Александра Верёвкина - Темные души

Мэтт, как будто прочитав мысли Дамона, остановил машину и повернулся к девушке.

— Елена… — как-то неуверенно начал он, — С тобой все в порядке, а это главное. Давай ты перестанешь пилить ему мозг своими бесчисленными вопросами, а? Можем мы хоть пять минут проехать в тишине?

Девушка молча смотрела на своего друга и не понимала, что заставило его так резко с ней разговаривать. Но она решила, что поговорит с ними обоими позднее — и очень серьезно поговорит! А пока ей хотелось только одного: спать. Ее слегка удивило, то, что проспав всю ночь, она все еще чувствует себя уставшей, но сил бороться больше не оставалось и она блаженно закрыла глаза, погружаясь в какое-то бессознательное состояние.

Выйдя из машины и отойдя на как можно дальнее расстояние от нее, Мэтт сказал:

— Теперь ты все объяснишь мне, вампирчик! Потому как мне надоело слушать бредовые сказочки, сочинять которые ты большой мастер. Я жду объяснений, пока Елена спит. — Он довольно сильно нервничал, и Дамон его не винил. Ему самому уже надоела вся эта ложь, но так было лучше для Елены. Мэтт же был в состоянии сам решать, чего хочет, поэтому вампир спросил:

— Что ты хочешь знать? Где Стефан?

И незамедлительно получил ответ:

— Да! И желаю услышать правдивую историю без лишних отступлений и тошнотворных предисловий. Где же он? И что произошло? — парень скороговоркой выговаривал слова, пытаясь с помощью скорости добиться честного ответа.

— Он ушел. Ушел из Ши но Ши в тот же день, когда Елена искала его в мире китсуна, когда пользовалась "чудо-ключами". Он вспомнил ее, точнее свою любовь к ней, поэтому якобы сбежал — по словам Шиничи. Я знаю это с самого первого дня, но не могу сказать Елене. Она будет тревожиться даже сильнее меня, потому как мне одному известно, куда он мог направиться. И я найду его, обязательно. — Дамон говорил как будто сам с собой, вроде как старался себя убедить в чем-то.

— И какого черта мы тащимся в это Ши но Ши? — Мэтт не понял практически ничего из того, о чем только что услышал от вампира.

— Следы… Я думаю, если и искать моего непутевого братца, то начать стоит именно оттуда. — Он отвел глаза в сторону и покосился на спящую девушку, — А тебе не кажется, что с ней явно что-то не так?

Парень ответил практически сразу, лишь слегка задумавшись над ее вчерашним состоянием:

— Кажется. И эти сны… Я беспокоюсь за нее.

— Она может увидеть то, о чем ей знать не следует. — перебил его Дамон. Он выглядел сильно обеспокоенным. — Сейчас я хочу выяснить, о чем мы ей расскажем, а что утаим. Я, конечно, могу воспользоваться Силой и внушить ей, будто ничего не было, но, боюсь, это сильно навредит мне в дальнейшем.

Он тяжело вздохнул и спросил:

— Есть идеи?

— Ну… — протянул Мэтт, — Стоит рассказать, что с ней случилось. Но сначала объясни все мне. Что случилось с Кэр, и почему ты согласился оставить в живых того упыря?

Вампир решительно посмотрел на него и ответил:

— Все просто: Кэролайн помогала этому подонку, она показала ему, где мы остановились. Еще она кое-что хотела сделать Елене — ритуал Вуду, очень мерзкая, кстати, вещь. Кровь бессмертного, пару трав и еще что-то — я не слишком силен в этом — но последствия впечатлили бы даже меня. Кайлеб просто использовал ее, он работает на того китсуна, и как раз выполнял его задание, когда повстречал эту девчонку. — Дамон как-то зловеще улыбнулся и продолжил, — Уж не знаю, влюбился он, или просто героя корчил, но пришел за ней в тот самый момент, когда я собирался сжечь ее на костре.

Мэтт дико захохотал и переспросил:

— Девочка-гриль? Это круто, Клычок! Давай дальше.

— Это все. — Закончил вампир. — Потом я привез эту парочку в мотель. Ты слышал его рассказ. Я знаю, кто затеял эту игру и начинаю догадываться, для чего она нужна. Шиничи нужен не я, ему нужна война.

Юноша поперхнулся, когда дослушал до конца.

— Война? Дружище, ты приколист! На кой фиг ему война? Чья она? Между кем?

Дамон отрицательно покачал головой в ответ, сказав:

— Ты не в состоянии этого понять. Просто старайся всегда быть поблизости с Еленой, даже если рядом с ней буду я. Мы не можем допустить повторения вчерашних событий.

— Да уж! А то ты кого-нибудь на гильотину пошлешь, хотя тебе может придти в голову идея о четвертовании, маньяк! — согласно закивал Мэтт. — Жалко, что ты не дал мне посмотреть на внутренности этой пиявки! Я потерял единственную радость в жизни.

— Ты еще успеешь. — успокоил его Дамон. — А сейчас я хотел бы вернуться к Елене. — Он повернулся к машине и подумал, что ему надо как следует сосредоточиться, чтобы до утра придумать для Елены достаточно складную историю.

Кэролайн открыла глаза и осмотрелась. Поднять голову она почему-то не смогла, невыносимо болела шея, а тело ломило от боли. Она все же заставила себя подняться на ноги с третьей попытки и, пошатнувшись, ухватилась за стену.

— Кайл? — она увидела его лежащим на полу, и постаралась позвать его громче, чтобы он подошел к ней и помог удержаться на ногах, когда заметила, что он истекает кровью.

— Господи, КАЙЛ! — она крикнула его имя изо всех сил, но вампир никак не отреагировал. Она с трудом добралась до него и попыталась взять себя в руки, потому как выглядел он ужасно: светлые волосы прилипли к лицу и спутались, медные глаза почернели и ей показалось, что он плохо осознает реальность. Плечо же представляло собой самую отвратительную картину. Огромная кровавая рана, в середине которой торчал кол.

— Кайлеб, ты меня слышишь? — девушка коснулась его лица ладонью и постаралась справиться с дрожью в теле. Щека на ощупь была совершенно холодной, такое чувство, что она трогала мраморное изваяние.

В ответ вампир смог только прикрыть веки и с мольбой в глазах посмотреть на девушку.

— Что? Что мне сделать? — как можно отчетливее спросила она и вся обратилась в слух, в ожидании ответа.

— Вытащи, — только и сумел прохрипеть Кайлеб.

Кэролайн громко задышала, чтобы справиться с волной паники, как вдруг раздался оглушительный шум, и в комнату влетела птица поистине гигантских размеров. Девушка была не сильна в орнитологии, поэтому предположила, что это либо стервятник, либо ястреб. Но определенно хищник, судя по налитым кровью глазам. Она шикнула на нее, и в отчаянии замахала руками, в надежде выгнать, когда почувствовала безумную слабость и потеряла сознание.

— Кайлеб, сынок, как же так? — склонился к нему мужчина, — Как это произошло? Почему ты позволил ей это сделать? Ты совсем перестал пользоваться головой?

Вопросы лились бурным потоком, и Кайл не успевал отвечать ни на один. Он вообще с трудом мог разговаривать, поэтому слабым голосом попросил: