристаллики соли, они сверкали, и казалось, что мы находимся в эпицентре бури из звезд.

"Кудряшка, чего же ты ждешь?! Давай уже просыпайся! Я не смогу долго поддерживать этот вихрь!". Вдруг кристаллики замерли на мгновение, а потом понеслись на Кудряшку, как только они врезались в нее, она вспыхнула ярким светом и пропала. Сфера из светящегося сахара разлетелась, и я осталась одна в темноте нигде.

— Я хочу проснуться, — из последних сил прошептала я.

— У меня получилось, — с облегчением вымолвила я, лежа посреди двух выжженных кругов, сахар и соль превратились в угольки. Я посмотрела на утреннее небо. Оно было серо-голубое, без единого облачка, на востоке начинало уже розоветь. "Как же все-таки здорово жить!" На душе было чувство эйфории. "Я сделала это! Я спасла ее. Но, как, же хочется спать! Сейчас полежу пять минуточек с закрытыми глазами и перейду в сознание…" Я прикрыла глаза и стала проваливаться в сон. "Нет! Так не пойдет!" — очнулась я и заставила себя произнести слово перехода. Оказавшись в сознании, я упала как подкошенная на траву. Последнее, что я запомнила, это расширенные от ужаса глаза Ланы.

ГЛАВА 12

Открыв глаза, я не сразу сообразила, где нахожусь, только через пару секунд я поняла, что лежу в кровати в сознании Ланы. Повернув голову вправо, я увидела Яло, он спал на соседней подушке. Лана же расположилась рядом с постелью положив морду на копыта. Мне сильно захотелось пить. Я попыталась приподняться, но резкая боль пронзила мою левую руку, я посмотрела на нее и чуть не закричала от ужаса. Она была немного опухшей, синюшного цвета и вся в порезах толщиной с нитку, но больше меня напугало не это, а то что рука была в какой-то непонятной слизи. "Что это? Какой кошмар! Я изуродовала себе руку! Что с ней? Она же теперь вся в шрамах будет!" Ужас, страх и боль перемешались и у меня невольно полились слезы из глаз. Мне захотелось оказаться дома в своей постели, и чтоб все это оказалось всего лишь ночным кошмаром.

— Я хочу проснуться! Проснуться! — шептала я как в бреду, всхлипывая и даже не пытаясь остановить поток слез. Лана услышав, что я проснулась, вскочила и сейчас с радостью и испугом смотрела на меня.

— Катя! Ты наконец-то очнулась! Тебе больно, да? — с участием спросила она. От ее слов мне стало почему-то еще паршивее на душе.

— Со мной ничего, все в порядке, просто руку жалко! — призналась я, пытаясь успокоиться.

— Да не переживай ты так, все будет хорошо, она скоро заживет, синева спадет, порезы заживут и будет она как новенькая, — подбодрила она меня.