Майкл Салливан - Наследник Новрона

— Оставь меня в покое.

Они направились к Майрону, петляя между столами. Всего их здесь стояло две дюжины, но регулярно использовался только тот, за которым работал Майрон.

— А, это ты Ройс, — воскликнул монах. — Я только что закончил, но ты, наверное, захочешь подождать, пока высохнут чернила.

Ройс поднес карту к свету и несколько минут внимательно ее разглядывал. Майрон встревожился:

— Что-то не так?

— Не могу поверить, как такие вещи хранятся у тебя в голове. Просто невероятно. Так ты утверждаешь, что это карта дворца?

— В примечаниях написано, что это замок Уоррика, — заметил Майрон.

— Это не карта, — вмешался Магнус, глядя на пергамент, который Ройс держал так, чтобы гном не мог до него дотянуться.

— Откуда ты знаешь? — спросил Ройс.

— Это план строительства. Видишь, пометки архитектора.

Ройс опустил пергамент, и Магнус пальцем показал на смету архитектора:

— Смотри, здесь написано, сколько потребуется камня.

Ройс перевел взгляд с гнома на Майрона:

— Он прав?

Майрон равнодушно пожал плечами:

— Может быть. Я знаю только то, что сам видел. Понятия не имею, что все это означает.

Ройс снова повернулся к Магнусу:

— Значит, тебе известен смысл этих пометок и символов?

— Конечно, это основы строительного дела.

— А ты можешь сказать, глядя на карту, где находится темница?

Гном взял планы и разложил на полу, потому что до столов ему было не дотянуться. Он знаком попросил подать свечу, и Ройс выполнил его просьбу. Несколько минут Магнус изучал карту.

— Нет здесь никакой темницы, — наконец заявил он.

Ройс недовольно нахмурился:

— Но этого не может быть. Никогда не слышал о замке, в котором не было бы темницы.

— И это не единственная странность, — сказал Магнус.

— О чем ты?

— Здесь ничего нет, совсем ничего, ниже уровня первого этажа. Даже подвала для хранения овощей.

— И какой вывод?

— Нельзя взять и уложить тонны камней на обычную землю. Дожди быстро размоют фундамент, и он станет оседать. Стены начнут смещаться и рухнут.

— Однако дворец стоит, — возразил Майрон. — Планы были созданы сотни лет назад.

— Получается бессмыслица. На этих планах не показан фундамент. Строители не стали забивать сваи, чтобы добраться до скалистого основания, нет даже колонн. Я не понимаю, как такое здание могло простоять столько лет. Значит, на рисунке чего-то не хватает.

— И что из этого следует?

— Я не совсем понимаю, но могу предположить, что дворец построили поверх чего-то еще. Наверное, использовали прежний фундамент.

— Исходя из такого предположения, где может находиться темница? Ты можешь сказать хотя бы предположительно?

— Конечно. Нужно взглянуть на дворец и послушать землю вокруг него. Не забывай, я сумел найти туннель в Авемпарте.

— Ладно, собирайся. Мы поедем в Аквесту.

— А кинжал?

— Я отпишу его тебе в своем завещании.

— Я не могу так долго ждать.

— Не беспокойся. Судя по тому, как развиваются события, это произойдет довольно скоро. — Ройс повернулся к Майрону: — Спасибо за помощь.

— Ройс, погоди, — позвал его Майрон, остановив на полпути к выходу.

— Да?

Майрон дождался ухода Магнуса и спросил:

— Могу я задать тебе вопрос относительно мисс ДеЛэнси?

Ройс удивленно приподнял бровь:

— Что случилось? Настоятель недоволен, что она и ее девушки живут в аббатстве?

— О нет, ничего такого. Они просто замечательные. Хорошо иметь не только братьев, но еще и сестер. К тому же у мисс ДеЛэнси чудесный голос.

— У нее чудесный голос?

— Настоятель не позволяет общаться с женщинами, поэтому мы редко их видим. Они едят отдельно от нас и спят в других спальнях, но настоятель приглашает их на совместные вечерние молитвы. Некоторые приходят, в том числе мисс ДеЛэнси. Она неизменно появляется с покрытой головой и опущенной вуалью. Она ведет себя очень тихо, но изредка я замечаю, как она шепчет молитвы. Каждая служба начинается с гимна, и мисс ДеЛэнси присоединяется к нам. У нее нежный, тихий голос, но я его слышу. Изумительный, прекрасный голос, но печальный, словно песня соловья.

— Я рад, что все так хорошо складывается, — кивнул Ройс.

— Да, нет никаких проблем, но…

— Что но?

— Я вижу ее по утрам, когда направляюсь к своему дереву, чтобы побеседовать с Ренианом. Мисс ДеЛэнси часто прогуливается по галерее и всегда останавливается, чтобы приветствовать нас… — Майрон вдруг осекся и замолчал.

— И что из этого следует? — поторопил его Ройс.

— Ну, однажды она взяла мою руку в свои и несколько минут разглядывала ладонь.

— Да что ты говоришь, — пробормотал Ройс.

— Вот именно, — кивнул Майрон, выразительно округлив глаза.

— И что она сказала?

— Она сказала, что мне предстоит два раза отправиться в путешествие и оба будут совершенно неожиданными. И я не захочу никуда идти, но мне не следует бояться.

— Чего бояться?

— Она не объяснила.

— Обычное дело.

— А потом добавила кое-что еще, и ее голос был таким же печальным, как и пение.

— Что она добавила? — спросил Ройс.

— Она сказала, что хочет меня заранее поблагодарить и что я ни в чем не виноват.

— И опять ничего не объяснила?

Майрон утвердительно покачал головой.

— Но меня встревожило, как она произносила эти слова, так серьезно и печально. Ты понимаешь, о чем я говорю?

— Более чем.

Майрон опустился на стул и тяжело вздохнул:

— Ты ее знаешь. Должно ли это меня беспокоить?

— Я всегда беспокоюсь, — кивнул ему Ройс и направился к выходу.

Ройс прохаживался по монастырскому двору, залитому лучами утреннего солнца. Он всегда рано вставал и, чтобы не будить Гвен, выскальзывал из комнаты, чтобы прогуляться по монастырю. Вокруг зданий кое-где еще не были убраны строительные леса, но в основном восстановительные работы были завершены. Алрик оплатил восстановление монастыря, так он рассчитался с Рийрией за спасение Аристы, когда его дядя Брага пытался ее убить. Магнус надзирал за строительством и получал истинное удовольствие от того, что при его участии монастырь обретает свое прежнее величие, несмотря на то, что Майрон иногда вызывал у него раздражение. Майрон выдал ему детальные, хотя и достаточно необычные инструкции касательно размеров и высоты нескольких маслобоен, ширины определенных книг и длины ложек. Тем не менее монастырь постепенно возрождался к жизни, и Ройс не мог не признать, что монах и гном прекрасно справились с поставленной задачей.